Глава 9. Разговор

Григорий не сразу понял. Он стоял на крыльце, в телогрейке, накинутой поверх свитера, в галошах на босу ногу, и водил лучом фонаря по лицу Артёма — сверху вниз, снизу вверх, будто проверял, не мерещится ли. Дождь стучал по железной крыше сарая, с шипением стекал с водостока, и Барни захлёбывался лаем, натягивая цепь так, что звенья звенели.

— Какие ещё «Тени Разума»? — спросил Григорий. — Ночь на дворе, мужик. Ты пьяный?

— Я не пьяный, — сказал Артём. Он всё ещё держал нож, но опустил его, направив лезвие в землю. — Ты подписан на мой канал. Был подписан. Сегодня утром отписался.

Григорий помолчал. Фонарь он опустил. В темноте его лицо было почти неразличимо — только блестели глаза да белела щетина.

— Слушай, — сказал он медленно, — я не знаю, о чём ты. Я на кучу каналов подписан. Годами. Даже не помню, на какие.

— «Мясорубка», — сказал Артём. — Рассказ. Про мясокомбинат. Ты его не читал?

— Не читал, — отрезал Григорий. — Я на складе работаю, у меня смена ночная. Не до рассказов.

Артём почувствовал, как внутри что-то треснуло. Тихо, как лёд на луже под ногой.

— Ты писал «Атмосферно», — сказал он. — На «Стену». Год назад. Ты писал «Тронул до глубины души».

Григорий нахмурился. Луч фонаря снова метнулся к лицу Артёма. Дождь усилился, заливал крыльцо, стекал по лицу Артёма струйками — холодный, как из ведра.

— Погоди, — сказал Григорий. — Погоди. Это что, тот канал, где я за бабки комменты писал?

— За какие бабки?

— Там биржа была, — Григорий пожал плечами. — Ну, на сайте одном. Задания давали: напиши коммент на такой-то канал. Десять рублей за штуку. Я на пенсию материну жил, а тут — десять рублей. Писал «атмосферно», писал «продолжай». Без разницы, какой канал. Мне за это платили.

Артём стоял в грязи, в мокрой куртке, и вода текла у него за шиворот, стекала по спине.

— Ты не читал, — сказал он. Голос был чужой, тонкий, как будто не его. — Ты вообще не читал мои рассказы.

— Да кто ж их читает-то, — вздохнул Григорий. — Мужик, ты извини. Я не знал, что для тебя это важно. Там этих каналов — сотни. Я и не смотрел, чё пишу. Задание — коммент. Я — коммент.

Он помолчал, потом добавил тише, почти виновато:

— А сегодня отписался, потому что биржу закрыли. Больше не платят за комменты — какой смысл подписанным быть.

Артём посмотрел на нож в своей руке. Лезвие блестело от дождя. Он думал о том, что может сделать прямо сейчас. Один шаг, одно движение. Он заставит его слушать. По-настоящему. Дождь хлестал по крыше, Барни рвался на цепи, и где-то далеко, за лесом, гудел поезд.