За 10 минут до смерти

Из серии очерков и рассказов
камчатского следователя


Очерк основан на реальных событий, все фамилии подлинные


ГЛАВА 1

Каждый раз, когда рейсовый автобус только подъезжает к поселку Красному, который пересекла надвое дорожная магистраль, соединяющая между собой города Елизово и Петропавловск-Камчатский, я невольно внутренне весь подтягиваюсь и затем жду, чуть ли не со страхом жду появления того дорожного указателя «Пешеходный переход» на 21-м км, напротив которого 1 мая 1988 года в 16 часов 10 минут произошла эта трагедия.

Из-за нравственного падения одного, который по роду своей работы должен сам противодействовать всякому нарушению закона, преступных действий другого, а, в общем-то, - из-за человеческой непорядочности и равнодушия многих.

Вот и это место. И я явственно представляю тот страшной силы удар металла о металл, который в доли секунды разорвал существовавшую до этого хрупкую нить между жизнью человека и его смертью.
 
ГЛАВА 2

Девчата между собой заранее договорились, что день рождения Бусовой Ольги отметят в ресторане. Там же поднимут тосты и за праздник труда.

1 мая 1988 года в вечернее время Ушакова Катерина, принарядившись, поглядывала на часы. Вот-вот должна была подъехать хорошая подруга Людмила Чмырева, которая обещала приехать из поселка Сосновка Елизовского района, где проживают ее родители.

Людмила живет и работает в Петропавловске-Камчатском, но вот мать и отца не забывает, постоянно их навещает.

Стрелки часов уже прошли цифры 5 и 6, но подруга так и не приехала. Подумала: «Может, Людмила уже в ресторане?».
 
Быстро собравшись, поехала на встречу с подружками одна. Ее компания вместе с Бусовой уже стояла на входе. Но Чмыревой, среди них не было.

 Ушакова из-за этого даже немного обиделась: «Ведь договорились!» Свободных мест в ресторане уже не было. Но друзья Катерины по этому поводу  переживать не стали. Быстро сориентировавшись, пошли отмечать день рождения  на квартире у Ушаковой.

С улыбками поднимая в теплом помещении бокалы за здоровье и долгую жизнь Ольги Бусовой, еще никто из них даже и не предполагал, что не прибывшей на торжество Людмилы Чмыревой уже не было в живых.

ГЛАВА 3

Видимо, касательный удар был настолько сильным, что два автомобиля «УАЗ-469» No 01-64 КЧЕ  (далее - автомобиль УАЗ-469) и «ГАЗ-24» No 67-48 КЧЕ (далее - автомобиль ГАЗ-24 или Волга, или такси) с шашечками на бортах сначала вздыбились друг на друга, как необъезженные кони, сминая со скрежетом бамперы и превращая в гармошки свои капоты, затем неуклюже упали, развернувшись чуть ли не на 90 градусов в одном направлении.

На асфальт посыпались мелкие осколки. От двигателя автомобиля УАЗ-469 повалил клубами белый дым. Из-под такси стало на дороге расползаться темное маслянистое пятно. Встав в беспорядке посередине магистрали, автомашины сразу же перегородили всю проезжую часть.

С обеих сторон к ним подъезжал разный транспорт.

Подбежавшие к месту аварии увидели, что в автомобиле УАЗ-469 левая дверца открылась, и из салона вывалился водитель лет 25-28. От него резко запахло алкоголем. На пассажирском сиденье, наклонив туловище в сторону сиденья водителя, находился также мужчина - старше водителя. В форме капитана милиции. По его лицу разошлось яркое пятно крови.

В автомашине ГАЗ-24 водитель, в возрасте, странно покачивал головой и что-то бессвязно бормотал. Сзади него, навалившись всем телом на сиденье, упершись с силой лицом в обшивку правой задней дверцы, лежала пожилая женщина-кореянка. Водитель и пассажир находились в бессознательном состоянии.

Больше, вроде бы, никого в машинах не было.

Кто-то побежал звонить в милицию и «скорую помощь».

Привели в чувство работника милиции. Ему помогли сесть в стоявшие рядом «Жигули», и водитель тут же отъехал. Сосед капитана милиции в сознание не приходил. Его положили на обочине.

Пока одна группа людей занималась этими лицами, другая предпринимала меры, чтобы вытащить пострадавших из такси.

В первую очередь все внимание было сосредоточено на водителе, так как было видно, что он живой. Его узнали. Говорили, что это Крисюкевич. Можно сказать, ветеран таксопарка.

Ему решили оказать какую-нибудь минимальную медицинскую помощь. Но сделать это было трудно. Из-за деформации корпуса дверцы заклинило.

Один из мужчин переданной монтировкой поддел левую переднюю дверцу. Все-таки удалось ее открыть.

Из салона вынесли постанывающего водителя, которого забрал к себе  коллега-таксист и отвез в больницу Петропавловска.

Когда хотели заняться уже пассажиркой, то один из спасателей крикнул, что, вроде бы, на переднем правом месте такси кто-то еще есть. И обратил внимание всех на женские волосы, которые были в беспорядке разбросаны на пассажирском сиденье.

В связи с тем, что масса удара автомобиля УАЗ-469 по такси пришлась по правой стороне бампера, то и правая сторона панели автомобиля такси так вошла внутрь салона, что частично закрыла существовавшее там пространство.

Не заметив привычного расположения человека, присутствующие поэтому сразу и не смекнули, что на данном месте также есть пассажир.

Правую переднюю дверцу открыть не удалось. Не помогли и металлические предметы.

Поэтому мужчины разбили лобовое стекло, и только таким образом удалось из-под металла вытащить женщину. На вид 28 лет. Без каких-либо внешних признаков жизни, с телесными повреждениями.

Как только пострадавшую уложили на заднее сиденье другой автомашины, водитель Рудницкий сразу же направился в «скорую помощь»       г. Елизово. Там сказали, что женщина  мертва.

Когда оставшиеся на месте происшествия люди открыли правую заднюю дверцу такси, чтобы извлечь из салона женщину-кореянку, то сначала все от неожиданности остановились.

Лицо кореянки, забрызганное кровью, стало, как резиновое, вытягиваться  -  насколько оно было сильно вдавлено в боковую дверцу. Стали проступать щеки, нос. Вытащив ее с салона, также положили у обочины. В сознание женщина не приходила.

Как потом оказалось, лежавшие на обочине дороги двое пострадавших -водитель автомобиля УАЗ-469 и  кореянка с такси -  были живыми. На разном транспорте их отвезли в Елизовскую больницу.

По приезду следователя Елизовского городского отдела внутренних дел и работников ГАИ все уже перемешалось. Кто-то уже уехал, кто-то из граждан только подъехал, и они из любопытства осматривали поврежденные автомашины и наблюдали за действиями сотрудников.

При осмотре места происшествия в автомобиле ГАЗ-24 между передними сиденьями  найдена сумка, в которой находилось различное имущество и документы погибшей. По паспорту установлено, что это Чмырева Людмила Ивановна, 1959 года рождения.

В изъятом путевом листе автомашины УАЗ-469 прочитали, что водителем является Васильев Николай Федорович.

ГЛАВА 4

В тот же день Елизовским ГОВД возбуждено уголовное дело. В фабуле постановления следователь. Зайцев указал: «1 мая 1988 года на 21-м км трассы гг. Петропавловск-Камчатский - Елизово произошло столкновение автомобиля УАЗ-469 No 01-64 КЧЕ под управлением Васильева Н. Ф. и автомобиля ГАЗ-24 такси No 67-48 КЧЕ под управлением Крисюкевича. В результате чего оба водителя, пассажир автомашины УАЗ-469 Попович, пассажир автомашины такси (личность ее не установлена) получили телесные повреждения, а пассажирка такси Чмырева Л. И. скончалась... Руководствуясь ст. ст. 108, 112, 129 УПК РСФСР. постановил: по факту дорожно-транспортного происшествия, происшедшего 1 мая 1988 года на 21-м км, возбудить уголовное дело по ст. 211 ч. 2 УК РСФСР. Копию постановления направить прокурору г. Елизово».

ГЛАВА 5

Васильев прилежанием и хорошим поведением никогда не отличался. 8 классами завершил обучение в общеобразовательной школе. Дальше армия, Получил специальность водителя. После службы работал в разных организациях.

Но перед тем, как его под «честное слово» приняли в ПМК-6 треста «Дальсвязьстрой», закрепив за ним автомобиль УАЗ-469, пришлось потрудиться в автобазе связи.

Данная база по договору аренды предоставила свою автомашину «Москвич» Елизовскому отделению по перевозке почты по воздушным сообщениям. Водителем на данный автомобиль определен Васильев.

Технику он любил, разбирался в ней. Но были у него вредные привычки, которые постоянно его преследовали и от которых он сам добровольно отказываться не хотел.

И по месту работы, и по месту проживания он любил выпить. Любил и лихую езду. На грани риска. Об этом с ним неоднократно разговаривали начальник Елизовского отделения по перевозке почты Строганов, его начальник второй колонны автобазы связи Попов и начальник мастерских Гаврилов.

Водились за ним и другие грешки. Не раз работники базы по утрам обнаруживали, что государственный автомобиль «Москвич-412» в гараже отсутствовал. Выяснилось, что его без разрешения администрации брал и использовал в своих интересах Васильев.

За данные проступки он неоднократно разбирался на общественной комиссии по безопасности движения, в местном комитете профсоюзов, отстраняли временно от работы.

Но выводов Васильев не делал. Среди своих водителей получил кличку «Каскадер». Как-то в гараже мастер ПМК-6 Макаренко напрямую ему сказал: «Смотри, Николай! Доездишься на такой скорости и под «этим делом» до преступления».

Знал ли тогда Александр Федорович Макаренко, что  его слова будут пророческими? Нет, наверное, не знал. Но с большей степенью вероятности такие последствия допускал.

ГЛАВА  6

Марина Буториной с маленьким сыном проживала  в поселке Новый Елизовского района. Имела отдельную квартиру.

С Николаем Васильевым расписана в ЗАГСе не была, но фактически находились в семейных  отношениях. По внешности Васильев - неказист.  Ниже среднего роста. Щуплые плечи. Искуренная грудь. Опустившееся землистое лицо. Всегда с нечесаными волосами.

Марина ростом - ниже его. Хрупкая, боязливая. На лице застыли вечно испуганные глаза.

Николай не имел возможности посоревноваться в силе, знании с другими мужчинами, поэтому всю свою злость вымещал на Буториной.

Проживая с ней, издевался и бил ее. В 1987 году, после очередной выходки, Марина подала заявление в суд. Хотя наказание по ст. 112 ч. 2 УК РСФСР (нанесение побоев) небольшое, но есть там, кроме штрафа, и лишение свободы на 6 месяцев.

Над Васильевым нависла угроза получить второе наказание, так как по месту работы он зарекомендовал себя с отрицательной стороны.

Судья потребовал принести характеристику. Побежал Николай к начальнику второй автоколонны Попову А. А. Тот написал так, как оно есть.

Васильева такой вариант не устроил. Слезно стал умолять Попова переписать документ.

Может быть, тогда, в 1987 году, прояви руководитель больше принципиальности, не произошло бы трагедии 1 мая 1988 года.

Но Попов мольбам прогульщика и дебошира внял, оформил другую характеристику.

По ней выходило, что ее предъявитель хороший производственник, общественник. Прикрыв глаза на явную ложь, такой документ подписали начальник мастерских (он же председатель местного комитета профсоюзов) Гаврилов Ю. В., начальник автобазы связи.

Получив необъективную информацию, народный судья в отношении Васильева ограничился только мерами общественного воздействия.

ГЛАВА 7

4 мая на работе Екатерина Ушакова от девчат услышала, что 1 мая где-то на километрах произошла большая авария. Якобы погибла молодая женщина.

Со смутным беспокойством позвонила на базу объединения «Продтовары», где трудилась Чмырева. Ответ расстроил. Руководитель отдела Ольга Бойко сообщила, что Людмила на работу не приходила.

Стала уже накручивать диск телефона и обзванивать в г.Петропавловске-Камчатском милицию, больницы, морги - такая к ним не поступала. Вышла на Елизово. В городском морге на ее вопрос ответили: «У нас!».
 
ГЛАВА 8

Марфа Георгиевна и Иван Григорьевич Чмыревы, как все родители, Людмилу любили самозабвенно. Оба труженики, они и дочь свою воспитали в труде. Такую же любовь дочь возвращала  отцу с матерью.

Став взрослой, дорогу в жизни Людмила пробивала сама. Но, как и  родители, - честно. Не пряча глаз от других.

Переночевав у родителей в поселке Сосновка Елизовского района, Людмила сказала, что 1 мая в Петропавловске у нее встреча с друзьями.

Поэтому, отобедав, где-то в 15 часов ушла из родительского гнезда, чтобы снова к ним приехать.

Ни Иван Григорьевич, ни Марфа Георгиевна еще  не знали, что Людмила сюда к ним больше не приедет. Никогда.

ГЛАВА 9

Марина  все чаще не устраивала Николая. И не только в общении, которое состояло только из  его криков и матов.

Не устраивала в интимной жизни. Да и у какой нормальной женщины будет все это при такой жизни? Отдавалась ему всегда без желания и радости.

А Васильеву этого было мало. Хотелось более острых ощущений. В поселке заприметил Веру Скальнову, 13 лет.

Девочка из многодетной семьи. Из-за неудовлетворительной обстановки в семье ласки  видела мало. Училась плохо. Попытки родственников поправить положение удачи не принесли. Вера фактически была предоставлена  сама себе.

О возрасте девочки Васильев знал. Да и что в маленьком поселке утаишь друг от друга? Когда все на виду.

Как-то мимо окна Буториной прошла Вера с подружкой.

Васильев осмотрел ее оценивающим взглядом и, не стесняясь Марины, сказал: «Вот бы с такой хорошо переспать!»

Буторина пристыдила: «Да ты что! Она же малолетка! Посадят!» На что Николай только хмыкнул: «Ну и что! Зато какое удовольствие!»

ГЛАВА 10

Людмила не приехала к родителям ни 1, ни 2, ни 3 мая.

4 числа в квартире Чмыревых раздался телефонный звонок. Марфа Георгиевна подняла трубку. Как поняла, спрашивали с работы о Людмиле. На другом конце провода интересовались, почему она не вышла трудиться?

У матери от такого вопроса зашлось сердце. Смогла ответить, что дочь, как уехала 1 мая, больше к ним не возвращалась. Удивилась и спрашивающая женщина.

Супруги стали обзванивать родственников, знакомых. Людмила к ним не приезжала. Вышли на милицию. В услышанное им сначала не хотелось верить. Но потом поверить все-таки пришлось.

Потому что иногда, как ни отмахивайся от него, все равно, если горе близко -  придет.

И эта беда навалилась на родителей всей тяжестью, не давая ни вздохнуть, ни выдохнуть, заслоняя от них все существовавшие до этого небольшие радости в жизни.

ГЛАВА 11

Уже в мае 1987 года Васильев предпринял первую попытку сближения с Верой Скальновой. И она оказалась для него удачной.

Сначала повозил ее по поселку на служебном «Москвиче». Попривыкнув к нему, она однажды безбоязненно уехала с Николаем под Радыгино.

Этого как раз Васильеву и надо было. Воспользовавшись тем, что Вера по своему умственному развитию отставала от сверстников, прямо в автомобиле удовлетворил свою похоть. Предупредил, чтобы никому ничего не говорила. На всякий случай девочку припугнул.

В последующие месяцы Васильев распоряжался Верой как хотел. Даже из поселка не выезжал. То поймает девочку в вечернее время на территории детского сада, то ляжет с ней прямо за зданием сельсовета.

В августе месяце его направили в командировку на полевые работы в совхоз «Пограничный». Жил там в бараке вместе с другими рабочими организации связи.

В один из предвыходных дней Суслин и Гусев сидели на завалинке. Увидели, как к ним подошли две девочки. Одна из них спросила Николая. Но Васильева на полевом стане уже не было.

В последующие дни командировочные видели говорившую с ними девочку у себя не раз.

Через Васильева узнали, что зовут ее Верой. А однажды девочку Николай рано утром вывел из своей комнаты. Показывая Скальнову, Николай удовлетворенно сказал Смирнову: «Недурно, с ней-то!»

Всему, наверное, есть предел. Некоторые товарищи по полевому стану, видя, что он развращает малолетнюю, наносит ей непоправимую психологическую травму, серьезно предупреждали: «Кончай! С кем связался? «Это не шутки!»
 
ГЛАВА 12

Расследование, проводившееся Елизовским ГОВД по факту ДТП (дорожно-транспортное происшествие), застопорилось.

Правда, следователем Елизовского ГОВД были собраны некоторые доказательства.

Специалисты обнаружили в крови у водителя УАЗ-469 Николая Васильева и пассажира Александра Поповича этиловый спирт. У Васильева его было 3,3 промилле, что соответствовало тяжелой степени опьянения.

Эксперт-автотехник - на основании предъявленных материалов - высказал  суждение о том, что предполагаемое место столкновения автомашин УАЗ-469 и ГАЗ-24 могло находиться в 0,5 -0,7 метрах от осевой линии, на полосе движения такси.

Допрошенный в больнице Васильев рассказал, что 30 апреля у него был День рождения. Употребил спиртные напитки. 1 мая в дневное время на автостанции встретил незнакомого работника милиции. По его просьбе он возил капитана милиции по разным адресам. Спиртное не употребляли. В послеобеденное время направился в Елизово. На встречную полосу движения не выезжал. Как произошла авария, не помнит.

Примерно аналогично по событиям 1 мая пояснил Александр Попович, который служил в Елизовском ГОВД оперуполномоченным уголовного розыска. Причину выявления у него в крови алкоголя объяснил тем, что по приезду с места происшествия выпил спирта.

Пострадавшая в такси Кан-Ок-Сен (женщина-кореянка) находилась длительное время под капельницей в Елизовской больнице. Получить от нее какие-либо сведения не представилось возможным.

От водителя такси Крисюкевича удалось узнать (хотя он также находился длительное время в плохом состоянии), что перед столкновением в его машине, рядом с ним, сидела девушка. Сзади находилась женщина. Девушка села на автостанции г. Елизово, другая пассажирка где-то по трассе. Двигаясь в сторону Петропавловска примерно около 60 км/час., на 21-м км он стал съезжать с горки. Бросил взгляд влево. По встречной полосе двигался автобус ЛАЗ. Когда перевел взгляд на свою полосу, неожиданно в 25 - 30 метрах от себя обнаружил автомобиль УАЗ-469, который двигался «лоб в лоб» навстречу ему. Рядом с водителем находился офицер милиции. Первой мыслью было нажать на тормоз. Что было потом - не помнит.

Одним словом, при наличии таких противоречий в показаниях для следователя вырисовывалась невеселая «картина». Кто  прав,  кто виноват?

Дело осложнялось двумя факторами. Очевидцев, которые могли бы воссоздать обстановку ДТП до столкновения, не было. По крайней мере, из  справки ГАИ следовало, что принятыми мерами таких свидетелей установить не удалось.

И не только таких граждан. Кроме сведений о водителе, который довез Людмилу Чмыреву до морга, другой информации о лицах, которые оказывали помощь пострадавшим, также не было.

Интересные сведения поступили от родителей Чмыревой. Они сообщили, что люди поговаривали об одном армянине, который якобы знает об аварии.

Они нашли его. Это был  Ишхан Данильян. Сначала он говорил, что ничего не знает. Но под их уговорами и мольбами Данильян признался, что перед столкновением автомашин был третьим пассажиром в ГАЗ-24 и сидел на заднем сиденье, справа от женщины-кореянки.

С его слов, таксист ехал со скоростью 80 км/час. На 21-м км увидел, как на встречную полосу выехал УАЗ-469, где рядом с водителем сидел капитан милиции. Поняв, что сейчас будет лобовой удар, он сделал упор ногами и руками. После столкновения на мгновение потерял сознание. Когда пришел в себя, увидел, что в обоих автомашинах все без сознания. Он открыл правую заднюю дверцу, вышел из салона. Так как чувствовал себя плохо, то на  попутной автомашине добрался до поселка Пограничный, где проживает у одной женщины.

Что полученная информация расходилась с показаниями водителя Крисюкевича - было ясно.

Но вот непонятно, какие из них соответствуют действительности?

Или Крисюкевичу выгодно говорить ложь, так как Данильян изобличал его в превышении скорости движения. Или неверные сведения указывает армянин?

Но почему, почему?

Самое загадочное было в том, что Данильян в конце беседы сообщил Чмыревым, что никакие показания под запись он никому давать не будет, так как к нему приходил кто-то из «краснопогонников» и предупредил, чтобы он о своем нахождении в машине такси молчал. В противном случае распрощается с жизнью.

ГЛАВА 13
 
После того как Васильев претерпел скандал из-за Скальновой, пришлось дальнейшую свою «любовь» с девочкой отставить.

Но у него были друзья, которые не прочь побаловаться с малолеткой. Сделка состоялась, и Вера стала жить на нелегальном положении в другом месте. Там ее кормили, но взамен требовали другое.
 
Время шло. Малолетней Веры Васильеву недоставало. Буторину оставлял на крайний случай. С ней по своей же вине полного удовлетворения не испытывал. Когда напивался, все  бесило.

На новом месте работы в ПМК-6 треста «Дальсвязьстрой» о его проделках по прежнему месту работы и в быту не знали.

Поэтому, осмотревшись, начал все сначала.

В марте 1988 года пришел к Марине пьяным. Во время скандала избил ее. На плече расплылся красно-фиолетовый синяк. Кое-как успокоив сынишку, Буторина забилась с ним в угол. Так оба и уснули.

На следующий день пришла в столовую. О своей беде поделилась с работницей Журавлевой. Но в милицию обращаться не стала. Во-первых, это волокита. Во-вторых, может быть, Николай трогать ее больше не будет.

ГЛАВА 14

Поняв, что расследование затягивается и, возможно, при таком отношении к делу будет необъективным, родители Чмыревы не выдержали, написали жалобы в областные инстанции с требованием передать уголовное дело в другой орган милиции.

После обсуждения сложившегося положения было решено дальнейшее предварительное следствие провести следователю областного управления внутренних дел.

Когда я, следователь областного УВД, получал необходимые материалы, то один из руководителей горотдела милиции, вздохнув, заметил: «Раз указание, то, конечно, забирайте его. Но там ничего, наверное, не выгорит. Нет свидетелей. Нет ничего, за что можно зацепиться. В общем, дело... безнадежное!».
 
Так получилось, что на момент поступления уголовного дела по дорожно-транспортному происшествию в Следственное управление Камчатской области параллельно с этим в областной прокуратуре находилось уголовное дело на Васильева по части 1 статьи 119 УК РСФСР (половое сношение с лицом, не достигшем половой зрелости).

Должно было пройти долгих 1,5 месяца, чтобы по второму делу были собраны достаточные доказательства для предъявления тому же Васильеву обвинения по ст. 211 ч. 2 УК РСФСР (нарушение правил безопасности движения, повлекшее смерть потерпевшего и причинившее существенный материальный ущерб), статье 113 УК РСФСР (систематическое нанесение побоев), прежде чем оно было мною направлено в прокуратуру для соединения с первым уголовным  делом, которое находилось в производстве у следователя областной прокуратуры.

Особенность расследования дорожно-транспортных преступлений такова, что прежде чем предпринимать какие-либо шаги, необходимо самому (если осмотр производил первоначально другой следователь) снова побывать на месте происшествия. Это важно. Так как порой могут открыться такие доказательства, мимо которых ранее прошли в спешке, их не заметив.

ГЛАВА 15

Июнь был в разгаре. Жарко. Что странно для камчатской погоды. Высоко в небе кто-то аккуратно, без единой складки, развесил сочную голубоватую вуаль.

 Дорожные поселки покрылись широкими зеленоватыми волнами яркой зелени.

Рейсовый автобус чихнул и остановился. Из него вместе с другими жителями поселка Красный вышел и я.

Скажу, что  до работы в Следственном управлении много лет служил следователем, потом старшим следователем в райотделе внутренних дел - Октябрьском РОВД.

В Следственное управление из низовых следственных подразделений брали только тех, кто набрался большого опыта, имел высокие  показатели.

Поэтому, в Следственном управлении работали следователи высшей квалификации. В производстве у них было немного дел, но все они были сложными в расследовании (многоэпизодные с большим числом обвиняемых, «мудренные» хозяйственные преступления).

Пришел на место преступления. С понятыми все осмотрел, значительно расширив радиус изучения обстановки, составил подробный дополнительный протокол осмотра места происшествия.

Никаких вещественных доказательств, к сожалению, не обнаружил. Но зафиксировал расположение домов, дорожных знаков, дороги, заездов - все, что потом могло бы помочь в расследовании дорожно-транспортного происшествия.

ГЛАВА 16

Надежды Марины на то, что Николай образумится, были напрасны.

Скандалы возникали все чаще и чаще. Васильев всячески портил сына, которого нажила Буторина с Николаем. Ласки от отца он не видел. Что такое от него подарок - сын забыл.

Николай учил сына другому. Требовал, чтобы Марину обзывал матерными словами. И ребенок это делал. Еще не понимая, что к чему. Отец смеялся. И, видя смех отца, плевался на мать, при этом тоже смеясь.

 И избиения Марины продолжались.

28 мая 1988 года Васильев избил Буторину за то, что без его разрешения отдала знакомой во временное пользование магнитофонные кассеты, которые он  взял у какого-то из своих дружков.

7 июня Марина получила небольшую зарплату. Пришла домой. Васильев был пьяным. Жадно стал считать деньги. Не удовлетворенный суммой, снова  избил.

Уже ничего не радовало Буторину в этой жизни. Работала и жила как заводная кукла. Боялась каждого шороха.
 
ГЛАВА 17

Наступил день, когда врачи дали разрешение на допрос Кан-Ок- Сен - это потерпевшей из такси.

Я надеялся, что она поможет, наконец, устранить противоречия в показаниях между таксистом, с одной стороны, и с Васильвым, Поповичем,  с другой стороны.

Елизовская больница встретила устоявшимися запахами лекарств. Кореянка лежала на кровати в большой комнате. Тяжело дышала. Глаза закрыты. Многочисленные швы изменили прежнее выражение ее лица.

Разговор с нею разочаровал следователя. Да, она помнит, что 1 мая села на 28-м километре в такси, чтобы поехать к родственникам на 20-й. Впереди, рядом с водителем, сидела девушка. Это она тоже помнит. Находился ли кто еще на заднем сиденье? Нет, не помнит. Хотя вроде кто-то был. Или нет, никого не было.

В совокупности с тем, что узнали супруги Чмыревы от Данильяна, напрашивалась мысль о вероятном нахождении в салоне ГАЗ-24 еще одного человека.

Им мог быть Данильян или кто-то другой, который  знает Данильяна и который рассказал ему подробности аварии. Необходимо было принять меры к допросу данного лица.

По приезду в поселок Сосновка я встретился с отцом Людмилы Чмыревой. Он согласился показать дом, в котором у них состоялась беседа с Данильяном. Но застать Ишхана в квартире не удалось. Как и в другие дни. Узнав, что его разыскивают, он аккуратно избегал встречи.

 Исходя из сложившейся обстановки, становилось ясно, что все внимание необходимо сосредоточить на выявлении очевидцев дорожно-транспортного преступления.

Хоть «кровь из носа», но они должны быть установлены. Хотя поселок Красный малочисленный, но все равно не может быть, чтобы никто не видел, как все произошло.

Вооружившись терпением, решил ногами исходить, если надо, не только все жилые дома данного поселка, но и прилегающих к нему населенных пунктов.

И действительно, походить пришлось немало. Но зато и «улов» был богатый и разнообразный.

Но не все выявленное укладывалось в логическую цепочку.

 Опрос жильцов дома, расположенного напротив дорожного указателя, практически ничего не дал. Часть из них подошли к месту происшествия после того, как там уже скопился народ.

Беседа с другими свидетелями принесла дополнительные трудности.

Заведующая магазином № 74 Ефремова рассказала о разговоре, который она слышала от покупателей. Женщины поговаривали, что якобы после столкновения из какой-то автомашины сбежал работник милиции.

Проживающая по ул. Шоссейная, 12 молодая женщина сообщила, что после столкновения сбежало уже... два сотрудника милиции. Это она слышала от знакомого парня по фамилии Цой.

Пришлось искать Цой. Это был Цой Дон Ила. В беседе у него дома он был замкнут. Делал таинственное лицо. Пояснил, что версию о побеге двух сотрудников милиции он придумал. От нечего делать.

Перечислил фамилии лиц, которые находились в машинах. Но из его ответа следовало, что о происшествии он узнал на следующий день. Перечисленных лиц не знает.

Но я чувствовал, что Цой Дон Ила что-то недоговаривает. Правда,  на этот счет никаких доказательств не было. Только интуиция. Но как показало дальнейшее расследование, опыт большой работы  следователем не подвел и на этот раз.

Жизнь преподносила новые сюрпризы.

Загайнов, дом которого стоит на пригорке, откуда начинается спуск от Елизово в сторону дорожного знака «Пешеходный переход», рассказал, что 1 мая находился в своем огороде, когда около 16 часов услышал сильный удар металла о металл.

Вышел с участка. Увидел, что напротив указателя стоят два автомобиля с повреждениями. Он пошел в ту сторону. Сначала двигался по правой стороне дороги, затем ее пересек и пошел по левой.

Обратил внимание, что из-за автомашины УАЗ-469 вышли двое молодых парней, лет по 18, одетых как все юноши: в джинсы, рубашки, куртки, которые направились быстро в сторону его дома.

Больше от автомобилей никто не уходил.

Когда оказался около транспорта, увидел, что в машине такси находились двое - водитель и пожилая женщина сзади него. Уже потом разглядел, что  в салоне находилась еще девушка, которая была между панелью салона и передним пассажирским сиденьем.

В автомобиле УАЗ-469 на месте пассажира сидел капитан милиции. И водитель. Потом этот водитель или сам вышел из салона на асфальт, или кто-то открыл дверцу, и он упал.

Считает, что эти двое молодых людей лет по 18 вышли из автомобиля УАЗ-469.

От таких показаний час от часу становилось не легче. То претендующий на роль пассажира в автомашине ГАЗ-24 Данильян, то побег двух милиционеров, то теперь уход с места происшествия, из автомобиля УАЗ, двух молодых парней.


ГЛАВА 18

Свой рабочий день снова и снова начинал с поселка Красного и заканчивал там же.

 Шли дни, но ничего существенного в добытой информации не было.

 Настроение было паршивое, если не сказать хуже. И вот когда казалось, что обстоятельства совершенного 1 мая останутся  для следствия «за семью печатями», наконец «забрезжил луч надежды».

Ежедневное «хождение в народ» дало свои результаты.

В один из дней, когда обходил дома по улице Совхозной (находятся на самой окраине поселка и совершенно в стороне от места происшествия), зашел в дом № 1, который представлял собой покосившееся деревянное здание, поросшее кругом высокой травой.

Встретила женщина средних лет. Назвалась Лидией Комольцевой. В беседе сказала, что в данном доме проживает с братом Богдановым, старшей сестрой и сыном Игорем.

По поводу 1 мая пояснила, что об аварии слышала: якобы погибла женщина. Но больше ничего ни она, ни ее родственники не знают. Говорила убедительно.

Но, как потом оказалось, знает она достаточно много.

В период разговора зашел паренек лет 17. Это был Игорь Комольцев. Скорее уж больше для формальности стал опрашивать и его.

Но через минуту был уже весь во внимании. Из услышанного понял, что наконец-то в большом объеме добытой «руды»  он нашел «золотую песчинку». Он нашел ту ниточку, которая, если  бережно потянуть, приведет к клубку. И вот что удалось узнать от Игоря.
 
1 мая рейсовым автобусом он ехал с 24-го км на 21-й, домой. Вышел на остановке в поселке Красном. Надо было идти по направлению движения автобуса, но повернул в обратную сторону, так как решил сходить к другу Валерию Смирнову.

Обратил внимание, что на другой стороне дороги, у другого автобусного павильона, стоял знакомый Костя Шалыга с каким-то парнем. С ними находились одна или две девочки.

Когда стал проходить мимо дорожного знака «Пешеходный переход», увидел, как со стороны Елизово с пригорка вынырнуло такси  и стало двигаться по своей полосе движения ему навстречу со скоростью 60-80 км/час

Когда отошел  от указателя 10-15 м, за  спиной услышал сильный удар. Оглянулся. Это такси столкнулось с УАЗ-469. Шалыга живет рядом с ним, через дорогу.

Это уже что-то. Надо найти Шалыгу. Дома его не оказалось. Мать сообщила, что сын где-то у друзей. Готовится к экзаменам за 10 класс. Есть у него закадычный друг Виктор Дубровский. Оставив повестку, наказал матери, чтобы друзья приехали  в г.Петропавловск-Камчатский ко мне завтра.
 
На следующий день в дверь служебного кабинета постучали. Зашли двое парней. Выяснилось, что это были Костя Шалыга со своим товарищем Виктором Дубровским.

От Константина удалось узнать, что  1 мая около 12 часов к нему зашел домой Виктор Дубровский.

Сидели, слушали музыку. Ему надо было сходить за молоком.

Когда вышел со двора, увидел, что слева, недалеко от дома № 1 по улице Совхозной, на лужайке, стоит автомобиль УАЗ-469. За ним группа мужчин и женщин. Его это заинтересовало.

Стал подходить, но какой-то пьяный мужчина его матюкнул, и он отошел.

После покупки молока был снова с Виктором.

В послеобеденное время с другом договорились съездить на дискотеку, что на 26-м км.

По проселочной дороге дошли до трассы, затем свернули налево и пошли до автобусного павильона, чтобы ехать в сторону Елизово.

К остановке подошли трое девочек. Как их фамилии, не знает. И как звать - тоже. Но одна из них живет в поселке Красном. Где строится новый дом. Это через дорогу от дома No 17 по улице Шоссейная.

Около 16 часов увидел, как со стороны Петропавловска стал двигаться автомобиль УАЗ-469. На пассажирском сиденье сидел офицер, но в каком  звании не обратил внимания.

Проехав мимо них, машина неожиданно выехала на встречную полосу движения. Он решил, что, наверное, водитель сделает левый поворот и съедет на проселочную дорогу, ведущую к магазину. Дальше наблюдать он не стал.

Через какую-то секунду услышал громкий удар. Обернулся. Увиденное у него отобразилось как при медленном воспроизведении фильма.

Как раз напротив указателя «Пешеходный переход», на полосе движения автомобиля такси, которое двигалось от Елизово, эта машина и автомобиль УАЗ-469 налетели друг на друга.

Это было для него настолько неожиданно (такую аварию он видел впервые), что некоторое время не знал, что  делать.

Затем вдвоем с Виктором побежали к месту столкновения.

Никто из автомашин не убегал и не уходил. Все дверцы были закрыты. Находящиеся в салонах были без сознания.

Обогнув сначала такси, затем УАЗ-469 и, видя, что к месту происшествия стали подходить люди, подъезжать другие автомобили, они не стали больше оставаться и пошли пешком на 26-й км, по стороне нахождения дорожного знака.

Примерно то же показал Дубровский. Детальное сопоставление показаний ребят и свидетеля Загайнова, который видел двоих парней, которые уходили от УАЗ-469, устраняло версию   в том, что  из автомобиля УАЗ-469 сбежало  двое парней, так как  Загайнов видел Шалыгу и Дубровского.

Ту девочку, о которой сказал Шалыга, установить не составлило труда. Ею оказалась учащаяся 26 школы Олеся Гегешко.

Из ее рассказа следовало, что вместе с Леной Мазур, Ольгой Камариной, Оксаной Решке находились 1 мая в Елизово на параде. Затем поехали на 21-й км к ней домой.

По дороге немного поссорились, и Мазур от них ушла. Посидев в квартире, примерно в 16 часов вышли втроем на автобусную остановку, чтобы поехать на 26-й км, на дискотеку.

Стояли, разговаривали. Невдалеке находились какие-то два парня. На дорогу внимания не обращали.

Вдруг  услышала хлопок. Посмотрев в сторону Елизово, увидела, что напротив дорожного указателя столкнулись две автомашины.

На это было страшно смотреть. Она сильно испугалась.

Ребята сказали им, чтобы они вызвали «Скорую помощь», милицию, а сами побежали к месту аварии. С девчатами она перебежала дорогу и направилась к магазину, около которого стояла будка с телефоном-автоматом.

Но до того места не добежали, так как из-за левого угла магазина навстречу им выскочил  мужчина в трико и домашних тапочках. Он крикнул, что связь здесь не работает. Необходимо позвонить из дома, который находится на другой стороне.

Больше ничего добавить ни Олеся, ни ее подруги не смогли. Правда, добавили, что  около поврежденных автомашин их не было, так как побоялись туда идти.

Теперьследовало найти мужчину в тапочках. От испуга девочки совершенно не запомнили его возраст, фигуру, лицо.

Но все-таки площадь его поиска была ограниченной. Во-первых, было известно, что незнакомец  одет в трико и домашние тапочки. Значит, выбежал из дома. Во-вторых, выскочил из-за магазина. Значит, живет в домах, расположенных в том районе. А их там как раз не так уж и много.

 Первым домом, в котором я побывал, был дом № 20 по ул. Шоссейной. И там нашел сразу того, кого разыскивал.  Николай Смирнов поняв, что от него хотят, тут же поделился тем, что видел и о чем знал: «Проживаю  здесь отчимом. 1 мая в послеобеденное время вышел во двор, чтобы снять белье. Был в трико и в тапочках. В это время услышал какой-то удар.

Посмотрел в сторону магазина, который загораживал своим корпусом обзор левого участка местности и дороги.

Над крышей поднималось белое облако пара. Что там происходило, еще не видел.

Когда обогнул магазин, то впереди справа, на дороге, обнаружил стоявшие в беспорядке автомашины ГАЗ-24 и УАЗ-469. Понял, что произошла авария. Как раз к магазину, с автобусной остановки, бросилось трое девчат».

С получением таких показаний удалось не только замкнуть круг лиц, которые видели обстановку на местности  перед аварией, но и выяснить, на чем  строили свои выводы специалисты ПМК-6, проведя служебную проверку, в которой было указано о выезде автомобиля УАЗ-469 на главную дорогу со стороны магазина.

Источником из числа людей такой неверной информации был как раз Николай Смирнов. Он  показал, что так как видел на  проселочной дороге следы от УАЗ-469, то и высказывал  свое суждение многим.

К сожалению, при первом осмотре местности проселочная дорога, ведущая к магазину, подробно описана не была.

При проведении мною дополнительного осмотра там уже были наслоения множества других протекторов.

Но в любом случае версия о выезде водителя УАЗ-469 на главную дорогу от магазина ничем не подкреплялась.

1 мая по данной дороге могли проходить и другие машины, той же марки УАЗ-469. Кроме того, я располагал на этот счет показаниями свидетелей Шалыги и Дубровского о траектории движения  автомобиля водителя Васильева.

От полученных сведений появилось больше уверенности в том, что преступление будет раскрыто. Дальше поисковая работа пошла более целенаправленно и настойчиво.

Одновременно с установлением жителей поселка Красный, которые первыми прибыли на место происшествия, были найдены практически и все граждане, которые опять же первыми подъехали к месту аварии на своем или служебном транспорте.

Количество опрошенных лиц расширялось  в геометрической прогрессии: кто-то видел знакомого на месте происшествия, кто-то соседа, кто-то коллегу по работе, и т. д. 

Вызванные ко мне для допроса, многие удивлялись, как это я смог найти их среди десятков тысяч людей.

ГЛАВА 19

Пришел черед заняться вплотную Ишханом Данильяном. Его все-таки зя нашел. Это был мужчина в возрасте. Шумливый. Темпераментный. Махал  руками. Чуть ли кричал, что ничего не знает.

Затем, видя мою настойчивость, устно повторил тоже, уже рассказывал Чмыревым. Но категорически отказывался оформить все это протоколом.

Успокоить его было трудно. Исчерпав все свои воспитательные возможности,  вручил ему под роспись повестку о его явке в УВД.

Ишхан закатил глаза, потом спросил: «Что будет, если не приду? Если говорить ничего не буду?»

«Не дурите, Данильян! Не таких видел! В таком случае составлю протокол, вместе с корешком повестки документы будут приобщены к уголовному делу.  Суд возбудит в отношении Вас уголовное дело за уклонение от дачи показаний в качестве свидетеля. Решайте  сами, что для вас лучше!», - ответил ему.
 
Данильян подумал. Затем сказал, как бы уже примирительно: «Ну зачем так сразу! Посажу! Ты бы все сразу сказал, что хочешь! Я бы ответил! Приду! Обязательно приду!»
 
Надо отдать ему должное. Как не хотелось ему встречаться со следователем, но, себя переборов, на следующий день, в точно назначенное время этот «очевидец» уже стоял под дверью.

Что же он скажет? От его ответов могло многое проясниться, или многое, наоборот, затуманиться. «Тянуть за язык» его уже не приходилось.

После заполнения мною необходимых реквизитов в протоколе допроса, Данильян пояснил: «Наврал я вчера вам, гражданин начальник. Наврал, наврал. Ох, даже самому легче стало, что так сказал. Ну, откуда же вы все знаете?

Дело было так. Один знакомый попросил спросить у другого моего знакомого, отремонтирует ли он его автомашину?

Друг «башмачник», раньше жил на 21-м км. Да, но у него, правда, не был.

Поехал. Когда подходил к дому, увидел, как в одном из огородов копалась женщина. Спросил  про «башмачника». Ответила, что он здесь уже не живет, переехал на новое место.

Тогда я пошел обратно к автобусной остановке. Впереди себя увидел, что на трассе стоят два поврежденных автомобиля.

Вокруг них было уже много людей. Подошел.

В машине такси увидел водителя, двух женщин. В УАЗ-469 - водителя и капитана милиции.

Кто-то говорил, что якобы водитель УАЗ-469 выехал навстречу такси. Потом приехал и следователь, ГАИ. Меня пригласили как понятого участвовать в осмотре машин».

«Постой, постой!», - я  быстро прошуршал страницами одного из томов дела. Открыл на протоколе осмотра места происшествия. Прочитал, затем спросил: «Да ведь здесь указывается, что в осмотре участвовал Данильян Ишхан Григорьевич, 1944 года рождения. А вы Ишхан Ованесович!»

Данильян ответил: «Это я и есть. И там я. И здесь я. Бывает такое, что где-нибудь за столом начинают переспрашивать отчество. Мое отчество для произношения на русском языке трудное. Так я, чтобы по-быстрей, говорю всем «Григорьевич».

Так вот.  После подписания документов я уехал домой. Об этой аварии многие слышали, говорили. Ну, я, чтобы покрасоваться, и стал болтать языком, что сидел в машине такси. Все видел и все знаю.

Про работников милиции, которые якобы угрожали мне, тоже выдумал. Про все это прознали, видимо, мать и отец той девушки, что погибла.

Пришли ко мне. Стали допытываться. Я сначала ничего им не говорил. Они стали меня умолять. Мне их, честное слово, стало жалко. И вот все, что выдумал, им сообщил. На свою голову».

С окончанием допроса Данильяна отпала, как уже не рабочая, версия и о нахождении в ГАЗ-24 на заднем сиденье, кроме Кан-Ок-Сен, Данильяна или другого лица.

И одновременно с этим не подтверждалась причастность к запугиванию свидетеля  сотрудником  милиции.

Кольцо доказательств вокруг Николая Васильева потихоньку сужалось.

Оставалось, правда, еще одно - устранить противоречия между его показаниями, Поповича, с одной стороны, и  показаниями свидетелей, выводами экспертизы по поводу употребления Васильевым спиртных напитков 1 мая, с другой стороны.

Понятна была его озабоченность. Если такой факт будет доказан - для Васильева это будет как отягчающее вину обстоятельство.



ГЛАВА 20

30 апреля в вечернее время в поселке Новый стояла теплая погода. Без ветра.

Поэтому люди перед сном высыпали на улицу. Вышла из своего дома и Ольга Печникова. Мимо проходили Борис Тонкошкур с  Олегом Симоненко.

Увидев Ольгу, подошли к ней. Немного от них, в стороне, с какой-то женщиной беседовала Марина Буторина.

Примерно в 21 час к дому подъехал УАЗ-469. За рулем находился Васильев. Рядом с ним, на переднем пассажирском сиденье, - какой-то мужчина в штатском.

Водитель хотел выйти из салона, но сделать этого не смог. По его виду было видно, что он сильно пьян.

Марина подошла к Николаю, помогла встать на землю и завела в подъезд. Из машины вылез и знакомый Васильева. Он также еле держался на ногах - тоже был сильно пьян. Зашел в тот же подъезд, куда Буторина затащила сожителя.

Тонкошнур пригляделся. Затем Ольге Печниковой тихо сказал: «Ба! Знакомые все лица! Ведь это работник милиции Попович. Ну, если он в таком состоянии - что  нам, смертным, делать?»

В данном сотруднике Тонкошкур ошибиться не мог, так как Попович ставил его ранее на учет как освободившегося из мест лишения свободы.

Попович через полчаса вышел на улицу. Сел за руль. Пытался завести двигатель. Это увидел Сергей Филимонов, который вышел из дома, чтобы отнести корм своим свиньям.

Он знал, что на УАЗ-469 ездит Васильев. А  в салоне - уже другой мужчина. Да еще пьяный. От незнакомца он узнал, что он - друг Николая.

Но все равно Филимонов у мужчины ключи от автомобиля забрал. Затем отогнал УАЗ-469 подальше от дома, к сараям, а ключи отнес Буториной.

ГЛАВА 21

Но все это было 30 апреля. Что касается остального времени, то здесь разобраться было труднее.

Обход жильцов поселка Новый результатов не принес. Бессистемно продолжать дальше поиски было бесполезно. Надо за что-то зацепиться. Но за что?

Не за показания ли Кости Шалыги, который видел 1 мая на поляне, у дома № 1 по улице Совхозной автомобиль УАЗ-469? В связи с чем находилась там автомашина? Да и является ли он автомобилем Васильева?

Но почему о данном транспорте ничего не сообщила хозяйка данного дома Лидия Комольцева? Если к ней, ее родственникам указанное авто никакого отношения не имеет, то по всей логике она данного факта не должна скрывать.

Но раз умолчала, значит, что-то здесь не то. Это может быть связано с какими-то другими негативными фактами, однако не связанными с преступлением.

Нужно все эти сомнения как следует проверить. Кроме того, на примете  оставался еще Цой Дон Ил (этот тот мужчина, который первоначально сообщил, что с ДТП сбежало два сотрудника милиции), с которым также  требовалось хорошо поговорить. Что-то он знает, недоговаривает. «Темнит».

Откровенными данные свидетели стали только после длительной беседы с ним. И после того, как пришли к убеждению, что прощать того, кто оборвал жизнь другого, нельзя.

Есть проступок. Но есть преступление. Жертвой которого может стать каждый. Так кто им поможет? Кто поможет вам? Люди. Только люди.

Допросами многочисленных свидетелей удалось наконец восстановить и события 1 мая, предшествующие столкновению. Сейчас они будут приведены ниже.

И каждый, чья фамилия прозвучит, пусть задумается. Не он ли тоже явился, пускай косвенным, но виновником трагедии? Ведь Васильева от поездки в Елизово они должны были удержать. Раз напоили его.  Привели в бесчувственное состояние. Пусть вce останется на их совести. Навсегда.

ГЛАВА 22
 
Валерий Печников утром 1 мая вышел из дома № 17 по улице Молодежной и увидел, что Васильев с Поповичем сели в автомашину УАЗ-469 и уехали.

 Вдвоем они проехали в Елизово. Попович надел офицерскую форму капитана милиции. Сходил на парад. Затем снова сел к Васильеву. По дороге выпили 3 бутылки пива.
 
Между 11 и 13 часами продавец магазина № 20, который находится в поселке Нагорном, Наталья Бугера вышла на крыльцо, с торца здания, чтобы оставить пустые коробки.

Подъехал автомобиль УАЗ-469, в котором сидели двое мужчин. Один из них был в милицейской форме и находился на пассажирском сиденье. Они вышли. Шатались. Водитель сходил по-малому.

На увиденное Наталья обратила внимание Риты Грачевой. В это время к ним подошел знакомый Цой Дон Ил. Увидев сотрудника в форме,  с ним поздоровался. Попросил подбросить до 20-го км. Сел в салон.

Когда автомашина отъехала, Бугера сказала Грачевой: «Какой водитель пьяный. Может, сегодня что-то случится!» «Я и не знала, - потом она мне призналась  на допросе, - что мои слова окажутся пророческими».

Васильев и два его пассажира направились на 20-й км.

В это время у одного из домов на 20-м км, у дома супругов Николая и Тамары Степаненко, собралась большая компания.

Здесь были Сергей Шевкунов  со своей женой. супруги  Андрей и Светлана Ивахно, Игорь Зайцев  с супругой, Александр Забелин, Александр Дегтярев.

Еще раньше все договорились, что 1 мая отметят на природе, на поляне у дома № 1 по улице Совхозной, на 21-м километре.

Наготовили на шакшлыки свежее мясо, купили вина «Агалина» «Механджийское».

Теперь только думали, как все продукты перевезти на место праздника.

Пока они гадали, к ним подъехал УАЗ-469, из которого вышел Цой Дон Ил.

Ребята уговорили сидевших в машине оказать им помощь.

В салон загрузили бак с мясом, вино. В машину сели супруги Ивахно.

Шевкунов, Степаненко, Дегтярев, Забелин пошли пешком.

По дороге встретили на автомобиле «Жигули» Дмитрия Корикзу, который, как и они, работал в совхозе «Моховской».

Оставив Степаненко, водитель остальных подвез на улицу Совхозную.

К этому времени Васильев, Попович, Зайцева уже находились на поляне.

Игорь Зайцев на автомашине УАЗ-469 (которую дал ему Николай) съездил обратно и привез оставшихся.

Цой Дон Ил прибыл к ним на мотоцикле, который принадлежал Степаненко.

Мужчины разожгли костер. Шашлыки получились на славу. Не оставались полными и бутылки с вином.

Если Попович  выпил 2 стакана «Агалины», чокнувшись предварительно с Виктором Богдановым, который подошел от дома № 1, то Васильев, будучи уже «хорошим», нализался так, что потерял какое-либо чувство стыда. Тут же, при всех, около машины, сходил по-малому.

ГЛАВА 23

Пока на зеленой лужайке разворачивались описываемые события, на 28-м км по ул. Магистральная. 60, Алларион Кан ждал своих гостей.

Пока готовил стол, открылась дверь. и в квартиру зашли супруги Останковы с двумя детьми.

Только выпили по первой, как к дому подъехал УАЗ-469. За рулем находился Зайцев (один из всей компании, который не употреблял спиртного). С ним были Николай Степаненко  и дремавший на сиденье Попович.

Николай Степаненко пригласил знакомого Кан и его друзей провести выходной на природе. Они согласились.

ГЛАВА 24

Веселье разгоралось. Число участвовавших в пикнике увеличивалось.

Из дома № 1 по ул. Совхозной подошли Лидия Комольцева, из дома № 2 -Иван Кирпичников. Так как он был глухонемым, то, выпив стакан вина, сразу же ушел.

Часть отдыхавших потом перебрались в дом № 1.

Время шло быстро. Тут были и танцы, и музыка.

В 16 часов Васильев с Поповичем засобирались. Зайцев, видя, в каком состоянии находится Васильев, пытался не отдавать ему ключи от УАЗ-469. Но оба отъезжавших настояли. За руль сел Васильев.

Когда  отъехали, то Цой Дон Ил увидел, как находившиеся в салоне поменялись местами: Попович сел за руль, а Васильев рядом.

Но при выезде на трассу Попович рулевую колонку  передал снова Васильеву. До момента столкновения оставалось 350-400 метров.

Можно было еще одуматься. Одуматься? Остановиться? Нет! Не одумались! Один не остановился, другой не потребовал прекратить движение.

Оставалось 10 минут до смерти другого человека.

ГЛАВА 25

Узнав, что Буторина рассказала мне о наносимых Николаем побоев, Васильев был вне себя.

С рыбалки, где он проводил время со знакомым - капитаном милиции Александром Поповичем, он приехал волком и еле сдерживал себя, расспрашивая Марину.

Кстати, Попович  был не только знакомым Васильева. Васильев состоял у оперуполномоченного уголовного розыска «на связи», то есть был одним из его тайных осведомителей. Поэтому, Попович неоднократно покрывал Васильева перед государственными и иными органами, если у него с ними возникали какие-либо проблемы.

Перед Васильевым Марина дрожала всем своим худеньким телом. Испуганно стала оправдываться, что она ничего не знает. И снова Васильев  ее избил.

Дальше оставлять на свободе такого человека было опасно. К тому времени собраны достаточные доказательства и в совершении именно им преступления 1 мая.

Его задержание было обыденным. Помещенный в камеру изолятора временного содержания Петропавловского ГОВД, особо не унывал. Считал, что выйдет сухим из воды. Александр Попович за его труд в качестве тайного осведомителя в беде не оставит.

Но вышло по-другому.

ГЛАВА 26

Посидев в ИВС, ознакомившись с материалами, Васильев понял, что «к стенке его прижали». И «прижали» довольно хорошо. Не продохнуть.

Остается только одно. Признательными показаниями постараться скрутить с себя годик другой лишения свободы от того срока, что ему «пахнет» в суде.

 Подробно показал том, что вытворял с Верой Скальновой. Рассказал о фактах избиения Буториной. Пояснил о событиях 30 апреля, 1 мая до столкновения: «Пили с Поповичем дома, на поляне. Это все, что у меня осталось в памяти. Как потом сел за руль, как ехал, как столкнулся и с кем - не помню. Пришел в себя только в больнице».

У заместителя прокурора Камчатской области Бориса Клевцова Васильев был уже не тот, когда его только задержали: просящие глаза, трусливо опущенные плечи.

Вся его фигура говорила о том, что этот человек якобы глубоко раскаялся в совершенных преступлениях.

Как показали дальнейшие события, это был хитрый ход. Прокурор этому не поверил. Большой оттиск печати с государственным гербом лег на постановление следователя о заключении обвиняемого под стражу.

Хотя Васильев и предполагал, что именно так для него развернутся события в прокуратуре, однако прозвучавшие заключительные слова Клевцова были для него страшными: «Идите! Вы арестованы!»

«Товарищ прокурор! Товарищ прокурор! Да я...»

Прокурор твердо повторил: «Идите, Васильев! Вы арестованы!»

ГЛАВА 27

Мною в адрес начальника елизовской милиции в отношении Александра Поповича было направлено представление. По результатам служебной проверки и расследованияза дискредитацию звания работника милиции он из органов внутренних дел уволен.

ГЛАВА 28

Все. Что касается своей подследственности (ДТП со смертельным исходом, побои) - расследование завершил. Дело подшил, пронумеровал, передал для дальнейшего  производства (половое сношение с лицом, не достигшем половой зрелости - подследственность прокуратуры) следователю областной прокуратуры, который потом его через областного прокурора направил  в Елизовский народный суд.

В связи с тем, что в этот период Елизовский народный суд был перегружен уголовными делами,  судебными органами принято решение провести судебное разбирательство Быстринским народным судом под председательством судьи Валентины Герасимец.

Судебное заседание шло своим порядком. Допрашивались потерпевшие, многочисленные свидетели.

Правда, затем случилась такая заминка, которая существенно повлияла на весь ход дальнейшего процесса.

Посидев достаточно под стражей, поднабравшись опыта у сокамерников, Васильев решил, что свою фортуну надо испытать. Чем черт не шутит? Может быть, в чем-то и «пронесет».

На суде сообщил, что ранее говорил ложь. Сейчас будет говорить правду.

В чем же заключалась его «правда»? Буторину не бил. Ее заставил так говорить Александр Попович. С малолетней в половую связь не вступал. Марина Скальнова оговаривает его чувства мести. Перед столкновением за рулем УАЗ-469 находился Александр Попович. Он уговорил его взять  вину на себя. Обещал выручить. Просит суд дело в отношении меня прекратить.

Ходатайство подзащитного поддержал  его адвокат Валентин Санников.
 
Для суда такое заявление Васильева было неожиданным. Но в любом случае показания Васильева надо тщательно проверить. И проверить объективно. Необходимо допросить потерпевшего Александра Поповича.

Но он по судебным повесткам не приходил. По месту регистрации отсутствовал.

Сложилась такая ситуация, когда без заслушивания данного лица суд не мог  вынести  обьективный и справедливый приговор.

В связи с этим 26 января 1989 года по определению суда уголовное дело направлено на дополнительное расследование в прокуратуру Камчатской области.

После проведения ряда розыскных и следственных мероприятий (Попович был установлен, проведены очные ставки с Васильевым, в том числе с рядом свидетелей) уголовное дело снова поступило в суд Елизовского района.

Приговором Елизовского народного суда от 31 июля 1989 года под председательством судьи Алексеевой В. И., народных заседателей Коваленко Г. И., Червяковой Е.Д., Васильев Николай Федорович, 30 апреля 1960 рождения, уроженец села Архангельское Северо-Казахстанской области, русский, образование 8 классов, работающий водителем в ПМК-6 треста «Дальсвязьстрой», не судимый признан виновным в совершении описанных выше преступлений, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком в 8 лет.

Одновременно с вынесением приговора тем же председательствующим было оглашено определение о возбуждении уголовного дела в отношении потерпевшего Поповича А. М. за дачу на предварительном следствии и в суде заведомо ложных показаний.

ГЛАВА 29

Не успел истечь установленный законом срок для обжалования решений районного суда, как уже в судебную канцелярию поступили кассационные и частные жалобы.

Если осужденный и адвокат ходатайствовали об отмене приговора Елизовского суда и о прекращении уголовного преследования в отношении Васильева за недоказанностью его участия во всех преступлениях, то мать погибшей Людмилы Чмыревой, наоборот, считала, что осужденного Николая Васильева надо наказать гораздо строже.

В судебной коллегии по уголовным делам Камчатского областного суда  детально проанализированы собранные доказательства.

Осужденный, потерпевшие, также жители района, которые слышали об этой трагедии, ждали, что скажет областная инстанция.

3 октября 1989 года судебная коллегия под председательством Волгина А. С. и ее членов Кужеля Н. С., Куженкуя В. А., с участием прокурора Дьяченко М. В., открыв последние страницы пятитомного уголовного дела, вынесла свое определение: приговор Елизовского народного суда от 31 июля 1989 года в отношении Васильева, а также определение того же суда о возбуждении уголовного дела в отношении Поповича,  оставить без изменения.

ГЛАВА 30

Каждый раз, когда рейсовый автобус подъезжает к поселку Красному, который пересекла надвое дорожная магистраль, соединяющая между собой города Елизово и Петропавловск-Камчатский, я невольно внутренне весь сжимаюсь и затем жду, чуть ли не со страхом жду появления того дорожного указателя «Пешеходный переход» на 21-м километре, напротив которого 1 мая 1988 года в 16 часов 10 минут произошла эта трагедия.

Из-за нравственного падения одного, который по роду своей работы должен сам противодействовать всякому нарушению закона, преступных действий другого, а, в общем-то, - из-за человеческой непорядочности и равнодушия многих.

Вот и это место. И я явственно представляю тот страшной силы удар металла о металл, который в доли секунды разорвал существовавшую до этого хрупкую нить между жизнью человека и его смертью.

Владимир Живолудов,
следователь Следственного управления
УВД Камчатской области, майор юстиции,
10.11.1989 (с корректировкой на 21.10.2026)