169. Сказка о собирателе ядов Ваське

                Сказка о чудаковатом сборщике мухоморов Ваське и его знакомце – чёрном вороне. 
                Глава 1.               
Пожалуй, пришла пора рассказать одну весьма занятную историю, которая случилась в те далёкие времена, когда державой правил царь-батюшка, а душами людей владел патриарх. Впрочем, ни тот ни другой не имеют никакого отношения к теме той давней истории. Зато простой народ очень даже знаком с этой темой, и она, кстати, не раз всплывала в произведениях таких прославленных классиков мировой литературы, как Александр Сергеевич Пушкин, Антон Павлович Чехов, Лев Николаевич Толстой, и многих других мэтров повествовательного жанра. Так что тема эта не нова, и мучает человечество с незапамятных времён.

           Притом банальность и тривиальность этой темы даёт возможность возвращаться к ней с неизменной регулярностью. А тема эта – человеческие желания. И тут нет ничего удивительного, ведь любой мало-мальски сведущий в радостях жизни индивид, хотя бы раз в жизни да чего-нибудь себе пожелал. Кто-то желает найти себе жену красавицу, или наоборот мужа удальца, кто-то желает задаром заполучить роскошный особняк или хотя бы загородный дом, кто-то жаждет богатырского здоровья или вечной жизни, а кто-то мечтает о безмерном богатстве или несчётном достатке.

            При этом абсолютно все хотят, чтоб эти желания непременно исполнились. И здесь уж неважно, каким образом они исполнятся: по волшебству ли золотой рыбки, или же по велению восточного джинна, либо по средствам волшебной палочки, или ещё как, лишь бы они свершились. Хотя порой и случаются казусы. 
В общем, всякий человек извечно чем-то не доволен, и желает обрести нечто лучше того, чем уже обладает. Проще говоря, сколько человеку ни давай, ему всё мало. Однако есть люди, уже познавшие премудрости жизни, которые счастливы только тем, что имеют. Пусть это и немного, лишь какая-то крупица, но им и этого вполне достаточно, чтоб чувствовать себя счастливыми. Вот об этом-то собственно и пойдёт речь в нашей скромной истории.

           А случилась она не на пустом месте, и не в безымянной стороне, а на просторах Центральной полосы, в среднеземельной губернии, притом в чудесном, распрекрасном городке. Хотя, в общем-то, городок этот ничем уж таким особенным от прочих губернских поселений не отличался. Всё те же улочки, дома, центральная площадь, и конечно белёная церквушка с приходским погостом. Впрочем, расположение городка было более чем превосходным. Уж так вышло, что обосновался он аккурат с безграничным, вечнозеленым лесом, на берегу полноводной, и щедрой на рыбу реки. И вот это обстоятельство, в свою очередь, определяло род деятельности горожан; вся их жизнь была связана с рекой и лесом.

         Кто-то рыбачил, и славился своей удачей в этом ремесле. Кто-то охотился, и приносил не только добычу, но и весомый вклад в снабжение городка провиантом. А кто-то просто собирал лесные плоды: ягоды, грибы, орехи, и при этом успешно процветал. Одним словом вырисовывалась вполне благообразная картина. Однако в ней имелась некоторая червоточинка, этакое серое пятнышко на фоне всеобщего благополучия, прям какой-то несуразный изъян: и им являлся некий мужичок средних лет приятной наружности и опрятной комплекции. А звали его, как всякого провинциального обитателя, коротко и просто — Василий, или уж совсем незамысловато — Васёк, либо Василёк.

            Но как бы там ни было, и как бы его ни кликали, а только именно он был тем самым человеком, которому обычно дают прозвище «городской чудак». А всё потому, что имелась у него весьма странная привязанность, обожал он по лесу бродить, да собирать то, чего другому непотребно будет. Например, завёл он необычную привычку, заготавливать в сезон мухоморы, да ядовитые травы, типа белладонны, белены и цикуты. Другие-то горожане обходили их стороной, боялись отравиться, а вот Васёк их активно собирал. Часть всего этого ядовитого богатства он сушил и вялил. Другую часть варил, мариновал, даже жарил и пассировал, а затем всё это по туескам да горшочкам распределял, раскладывал. И что уж он потом с ними делал, никто не знал, не ведал.

             Хотя особого секрета тут нет, ведь весь этот ядовитый урожай Васёк чуть ближе к зиме свозил в столичный губернский центр и сдавал там всё это аптекарям да учёным медикам для опытов и исследований. Как выяснилось позже, также поступали все его предки. Уж такое редкостное ремесло, собирать ядовитую растительность да аптекарям её сбывать, унаследовал он от родителей. Странное конечно занятие, неординарное, сродни ведьминым замашкам, потому-то Васёк и держал его в секрете. Отчего прослыл чудаком, этаким городским сумасбродом, или как говорили люди – сумасшедший простачок. А ещё Васёк собирал шишки, смолу, берёзовый сок, осиновое лыко, кору, и много ещё чего такого, до которого другим сборщикам и дела не было. Собственно на это он и жил. Урожай сдавал, денежку получал, так и кормился. Хотя конечно этого ему не слишком-то и хватало, потому он постоянно сетовал.

              – Эх, незавидная моя юдоль,… вот же промысел мне достался от родителей,… непотребства собирать, да лекарям сдавать!… Хорошо хоть ещё не золотарём родился!… Ладно, что таким-то ремеслом отличился,… но всё одно, вижу я в себе другой потенциал!… Чую, я на большее способен!… Эх, кабы мне везение выпало, так я непременно генералом бы стал,… иль каким важным банкиром!… Ходил бы весь в алмазах, был бы богат и знатен,… ворочал бы миллионами!… А тут надо же было таким уродиться, простым сборщиком ядовитостей,… эхе-хе-хе-хе… - сожалея о своём нерадостном происхождении, частенько вздыхал Васёк, глядючи на то, как забавляются титулованные особы в столичном губернском центре, куда он свозил свой ядовитый урожай.

              А уж там, в центре-то жизнь кипела вовсю; тут были и яркие увеселительные заведения, и азартные казино, и сытные ресторации с кабаре, и манящие своими витринами крутые магазины, и уютные театры с куртуазными оперетками, и даже большой цирк со львами и слонами. Однако Ваську с его мизерным приработком всё это было недоступно. А потому он, насмотревшись на всё это буйство красок и развлечений, уныло возвращался к себе домой в провинцию, и там снова придавался своему опостылевшему ему ремеслу. И ещё неизвестно, сколько бы всё так продолжалось, если бы ни один престранный случай, произошедший с Васьком в лесу. А вышло вот что.
                Глава 2.
Была уже осень, а вернее самое её начало. Разгар грибного сезона. Тем более мухоморов в этом году, в отличие от привычного порядка, повылазило сверх всякой меры. Обычно-то они урождались штук по десять-пятнадцать на одну версту, а здесь их, что ни сажень, то целыми выводками красуются — красные шапочки обсыпанные белыми маковками, прям залюбуешься. В общем, у Васька работы невпроворот. Он их сбор с утра и до ночи ведёт. Пока светло Васёк весь в трудах, а только стемнеет он скорей спать стремится, и то у него сразу не получается, пока дневной урожай распределит-расфасует, так уж и луна в зенит взошла, полночь бьёт. От такой напряжённости иные люди с ума сходят, сил лишаются, а Васёк молодцом, вроде и ничего, носится аки оглашенный, урожаю радуется.

             – Ну, наконец-то подфартило!… Вот уж нынче прорва какая,… и грибочки-то все как на подбор,… качественные, знатные, ценные, такие редко бывают!… Запасов столько заготовлю, что все аптекари просто с ног повалятся их перерабатывая!… Ох, я им и цену заломлю за такую-то удачу!… Пусть-ка раскошелятся,… а уж я от деньжат-то не откажусь,… обнов себе напокупаю, избу подлатаю, не то обветшала чуток,… да гульну малёк,… передохну!… - уже планируя своё будущее, размечтался он. Впрочем, это и понятно, ведь намечался немалый прибыток, всё к этому шло, но вот только нынешним утром вышел казус. Васёк как обычно с рассветом подался в лес. Почти сходу набрёл на грибное место. Мухоморов обнаружил немерено. И версты не прошагал, как в распадок попал. А там его уже как будто поджидали, всё мухоморами усеяно.

             – Вот это по мне,… это мои грибочки!… Глядишь, до обеда управлюсь,… все аккуратно соберу, ни одного не пропущу!… - потирая руки, заключил он, и взялся за работу. Оказывается, мухоморы собирать, дело сложное, это вам не щи лаптем хлебать, тут особая сноровка нужна, должный навык требуется, а иначе можно и яду словить, отравление получить. Потому Васёк действовал с определённой осторожностью, аккуратно укладывая срезанные грибы в лукошко. Всё чинно и размеренно. И тут вдруг, как-то невзначай, его взгляд попал на чёрную тень в кустах у старой ели. Вроде там и быть-то ничего недолжно, просто кусты, листва на них пожелтела, спадает, и всё. А тут на контрасте этой желтизны чёрное пятно. Естественно Васёк вздрогнул от такого открытия.

              – Эй, кто там затаился!?… Леший ты или чёрт, мне всё одно,… а ну-ка выходи!… Убирайся прочь, не мешай мне делом заниматься!… Не нагоняй на меня страха, не то я и ответить могу!… Вон, у меня и ножичек есть,… я им грибы режу!… Смотри мне,… надо будет, так я и тебя полосону!… - с тревогой в голосе забасил он, угрожая ножом. Однако ответа из кустов не последовало. Только пятно вроде как ещё больше съёжилось.

               – Ах, так ты решил со мной в молчанку поиграть!… На нервы мне действуешь, вывести из себя желаешь!?… Иль может, с места согнать меня хочешь!?… Но нет, я не уйду!… Вон, тут какой урожай,… его я не упущу!… - ещё пуще взъелся на пятно Васёк, и скорей глазами какую-нибудь палку вокруг себя ищет, чтоб в случае чего было чем обороняться. Может сучок подходящий, или ветку надёжную, смотрит, приглядывает. И тут вдруг пятно шевельнулось. Потихоньку расправляться начало, и внезапно у него откуда-то сбоку показался огромный чёрный клюв; весь такой страшный, блестящий, крепкий, ударный. Васёк аж вздрогнул.

              – Ты ещё кто такой!?… Никак бес чумной!… Эй, не вздумай нападать на меня!… Зашибу, нечистая!… - заголосил он истошно, и сразу к драке приготовился. Но тут нежданно клюв заговорил.

              – Эх ты, парень!… Ну и глупый же ты!… Какого лешего ты взялся меня спрашивать!?… Ну, собирал ты эти свои мухоморы, ну и собирал бы молча!… Так нет же,… меня заметил и придрался, привязался,… кто я? да что я?… Ну чего тебе от меня надо?… Я тебя не трогаю, и ты меня не беспокой!… Сделал бы вид, что не увидел меня,… прикинулся бы,… собрал свой урожай, и ушёл!… А тут на тебе, разболтался,… будто здесь кроме твоих дел других нет!… А может у меня тоже проблемы, и ты мне мешаешь!… Короче, балабол ты, а не человек!… - отругал Васька клюв, и тут же расправился полностью, проявился окончательно. Так что теперь вместо тёмного бесформенного пятна с Васьком говорил уже огромный чёрный ворон. Да-да, пятно оказалось крупным, лесным вороном. Отчего Васёк вообще ошалел. Слышал он от егерей, что вороны бывают очень большими, и в состоянии копировать человеческую речь, но то, что они могут быть такими громадными и так ясно мысли изъяснять, такого Васёк не ожидал.

              – Так выходит ты не бес, и не чёрт,… и даже не леший,… а ворон лесной!… Но какой же ты огромный!… Откуда ты здесь?… Я в лес каждый день хожу, но тебя никогда не встречал, не замечал!… А ведь не заметить тебя трудно!… Я и медведей видел, и волков встречал, и лис, и даже мелких зайцев замечал, но такого ворона никогда не видел!… Что ты за птица такая?… - продолжая удивляться, пролепетал Васёк.

              – А то и за птица, что особенная!… Я не просто ворон, а волшебный хранитель леса!… Ну а не видел ты меня потому, что не положено мне людям показываться!… Вон, заметил ты меня, и чуть разума не лишился,… бес тебе померещился,… с ножом на меня броситься целился!… Да я бы и не показался тебе, кабы не беда со мной!… Обычно-то я успеваю улетать от людей,… прячусь подальше от вас,… а сейчас не смог улететь!… И кой чёрт тебя дёрнул в этот распадок податься!?… Прошёл бы мимо, и всё,… но ведь нет же, припёрся!… Эх, рассекретил меня!… - недовольно прокаркал ворон, отчего Васёк опять вопросом задался.

              – Это почему же ты не смог улететь-то?… Что за беда с тобой случилась?… Говори, не стесняйся!… Может я смогу тебе помочь!… - от чистого сердца предложил он свою помощь.

             – Ну, может и поможешь!… Обычно я сам в состоянии справится с таким пустяком,… даже и волшебство не надо применять,… но тут другое дело,… чары над ним не властны, уж больно оно мелкое,… такое, казалось бы, незначительное, что на него даже заклинание не придумано!… Вот сам посмотри… - заявил ворон, и к Ваську боком повернулся.

             – Вон, видишь,… на крыле у меня железная нить намотана!… Она словно капкан сжала мне кости,… сковала, спеленала меня, будто младенца!… Ни вздохнуть нормально, ни крылом взмахнуть!… Это охотничий силок такой!… Раньше-то охотники свои силки из верёвок делали, простую пеньковую бечёвку применяли,… её можно было легко клювом перебить, а тут-то железо!… Материал крепкий, клюв его не берёт,… с налёту его не перешибёшь!… Запутался я изрядно!… А попался по глупости,… погнался за стрекозой, заигрался, да нечаянно в силок угодил!… Охотник его меж веток натянул,… нить тонкая,… тень на солнце не отбрасывает, незаметная,… это тебе не бечёвка,… вот и попался!… Еле-еле от ветки её отбил, насилу отодрал, да сюда вот забрался, схорониться решил!… Думал, отсижусь, потихоньку распутаюсь,… но как видишь, ничего-то у меня не получилось,… а помочь некому!… Попробуй ты, а уж я тебе отслужу,… любое твоё желание исполню,… даже три!… Ты только не пустяковые загадывай,… дельные, крупные говори… - предельно всё внятно пояснив, предложил ворон. На что Васек, разумеется, сразу согласился.

              – Да, конечно помогу!… И желания не пустяковые загадаю,… покрупней, повесомей выберу!… - радостно завосклицал он, и мигом прильнул к крылу ворона, принялся силок разматывать, проволоку снимать, притом крайне аккуратно и бережно, чтоб не причинить ворону большего вреда и боли, а то ведь ещё рассердится, и не выполнит желаний, откажется. Впрочем, долго с проволокой возиться Ваську не пришлось, ведь у него руки проворные, пальчики рабочие, к труду привычные, быстро с силком справились. Ну а ворон едва свободу почувствовал, как сразу крылья расправил, встрепенулся, и этак задорно говорит.

                – Ох, и спасибо тебе мил человек,… хороший ты парень!… И хоть я имени звания твоего не знаю, но благодарен тебе от всей души, от всего сердца!… Так что сказывай скорей своё первое желание!… Загадывай, чего хочешь… - вежливо каркнул он, и крылья сложил, слушать приготовился.

                – Ха,… да я-то завсегда, пожалуйста,… только рад помочь!… Ну а зовут меня Васёк, и я простой собиратель, без чина, без звания!… И уж коли пожелание моё должно быть крупное, крутое, то чего уж тогда здесь мелочится,… хочу быть царём, и всё тут!… Надоело мне, понимаешь, бесправным слыть, хочу главным быть!… А то каждый мной понукает, за чудака меня считает,… мол, я только и могу, что мухоморы да белену в лесу собирать!… А вот я им всем докажу, что я и государством править могу!… Эх, разойдусь,… никто меня не остановит, не попрекнёт!… Делай меня царём, не меньше!… Вот это мне по нраву!… - раздухарясь, потребовал Васёк, и аж в позу встал, на что ворон тут же указал.

                – Ха-ха,… вон как ты заговорил-то!… Да уж, желание твоё понятно,… из грязи в князи, значится, хочешь выбиться,… царствовать желаешь!… Это как же получается,… царь Васёк, что ли выходит!?… Ха-ха,… интересная композиция намечается!… Хотя конечно полное твоё имя, Василий,… и вот уж царь Василий звучит намного лучше!… Однако чтоб дорасти с простого Васька до царя Василия, тебе ведь придётся изрядно потрудиться!… Надо и уважение, и почёт заслужить,… тогда к тебе и полное право царствовать придёт!… Впрочем, чего тут рассуждать-то,… уж коли я обещал твоё желание выполнить, так значит, так тому и быть!… - слегка поиронизировав, заключил ворон, и, не дав Ваську и слова сказать, резко взмахнул крылом, на котором только что проволока была, из-за которой он собственно и не мог колдовать.
                Глава 3.
И вот едва ворон взмахнул, как тут же поднялся ураганный вихрь, подхватил Васька, и закружил его словно волчка. И секунды не прошло как всё преобразилось. Уж и леса нет, вмиг исчез. И ворона не видать, испарился, растворился в дымке, а Васёк вдруг во дворце очутился. Сидит он теперь на троне, одет – обут по-царски. Нет на нём его старой одёжки, весь в шелках да парче, упакован с иголочки, а на ногах сапожки яловые, царские. У Васька от такого чуда аж дух захватило. Огляделся он по сторонам, и видит, вокруг него дворня хлопочет. Все чего-то делают, не то прибираются, не то украшают что-то, вроде к праздничному пиру готовятся. А по краям, у стен, на широких лавках знатные бояре сидят, и думу думают. Только тут Васёк обнаружил, что на голове-то у него корона красуется, и он взаправду царь. Притом никто этому не удивляется, вроде он уже давно правит, и все знают об этом, лишь царских указов от него ждут, для того и бояре собрались.

             – Это что же получается,… царь-то я, настоящий,… а значит, и править могу!… Эх, вот я им сейчас задам жару!… Вот только не знаю, чего сходу приказать-то!… Может для начала потребовать, чтоб спели или сплясали!?… Проверить, выполнят ли они мой указ, иль нет!… А может, приказать им драку меж собой устроить!… Пусть-ка друг дружку помолотят!… Всегда хотел посмотреть, как бояре при всей их комплекции и нарядах, мутузят друг друга!… А то они всё больше холопов драться заставляют, стравливают их, разные там войны затевают,… богатства делят!… А тут есть шанс посмотреть, как боярин боярина лупит!… Ха,… вот же потеха вышла бы!… Хотя нет, не надо с этого начинать правление!… Ох, вот же-шь царская доля, думать!… Аж проголодался,… ха-ха, так я с этого и начну,… велю обед устроить, пусть-ка покормят меня, а уж потом и решу чем дальше заняться,… танцы устроить, иль войну объявить… - хорошенько, но наивно поразмыслив, решил Васёк, а вслух этак степенно пробасил.

                – Вот что господа бояре,… я тут подумал-подумал, и надумал одну хорошую мысль,… а почему бы нам и не перекусить!?… Честно говоря, я, пока вы тут сидите да думу думаете, аппетит нагулял!… Так что есть захотел со страшной силой!… Давайте-ка откушаем,… а уж потом снова за дела возьмёмся… - вновь этак наивно, изъявил своё желание Васёк. На что тут же последовала реакция бояр.

               – Вот это верно!… Вот это правильно!… А то с самого утра всё сидим и сидим, дела решаем!… А голод-то не тётка, даёт о себе знать!… Пора бы и в трапезную!… - загомонили завосклицали бояре, да головами закивали. Никто Ваську не возразил, все его поддержали. Тем более пир и так намечался, за столами собирались беседу вести, совет держать, как раз по времени должен был обед начаться, то бишь совместная трапеза состоятся. И хотя Васёк был не в курсе всего этого, но его решение потрапезничать мигом всех оживило, и вполне устроило. Тут же примчались слуги, раскланялись и сопроводили всех в трапезную, которая находилась по соседству. Васька сопровождали особо осторожно, с особыми почестями, ведь как-никак царь.

               Ну а едва в трапезную вошли, как сразу по своим местам за столами расселись, и дыхание затаили. Примолкли, ждут от Васька первого тоста, ведь столы-то уже накрыты, всяких кушаний немерено, яств полным полно. Да и вино по чаркам разлито. Всё приготовлено, уж слуги расстарались, не зря суетились, по дворцу носились. Ну а Васёк на яства взглянул, слюнку сглотнул, не растерялся, чашу вмиг поднял, и сходу тост сказал.

               – Чтоб у нас всё получилось, чего бы мы там не задумали!… За наши желания и их исполнение!… - вскликнул он, и чарку опустошил. Все тут же последовали его примеру. Одним словом пир начался. Зашумели беседы, раздались новые тосты, послышался привычный для пира гвалт. Закипело веселье. Однако не всё так просто, как это выглядело со стороны. Оказывается, некая кучка родовитых бояр была уже давно недовольна правлением царя и желала его свержения, а потому готовила крамолу, то есть заговор. И так уж вышло, что именно на этом пиру они затеялись отравить царя. Ну а так как царём являлся Васёк, то соответственно травить собрались его.

              Кстати, отравление готовили долго и тщательно. Хотя это дело привычное, устранение царей у нас практиковали издревле. То яду в кушанье подсыпят, то кинжалом проткнут, то петельку на шею накинут, то на ножичек насадят, а то и под пулю поставят, или бомбой подорвут. В общем, ничего нового, готовился очередной дворцовый переворот, вот под него-то и попал наш Васёк. Естественно он ничего об этом не знал. Ел от пуза, пил от души, тосты говорил от сердца, веселился, и был уверен, что все его тут любят, уважают и почитают. Ан нет, не все. Уж такова царская доля, всегда найдётся недруги, которые заговор удумают.
                Глава 4.
И вот теперь в самый разгар пира, ведущий боярин из рода недругов, этак ненароком высыпал из своего перстня с секретом, прямо в чарку Васька крепкого яду, сотворённого из корней белладонны. В общем-то, вполне надёжная отрава, действуют безотказно, смертельных случаев не счесть. Уж сколько этим ядовитым снадобьем отравили разных вельмож и важных особ, просто прорва. Вот и сейчас был расчёт на неукоснительную и мучительную смерть. Естественно всё вышло по боярскому расчёту. Васёк, ничего не заметив, испил чарку отравленного напитка. В результате чего ему уже через минуту поплохело.

               – Ой, дорогие мои бояре,… что-то мне нехорошо,… никак съел чего-то странного, скоромного,… живот крутит, даже тошнит,… дышать тяжело, кхе-кхе-кхе,… и в голове какое-то помутнение!… Пойду-ка я лучше отдохну в опочивальню!… Эй, слуги, отведите меня в покои!… кхе-кхе-кхе… - вскликнул Васёк и закашлялся, что является прямым признаком воздействия белладонны. И только он хотел было шагнуть, как тут же повалился прямо под стол. Разумеется, мигом прибежали слуги, засуетились, подняли Васька, да так на руках скоренько в опочивальню и унесли. Меж тем главный боярин-отравитель шепнул на ухо своему родственнику-напарнику кое-что занятное.

               – Ну всё, кажись, скопытился наш супостат,… и поделом ему,… твой черёд править пришёл,… корону заберём, и уже завтра венчаем тебя на царство. А этого недотёпу скорей схороним,… да объявим, мол, на пиру куропаток объелся, вот и помер от заворота кишок. Уж такая позорная смерть, обожрался, и всё тут. Надо только пробраться к нему в покои, да подождать, когда он окончательно охладеет… - предложил боярин-заговорщик, на что немедля получил ответ.

                – Так в этом проблемы нет,… мы с тобой тут самые родовитые,… нам и решать, что дальше делать. Идём в покои, подождём его кончины,… нам никто не посмеет запретить,… просто некому,… мы тут главные. А потом объявим о его смерти… - мигом, и тоже шёпотом, отозвался напарник. А уже вслух оба вместе заявили, что идут в царские покои, помощь государю оказывать. И что интересно, им и вправду никто даже слова поперёк не вставил, не возразил, ушли они молча.

               А тем временем Васёк в покоях лежит ни жив, ни мёртв, без сознания, вот-вот Богу душу отдаст. Хотя тут тоже одна заковырка имеется, ведь он-то с ядами не понаслышке знаком, занимался ими основательно. Кстати, также не стоит забывать, что он в той своей жизни голыми руками собирал мухоморы, и даже ту самую белладонну. Разумеется, частички ядов проникали к нему в кровь через кожу, но в маленьких дозах, совсем крохотных. Отчего у него в организме выработался защитный механизм, иммунитет, иначе говоря, появилась сопротивляемость к ядам, и теперь отравить его было просто невозможно, разве что вызвать лёгкое несварение да потерю сознания, и то на время, что собственно и произошло. Как сказал великий алхимик и философ эпохи Возрождения – Парацельс (1493 – 1541) «Всё — яд, всё — лекарство; то и другое определяет доза».

               Вот и выходит, что белладонна сработала лишь как рвотное снадобье, не более. И теперь Васёк спал аки сурок в норке, только сильно сопел да храпел, ведь горячительного-то он принял изрядно, что говорит о явном вреде всяких там пиров и банкетов, пить крайне небезопасно. В общем, Васёк спит, а во дворце паника, дескать, царь от обжорства помирает. Уже час прошёл, и все в напряжении ждут исхода. А меж тем в опочивальне бояре-заговорщики от нетерпения на более страшное преступление нацелились, ведь сидят они недалече от царской постели, да слышат, как Васёк храпит, сопит, но помирать не собирается. Время идёт а он всё живой. Тогда старший боярин и говорит.

              – Слушай-ка, а что если ему помочь поскорей с Богом встретится,… давай-ка я его слегка подушкой прикрою, да придавлю,… иль ножичком в сердечко ткну,… и всё, готово,… кто ж проверять-то будет,… а никто, некому,… мы ему почти родня, нам и поверят… - предложил он, на что другой боярин отвечает.

              – Ну, ножичком это ты конечно зря,… ведь кровь пойдёт!… А вот подушкой придушить, это дело,… иль вон шнуром от полога удавить,… там ремешочек прочный, шёлковый, надёжный… - теперь уже этот боярин коварство предложил. Так они и сидят в сторонке, да смертоубийство обсуждают, шепчутся окаянные. Впрочем, их шепотка хватило, чтоб разбудить Васька. Однако просыпался Васёк своеобразно, постепенно, не сразу на ноги вскакивал. Привычка у него такая была, сначала полежать, прислушаться, а уже потом с постели вставать, ведь он у леса жил, а там приходилось осторожничать, а то мало ли, вдруг какой зверь в дом забредёт, залезет. Вот и сейчас Васёк проснулся, прислушался, да услышал весь боярский разговор. Разумеется, он понял, что его убить хотят, но вида не подал, затаился.

                – Ах, вы царские угодники,… так вот вы какие на самом деле… - подумал Васёк, и дальше спящим притворяется, лежит, не шевелится, – это что же получается, я им помехой оказался,… они сами править хотят. А коли так, то они меня рано или поздно, так или иначе, но всё одно уберут, со света сживут. Вот уж царская доля,… того и гляди, чтоб крамолы не случилось,… враги кругом. Нет уж, это не по мне,… не подходит мне такое,… не хочу я более царём быть,… не моё это, ждать пока тебя бояре прикончат,… бежать мне надо,… бежать… - вновь поразмыслив, решил Васёк, и совсем затих, примолк, дышать перестал. На что сразу обратили внимание заговорщики. Тут же к Ваську подошли. Пощупали его, прислушались к дыханию, да вывод сделали.

                – Ну, всё!… Издох деспот!… Айда скорей ко всем,… сообщим, чтоб похороны готовили, да намечали твоё венчание на царство!… - радостно заключил старший боярин. И они уже вместе быстрей в тронный зал понеслись, объявить о кончине царя. Разумеется, и Васёк в опочивальне не задержался, мигом скинул кафтан, тяжёлый балахон, да как припустил бежать из царских хором, только его и видели. Выскочил на улицу, да скорей в лес помчался. И ведь никто его не остановил; стражники видят, царь бежит, ну значит так и надо, лишь по стойке смирно вытянулись. А Васёк несётся в лес без остановки, только пятки сверкают. Так бежал аж запыхался, бедняга.
                Глава 5.
Но вот примчался Васёк в лес, и давай скорей то место, тот распадок искать, где он ворона спас. А лес-то ему этот как дом родной, уж весь его излазил, каждый закуток знает. Так что быстро распадок обнаружил, и мигом к той ели, подле которой мухоморы собирал, кинулся. Подбежал, и видит, ворон на месте сидит, словно и не произошло ничего, притом лукаво так улыбается. Насмешка у него в глазах прям так и светится. Ну, Васёк сходу на колени перед ним и бухнулся.

              – Это опять я, Васёк,… узнаёшь меня?… Хотя я и в царском одеянии, но это точно я!… Вот видишь, царём был,… всё как ты наколдовал,… правильно выполнил моё желание, да только напрасно!… Меня бояре чуть со света не сжили,… ещё бы чуток и прикончили бы!… Насилу сбежал!… Спасай меня,… второе желание моё исполняй!… - запыхавшись, протараторил Васёк, и на ворона этак жалостливо смотрит. А тот ему и говорит.

               – Вот я так и знал, что с тобой какая-нибудь беда случится!… Предупреждал же осторожным быть,… ведь царём только тот может стать, кто с малолетства к дворцовым интригам приучен!… И то не это не гарантия, что младенец царевич до коронации доживёт!… Хорошо ещё, что тебе повезло,… всё обошлось!… Видать, ты счастливчик!… Ну, это ладно, было и прошло!…
А что же ты на этот раз пожелаешь?… Может маркизом или бароном где-нибудь пристроишься?… Там и риска поменьше!… Хотя тоже, опасное это ремесло быть титулованным вельможей… - вновь задорно, поинтересовался ворон.

             – Здесь ты прав,… хватит с меня вельможной участи,… теперь царствовать не по мне!… Впрочем, вот быть богатым как они, я бы не отказался!… А сделай-ка ты меня самым влиятельным и богатым банкиром в державе!… Чтоб капитала у меня было на сто жизней,… да ещё и осталось, чтоб никогда не кончалось!… Вот тогда найму я себе охрану, личное войско наберу, и ни одного боярина к себе не подпущу,… ни какой заговорщик ко мне не подступится!… Богаче царя буду!… Всех куплю, всех продам, и ещё раз куплю!… ха-ха-ха… - высказав своё желание, рассмеялся Васёк, а ворон только и сказал на это, «будь по-твоему», и опять крылом взмахнул.

               Тут же повеяло ветерком, вновь поднялся вихрь, и закружил, завертел Васька. И секунды не прошло, как он очутился в своём новом обличии. На сей раз Васёк сидел в чёрном кожаном кресле, весь разодет в смокинг и белую шелковую сорочку с ажурным галстуком, как и положено важному банкиру. А перед ним за огромным дубовым столом с дорогой зелёной обивкой сидело целое собрание его подчинённых; тоже банкиров, но рангом поменьше, проще говоря, его мелкие сошки, прихлебатели. Васёк надменно обвёл всех взглядом и строго заявил.

               – Нуте-с, господа финансисты,… скажите-ка мне, как так получилось, что все капиталы мира не находятся в моём ведении?… Отчего так вышло, что я со своими возможностями, всё ещё не скупил все заводы и пароходы мира?… Почему так!?…

                ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...


Рецензии