Шатун Гл. 3. Старый лис

«Вот, вот здесь мы с Валентином Ивановичем пили чай, уху варили, вот здесь, – следователь, слушая Олега Олеговича Щебетова, поднял руку, – это вы мне? – Дрожь в голосе рассказывающего, усилилась до такой степени, что у него началась икота. – Тэк, и-э, так, и-э…»

К следователю юстиции подошел капитан полиции, такой же седовласый, по росту – невысокий, любящий прищуриваться, когда разговаривает с кем-то, и при этом, стараясь, всматриваться в глаза своего собеседника. И когда они о чем-то пошептавшись глянули на Олега, Щебетов, испугавшись, еще сильнее заикал. Понятно почему, капитан и следователь были близнецами. А может и не из-за этого, и, забыв про икоту, выпрямившись, стал медленно отходить от них. Хорошо, его шажки были короткими, а то сзади, оставалось буквально с полметра до небольшого глинистого обрыва, глубиною метра полтора-два.

«Постойте, постойте, э-э, Олег Олегович…», – капитан попытался, видно, предупредить его об этом.

Но тот, услышав этот окрик полицейского, сделал длинный шаг, и не найдя ногой ожидаемого упора земли, провалился в овраг и съехал по глине в воду.

Началась неразбериха, на помощь к Щебетову бросились и капитан, и участковый, стоявший невдалеке, и понятые. Кучей-малой они скатились вниз, толкая друг друга в спину, тем самым заталкивая в бурную воду лесной речки.

Олега поймали в метрах двадцати от этого места, а будет правильнее сказать, не поймали, а помогали ему, застрявшему в ветках старой сосны, перекрывшей русло, вылезти на берег.

Следователь, спокойно наблюдавший за этим со стороны, ждал, когда все успокоятся. И, после, посмотрев в глаза Щебетову, словно, прожевывая слово, вытащил его изо рта:

«По-до-зри-те-ль-ный вы человек, Олег Олегович. И вы думаете, я вам верю?»

Щебетов, услышав этот вопрос, полуоткрыв рот, замер. Его глаза, сначала расширились, потом забегали, рот еще больше открылся, и – глаза остановились.

«Ну, так, что, скажете, где он или будем продолжать искать Скворцова, а, Олег Олегович?»

Собравшиеся вокруг них люди, занимающиеся осмотром места происшествия, смотрели на дрожавшего от холода Щебетова.

«Так мне долго, скажите, ждать, Олег Олегович, когда вы придете в себя, а?»

«Не, не, не, а, – пытаясь унять дрожь своего тела, Щебетов снова стал делать короткие шаги назад. Но, теперь его никто не останавливал, сзади была сосна в полметра, не меньше, толщиной, которая спокойно выдержит вес, затрясшегося от накаленного своего нервозного состояния Щебетова. – Ой!» – Вскрикнул он, когда его ладонь уперлась в ствол дерева.

«Вы, думаете, что с того времени, как потерялся Скворцов, через два дня прошел ночной дождь, его следы затеряются, тогда и можно спокойненько прийти в полицию, и заявить о пропаже человека, так?»

«Так, товарищ следователь, если бы и пришел в полицию раньше, они бы сказали мне, что по закону должно пройти три дня, после пропажи человека», – прошептал Щебетов.

«Чего, чего, не понял? – Удивился капитан полиции. – Кто вам такое сказал, гражданин? А для чего на каждом столбе, заборе написано: «Звоните на номер 112, если есть угроза жизни, здоровью, имуществу или общественному порядку». Так? Тем более, насколько мне известно, вы являетесь депутатом поселковой Думы. А это я вам скажу…»

«Чь, чь, чь, Иван, так нельзя, успокойся, – хватая за руку капитана, сказал следователь. – Так далеко сейчас не стоит заходить».

«Так чего он, Николай?»

«Чь, чь, чь, все нормально. Это ты, полицейский, любишь быка за рога. А он, простой человек, депутат, он болеет за людей. А ты ему так и сразу статью шьешь. Нельзя, нельзя так, правильно я говорю, Олег Олегович?»

«Да, да, да», – искажая свое лицо испугом, ответил Щебетов.

«Вот и я о том же. Так вот, Олег Олегович, наши криминалисты, в том числе собака, сказали, что здесь вас три дня назад не было, а вот вчера, да, вы были здесь. Как так?»

Судя по лицу и всплеснувшимся рукам Щебетова, было видно, что тот не ожидал такого разоблачения. У него губы задрожали, голова и тело затряслись, и…

«Да вы, что делаете, что вы мне приписываете! – Вскрикнул Щебетов. – Этого вам я не позволю!»

«Ну, ты и лис!» – шепнул на ухо следователю капитан полиции.

«А ты, как будто не из нашего теста! – Ответил тот ему также шепотом. –Так вы говорите, – обратился он к Олегу Олеговичу, – что здесь рыбачили с пропавшим, э-э, Валентином Ивановичем Скворцовым. Но, как рассказали ваши соседи, вы кроме лодки с мотором, удочек, захватили с собой и ружье».

«Да, у меня, то есть, у Скворцова есть лицензия на медведя. Охота на него открывается с 1 августа, а уже сентябрь, и на ружье у меня есть документы и я могу его носить с собой, так что, все нормально. Вот смотрите», – и подал следователю документы, сложенные в целлофановый пакет.

«А Скворцов брал ружье?»

«Конечно, его же лицензия, и в ней записан я, как его помощник, что ли».

«А, где ружье?»

«У меня дома, в сейфе. Не оставлю же я его в лесу».

«Угу, угу, – просматривая документы, Николай Петрович передал их полицейскому, и, прищурившись, посмотрел на Щебетова, поинтересовался, – а вчера утром, тоже?»

«Не понял?»

«Пастух вчера в половине четвертого утра шел по улице, собирал скот на пастбище, говорит, что видел вас…»

«А, ну так я хотел съездить к нашему леснику, рассказать ему о пропаже Скворцова. Может, думаю, он у него в гостях».

«И?»

«А что «и»? Ну, поехал, стучал-стучал, а дома его нет. Да чего говорить-то, Емельян Емельянович старик, еле ходит. Чего он там знает? Ну, стучал ему в ворота, стучал, не слышит, значит, и Валентина там нет».

«Извините, Олег Олегович, а где он живет, лесник».

«Лесник? Ну…, – видно, что его этот вопрос застал врасплох. – Ну, на краю Косой балки».

«А ружье тогда зачем брали с собой, если ехали к нему в поселок?» – Спросил капитан.

«Так, ну это, вон у участкового спросите нашего, ответит, какая она, эта балка».
Вышел вперед старший лейтенант:

«Товарищ капитан, товарищ следователь, то место, что Косой балкой называют, тайга, низина, так сказать, и край заказника. Те места кабан любит посещать и кормиться там, олень, лось, естественно, и медведь. Пересекает ее эта речка, весной и осенью, бывает, низину подтапливает. Сама по себе балка не широкая, километра два-три, в длину столько же. Пробраться в нее нелегко, по краям, где плотный малинник, где осинник, где еловник.

А над ней, на этой стороне, лесник живет по имени не Емельян Емельянович, как говорит гражданин Щебетов, а Онуфрий Емельянович Семенов. Под семьдесят ему или чуть старше. Один, вдовцом остался, да и не работает вроде бы уже. Как внештатный сотрудник, считается, что ли. Это уже не мой район, уточнить надо».

«Так, Олег Олегович, вы подтверждаете, что со Скворцовым вы рыбачили на Косой балке?»

«Почти, рядом, километров на три ближе сюда!» – Согласился тот.

«Так скажите тогда, почему вы сбиваете следствие, привезя нас сюда, а не на Косую балку?»

«Так сейчас туда не пробраться, река разлилась после дождей», – ответил Олег Олегович.

«Проверяли это?» – спросил капитан.

«Так это, – Щебетов задумался, поглядывает то на участкового, то на следователя, видно не ожидал он, что участковый знает эти места. – Ну, а как, э-э, течение реки оттуда сюда идет, вот и думал, что Валька здесь. Она, знаете, как петляет, туда-сюда».

«Хм!» – Покачал головой следователь.

«Так, а что, – встрепенулся Щебетов, – дорогу ту залило, вот я и свернул сюда, а
то утонем еще».

«В чем?»

«В воде».

«В какой?»

«Как в какой, ну, не водопроводной же. Вода с реки заполнила лес, с ручьев, а их здесь, знаете сколько, о-о».

«А вы, как же эти затопленные места преодолели?» – Не сбавляет темпа опроса следователь.

«Так у меня-то УАЗ «буханка», вездеход-то, а ваш автобус в воде и сядет, хлопот добавится…»

Следователь что-то записывает в свой блокнот.

«Так, скажите, товарищ капитан, а за что вы подозреваете меня?», – голос Олега Олеговича задрожал.

«Вы же, сказали, что не виновны! – На лице следователя удивление. – А я вам верю. Вы здесь выросли, человек уважаемый, депутат, сорок эээ…»

«Девять, то есть, сорок девять медведей убил я», – добавил Щебетов.

«Так вот, Олег Олегович, но, ко всему этому, появляется вопрос, а что мы с вами здесь делаем, а?»

«А-а, так, – Щебетов прикусил губу, – ну, я сначала подумал, что он здесь потерялся. Вот. Ехал я оттуда, ну, придавило, выскочил с машины, оправился и дальше поехал. А приехал в поселок, а Вальки в машине нет. Мы то, когда оттуда ехали, с рыбалки, он в салоне завалился и дрых. А когда приехал домой, смотрю, а там его нет. Вот и думай, где это он делся. Здесь, за кабиной, лодка резиновая, сдутая лежала. Короче, гора была, а он спал там, на топчане, ну, в салоне, в смысле, потому и не видел его». 

«А как вы знали о том, что он спал?» – поинтересовался следователь.

«Так, когда собрались в дорогу, он сказал, что спать там будет. Залез и поехали».

«А трезвыми были-то?»

«Ну, а как, я-то за рулем, а когда за руль садишься, пьяным быть нельзя. Да и на работу мне нужно было идти после обеда. Так что, давайте в поселок, я там вас посажу в свою «буханку», и сюда, то есть туда поедем».

Следователь вопросительно посмотрел на капитана полиции, спрашивая взглядом, как быть.

«Осмотрели все здесь? – Спросил он у капитана. – Какие-то зацепки есть?»

«Кинолог с собакой нужен. А так, ни следа от протектора шин, хотя под ногами глина, в том числе и от обуви, не говоря уже о месте опорожнения, – усмехнулся полицейский, – и т.д. Ничего, так что, ожидаем сегодня всех остальных наших специалистов, и завтра возьмемся за полноценную работу. А за мной организация поиска, для этого люди нужны…»

«А, скажите, пожалуйста, Олег Олегович, а к леснику мы сможем проехать, дорога туда как, хорошая?»

Щебетов приоткрыв от удивления свой рот, снова забегал своими глазками, ища ответ: «Да такая же, на моей «буханке» по ней пройдем, как по маслу, не сядем, она еще тот вездеход».

«А какая дорога туда, глинистая, шоссейная, песчаная?» – Не сводит глаз с Щебетова следователь.

«Да, – Олег Олегович пожал плечами, – да не смотрел какая».

«Ну, что ж, проходите все в автобус, работу здесь завершаем», – сказал следователь, пропустив вперед Щебетова и других.

«Ох ты, и старый лис, Николай Петрович, выведал, где мясо зарыто!» – тихо сказал ему капитан.

«Ну, а как быть, братец мой, Иван Петрович? Брешет же он, на всю катушку, – вздохнул следователь, – и пока, как видишь, ухватиться еще не за что. Три дня он ждал, подумать только! Ничего, и не таких раскалывали, сейчас главное, потерявшегося парня найти».