Три жизни. Часть 68. Глава 115

Шаг навстречу.

 Чувство липкого страха, неловкого стеснения и глубокой внутренней неуверенности — вот что мне нужно было во что бы то ни стало перебороть в ту самую судьбоносную секунду. Сердце болезненно замирало от настойчивой, тревожной мысли: а узнает ли Тимо меня вообще? Ведь тогда, на роскошном заграничном корабле, он гораздо больше и увлечённее общался с Лизаветой. Я же лишь скромно выполняла вынужденную роль переводчика и изо всех сил искренне старалась даже не смотреть в его сторону.
Наша мимолётная встреча на «Сильи Симфонии» было такой короткой, почти призрачной. На одно мгновение замерев на месте, пришлось заставить саму себя глубоко перевести дыхание, спрятать вспыхнувшее волнение как можно глубже и уверенно сделать свой первый шаг вверх по холодным ступеням высокой гранитной лестницы.
Он протянул мне этот невероятный, пышный букет, и в то же мгновение удалось увидеть его искреннюю улыбку. В ней не оставалось ни единой капли фальши или притворства — только что-то удивительно детское, обезоруживающе доброе и светлое.

  — No, terve! — мягко произнёс финн, продолжая тепло и открыто улыбаться одними глазами.

Вся былая нерешительность окончательно отступила. Я бережно, с затаённой нежностью приняла из его рук тяжёлые, благоухающие розы и, почувствовав прилив неожиданной уверенности, ласково улыбнулась в ответ и вежливо поздоровалась.
Тимо слегка замялся от явного волнения, но его голос прозвучал вполне решительно:


  — Таня, у меня к тебе есть важный разговор... Я заказал столик здесь же, в «Олимпии», на втором этаже. Пойдём, поужинаем вместе?
Улыбнувшись в знак согласия, я слегка прижала к себе пахнущие цветы и вместе с Тимо спокойно прошла в фешенебельный, сияющий вестибюль отеля «Олимпия». Мы поднялись на второй этаж, где нас встретил приглушённый, мягкий свет изысканного ресторана. Заказанный столик оказался в уютном, уединённом уголке зала.

 Вокруг за накрахмаленными белоснежными скатертями чинно собиралась респектабельная публика: слышалась негромкая иностранная речь, тихий перезвон дорогого хрусталя и лёгкий, едва уловимый ропот фоновой музыки. Наш официант — безупречно вежливый, услужливый, в идеально отглаженном строгом костюме — бесшумно вырос у стола. С едва заметным почтительным поклоном он аккуратно принял тяжёлый букет, чтобы сразу поставить его в вазу, и предложил карту вин. Тимо, как истинный джентльмен, полностью взял этот выбор на себя, заказав лёгкое изысканное вино, которое как нельзя лучше подходило к атмосфере этого особенного вечера.
Когда нам разлили вино и официант на время удалился улаживать вопросы с основным заказом, Тимо времени терять не стал и решительно взял инициативу в свои руки. Он заговорил — легко, непринуждённо, со своей неизменной, удивительно доброй улыбкой. В его голосе сквозило столько искренности, что у меня внутри появилось странное ощущение, будто знаю этого человека всю свою жизнь. Приходилось буквально согреваться в лучах его открытости, хотя лёгкое женское стеснение всё ещё заставляло меня то и дело смущённо опускать глаза.

  — Таня, я приехал в Таллинн по бизнесу, — заговорил он, серьёзно посмотрев на меня.
Финн очень старался говорить так, чтобы мне было понятно: произносил слова мягко, отчётливо и просто.
— И мне очень нужна твоя помощь. Ты поможешь мне в работе.

  — Я?! — от неожиданности удалось даже слегка растеряться. — Но чем именно я могу тебе помочь?

  — Ты будешь моим секретарём, — уверенно, словно это был уже окончательно решённый вопрос, тепло улыбнулся финн.

  — Я?! Секретарём? — моё израненное сердце снова испуганно ёкнуло. — Но у меня же очень плохой финский язык!

  — Не переживай! — по-мальчишески задорно подмигнул он, и в его глазах снова промелькнула чистая детская теплота. — Я всё прекрасно пойму. А ты будешь усердно учить финский язык прямо в процессе работы.

  — Тимо... Мне нужно хорошенько подумать, — тихо выдохнула я, отчаянно пытаясь уложить в голове весь масштаб и внезапность его предложения. — Понимаешь, у меня сейчас должна быть срочная поездка в Кингисепп, в Россию, за дочерью. К тому же мой старший сын Серёжка тоже как раз собирается уезжать в Россию к бабушке Лиде, моей маме. Вот так просто, сию минуту, я не могу дать тебе точный ответ. Мне правда жизненно нужно всё обдумать.
Пока я это говорила, внутри меня, словно по венам, мгновенно разлилось какое-то удивительное, спасительное и тёплое чувство. «Вот она, помощь... — стремительно пронеслось в мыслях. — Сам Господь наконец-то услышал меня, послал этого человека и разом разрешил мою вечную, изматывающую проблему с деньгами».
Но в ту же самую секунду острая, пронзительная боль от мысли о том, что там, в далёком финском городе Турку, у меня есть любимый и единственный человек Аско, холодной искрой ранила сердце. Как быть? Снова это глухое, пугающее распутье судьбы.

           Продолжение тут:http://proza.ru/2026/10/24/1258