Колье императрицы часть 4 глава 3

Глава 3

В этот раз генерал Тихомиров был в приподнятом настроении. Сложно-завязанный клубок событий, включая смерть генерала Солоухина и неожиданное обнаружение драгоценного колье, начинал потихоньку распутываться, и шаг за шагом картина становилась все понятнее, что не могло не радовать генерала.
 
- Мы проверили Вашу версию, Виктор Алексеевич, - обратился генерал к майору Сереброву прямо в начале совещания, - она оказалась очень плодотворной. Было выяснено, что в ночь убийства генерала Солоухина в том же доме умер еще один жилец – Вадим Сергеевич Милованов, советник посольства России во Франции. Смерть не криминальная – сердечный приступ, но учитывая должность Милованова, а также то, что на следующий день он должен был выехать с дипломатической миссией в Париж, это однозначно наводит на мысль, что именно он был лицом, которому должны были передать ожерелье, возможно, в целях его вывоза за границу. Моя интуиция мне подсказывает, что мы имеем дело с хорошо продуманной операцией иностранных спецслужб, и хотя ее детали нам не известны, но ее совпадение по времени с началом подготовки к переговорам между Россией и Францией на высшем уровне, наводит меня на мысль. что речь идет о какой-то провокации, вполне возможно, направленной на срыв этих переговоров.

Майору Сереброву ужасно хотелось узнать подробнее об этих переговорах, о которых не знали нигде, кроме пары кабинетов в МИДе и здесь, у генерала Тихомирова, но спросить генерала напрямую ему казалось неудобным, и он продолжал молчать. Однако генерал неожиданно сам решил поделиться этой информацией со своими подчиненными:

- Планирующиеся переговоры, действительно, очень примечательные. Сам факт того, что они готовятся по инициативе французской стороны, вызывает, по меньшей мере, недоумение. Франция всегда находилась в авангарде европейской антироссийской политики и вдруг, без всякой очевидной причины, предлагает начать переговоры о налаживании экономических и политических взаимоотношений с нашей страной. И самое странное: одной из тем этих переговоров будет обсуждение выхода Франции из НАТО, что может стать по-настоящему смертельным ударом для всего Евросоюза. Надо признать, что причина такой смены политической ориентации нам совершенно непонятна, при том, что никакой смены политической власти во Франции не произошло. Все наши аналитики теряются в догадках.

Это было, действительно, интересно. Столько лет нагнетания взаимной ненависти, больше двух десятков пакетов санкций, призывы к срочной европейской милитаризации и вдруг такой разворот! Что могло сподвигнуть правящую верхушку Франции на такое экстравагантное решение? От высоких политических сфер майора Сереброва отвлек голос полковника Нестерова:

- А не является ли смерть Милованова простым совпадением? Может быть, это просто контрабанда исторических ценностей? Тогда становится понятным участие в деле Шария, имеющего широкие криминальные связи за границей и связанного с международной преступной организацией «Дракон».
   
- Не соглашусь с Вами, - вмешался в разговор майор Серебров, - Даже если Шарий появился в этом деле с целью контрабанды, колье первоначально предназначалось не ему, поэтому он и собирался его перехватить силой. Значит все-таки изначально цель появления колье у дома генерала Солоухина была другой.

- Я согласен с майором, поэтому сам факт того, что драгоценность случайным образом оказалась в наших руках не отменяет нашу задачу по вскрытию механизма планировавшейся операции и предотвращению подобных попыток в будущем. Этим Вы и займетесь, полковник Нестеров. Отработайте все связи господина Милованова, должно быть что-то, за что его подцепила иностранная разведка: подкуп, угрозы, шантаж – обычный набор. Проведите обыск в квартире Милованова: скорее всего у него должен быть «левый» телефон для связи. Изучите каждую минуту жизни этого человека за последние двенадцать месяцев.

- Есть, товарищ генерал, - задача была для полковника предельно понятна.

- Нам нужно обсудить еще один вопрос, - лицо генерала стало сосредоточенным, - Что делать с колье?

- Если я правильно понимаю, информация о том, что безделушка находится в России, в любом случае повредит процессу ведения переговоров. Любые наши оправдания только усилят недоверие и породят массу слухов и теорий заговора, как это обычно бывает, что настроит французское и мировое  общественное мнение не в нашу пользу, хотя сделать его хуже, чем сейчас довольно проблематично, - Нестеров сам понял, что его шутка была неуместной, и быстро поправился, - Поэтому лично я предлагаю спрятать колье подальше, где о нем никто не узнает еще ближайшие лет десять.
Предложение было не лишено рациональности. О том, что колье находится в России, знал довольно узкий круг людей, и даже если в дело были замешаны иностранные спецслужбы, они не могли сделать эту информацию публичной. Во-первых, у них не было никаких доказательств, во-вторых, это было совсем не в их интересах. Однако стратегия «прятать голову в песок» Антона Степановича Тихомирова совсем не устраивала. Как известно, лучшая защита – это нападение, поэтому для победы в этой мутной и не до конца понятной игре, необходимо было перехватить инициативу, а для этой цели предложение полковника Нестерова совсем не годилось.

- У меня есть встречное предложение, - решил поучаствовать в дискуссии майор Серебров, и чем дальше он говорил, тем более заинтересованными становились лица участников совещания. Даже полковник Нестеров, первоначально слушавший молодого майора с известной долей скептицизма, постепенно втянулся и начал задавать уточняющие вопросы. Генерал Тихомиров слушал Сереброва с нескрываемым удовольствием: «А мальчик-то, действительно, хорош. Далеко пойдет». Предложение майора Сереброва было принято без возражений.

***

Раскинувшийся в степях Кыргызстана город Ош встречал гостей солнцем и по-настоящему весенним теплом. Когда в Москве еще только начинал подтаивать снег, образуя глубокие грязные лужи на пешеходных переходах, здесь в среднеазиатской степи уже начинали цвести абрикосовые деревья, сверкая белоснежными лепестками на фоне ослепительно синего южного неба.

Ольга Веретенникова, спецкор телеканала «Россия», вышла из съемочной машины, чтобы подышать свежим прозрачным воздухом и насладиться ласкающим кожу солнечным светом. Неподалеку стояла группка журналистов телеканала «Казахстан». Мужчины курили, переминаясь с ноги на ногу, и с интересом и недоумением уставились на Ольгу. На их лицах словно застыл немой вопрос: «Зачем на такой репортаж бабу направили?», переглянувшись, они чему-то негромко засмеялись.

Ольга давно к этому привыкла. За пятнадцать лет журналистской работы ей ни один раз приходилось слышать: «Зачем ты этим занимаешься? Неужели нет более подходящей для женщины работы?» Она только отмахивалась и снова ехала в какую-нибудь горячую точку на съемки, на которые не каждый мужчина бы решился. Сегодняшнее задание, напротив, не предвещало ничего особо выдающегося. Ольга вообще попала на него случайно, освещение полицейских операций не было ее профилем. Просто она оказалась свободна и была не прочь съездить в трехдневную командировку, поэтому теперь прогуливалась под теплым среднеазиатским солнцем, ожидая вместе с казахстанскими коллегами, когда их пригласят начать съемку.

Эта операция готовилась давно. Органы по борьбе с незаконным оборотом наркотиков России, Казахстана и Кыргызстана несколько месяцев совместно разрабатывали один из крупнейших каналов наркотрафика из Афганистана через Среднюю Азию в Россию, а затем транзитом в Европу. Долгая кропотливая работа по выявлению преступной сети дала отличный результат, и накануне в ходе большой облавы был арестован весь основной костяк преступной организации, а также рядовые участники: курьеры и проводники. Событие было очень значимым, но приглашать журналистов на задержание побоялись: наркомафия есть наркомафия, обеспечить посторонним лицам защиту и безопасность в такой ситуации – дело довольно сложное.
 
Зато второй этап операции – обыск склада и перехват крупнейшей партии наркотиков вполне подходил для публичного освещения в СМИ, для чего центральные каналы стран, участвовавших в операции, направили свои съемочные группы для подготовки коротких, но зрелищных репортажей для вечерних новостных программ.
 
Пока спецподразделения осуществляли зачистку склада, местонахождение которого определили после допроса задержанных, журналисты скучали от вынужденного безделья. Ольга не была знакома ни с репортерами телеканала «Казахстан», ни с репортерами «Общественного Первого канала» Кыргызстана, ожидающими вместе с ней, когда спецназ разрешит журналистам доступ в помещения склада. Заводить кратковременные знакомства не особо хотелось, поэтому Ольга просто наслаждалась выпавшими свободными минутами, подставляя лицо ласковым весенним солнечным лучам. Она бы сейчас многое отдала за пластиковый стаканчик с черным сладким кофе, но эта радость была доступна только после окончания работы.

Вдруг в группках журналистов началось движение. Юра, кинооператор, выскочил из съемочного автомобиля и, махнув Ольге рукой, поспешил поближе к входу в склад. Из распахнувшихся ворот выходили спецназовцы в полном облачении и вели троих худых и каких-то замызганных мужчин неопределенного возраста со скрученными за спиной руками. Юра, как настоящий профессионал, уже вел съемку, стараясь подобраться поближе и снять кадр с наиболее выгодного ракурса. Ольга начала запись репортажа. Рутинная и не очень интересная работа.

Внутри склада горел тусклый свет. Ольга пробиралась за Юрием по каким-то лабиринтам из тюков и деревянных ящиков, которыми было заставлено помещение от пола и до потолка. Наконец сопровождающий журналистов спецназовец вывел съемочную группу в более просторное помещение, где на полу были сложены большой кучей серые, наполненные чем-то мешки.
 
- Что в мешках? – боец тряс за плечо бородатого мужика, стоявшего на коленях с заведенными за спину руками, схваченными в запястьях крепкими наручниками. Мужик что-то невнятно пробормотал, непонимающе встряхивая головой.

- Ты из себя дурака-то не строй! Все ты прекрасно понимаешь, – спецназовец добавил от себя витиеватую лингвистическую фразу, видимо, забыв о присутствии телевизионщиков. Ольга поморщилась, но ничего, монтажер свою работу знает. Один из спецназовцев подошел к мешкам, достал нож и быстрым точным движением распорол плотную серую ткань. Из мешка посыпался белый порошок.
 
«Мука», - подумала Ольга. Это, действительно, была она, что в первый момент привело полицейских в некоторое замешательство. Оправившись от смущения, спецназовец начал разрезать один мешок за другим, и на пятом мешке удача наконец-то не обманула его: вслед за мукой из мешка посыпались небольшие целлофановые пакетики, содержимое которых не оставляло ни у кого никаких сомнений. Это была крупнейшая партия из когда-либо задержанных полицией. Начался шум. Операторы снимали происходящее, стараясь залезть с камерами прямо под руки бойцов, которые раскладывали пакетики на полу, чтобы было удобно снимать крупным планом. Ольга обдумывала текст, который она произнесет перед камерой на выходе из склада, чтобы создать цельный и емкий репортаж.

Спецназовцы продолжали потрошить мешки, груда пакетиков становилась все выше, задание подходило к концу. Вдруг один из бойцов издал удивленный возглас. Ольга не зря была одним из лучших полевых репортеров: она мгновенно схватила Юрия за руку и метнулась к источнику крика. Спецназовец склонился над кучкой уже знакомых журналистам пакетиков, но среди них был плотный сверток, совсем не похожий на другие. Полицейский аккуратно развернул его и то, что предстало их глазам мгновенно сделало заурядный репортаж настоящей мировой сенсацией.
   
***

Известие об обнаружении колье Марии-Луизы на складе наркомафии мгновенно облетело весь мир, чему не мало способствовало присутствие журналистов трех стран, которые смогли довести это событие до сведения общественности практически он-лайн. Репортаж Ольги Веретенниковой стал ее настоящим журналистским триумфом, ради которого ей почти ничего не пришлось делать. Ролик с обнаружением украденного из Лувра раритета мгновенно стал хитом Интернета, и силами неугомонных пользователей очень быстро превратился в десятки мемов практически на все случаи жизни.

Не теряя времени даром, министерства иностранных дел всех трех стран ЕВРАЗЭС обратились с совместным заявлением о том, что колье будет передано Французской Республике в ближайшее время. Французское общественное мнение было не на шутку взбудоражено. Еще не успели хоть немного поостыть жаркие споры об отношении французов к широкому жесту России (в ее ведущей роли во всем этом деле никто не сомневался), как появился новый повод для дискуссий: Франция официально объявила о проведении на высшем уровне переговоров между двумя странами. Эффект от данного сообщения был подобен взрыву ядерной бомбы и эпицентром этого взрыва был, конечно, Брюссель. Эффект был такой, что Еврокомиссия даже не смогла собраться на совещание, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию.

***

Ярко освещенный парадный зал Кремлевского дворца был набит до отказа. Высокопоставленные российские чиновники весело галдели, пожимая друг другу руки в ожидании президентов, французская делегация тихо стояла поодаль, словно стараясь не попасть под назойливые объективы телевизионщиков, хотя сделать это было совершенно невозможно. Огромная толпа российских и иностранных журналистов заполонила все свободное пространство зала, оставив лишь место в центре, предназначенное для глав государств. Операторы пробовали работу видеокамер, журналисты настраивали диктофоны, зал был словно наэлектризован предвкушением огромной сенсации.

Наконец открылись знаменитые золотые двери, и президенты двух стран бодрой походкой вошли в зал. Приветствуя собравшихся, они дежурно улыбались, но улыбка российского президента светилась торжеством, а президент Франции с трудом скрывал тревогу и растерянность.
 
Уже были произнесены обычные в таких случаях слова о взаимной дружбе, когда гвардейский офицер торжественно внес в зал бархатную черную подушку, на которой ослепительным блеском сияло знаменитое колье императрицы Марии-Луизы. Под вспышки камер сотен мировых телеканалов президент России собственноручно вручил президенту Франции бесценный исторический раритет, и только самые близко стоявшие к месту события люди заметили, как тихонько дрожали руки президента Франции, принимавшего бесценный подарок.

На следующее утро немецкий журнал «Der Spiegel» вышел в не цветном формате. На белоснежной обложке, лишенной картинок и фотографий, огромными черными буквами была выведена одна единственная надпись: «Евросоюз умер».