Зацепила

«ЗАЦЕПИЛА»

Ты можешь перебрать десятки женщин.
Самых умных, самых красивых, самых лучших.
Тех, что строят карьеру, читают Бродского,
Тех, что смотрят в глаза и видят до дна.
Ты можешь коллекционировать их голоса,
Их духи, их манеры, их вкус, их тело.
Но в три часа ночи, когда город стих,
Ты будешь смотреть в потолок и вспоминать
Не ту, что была идеальной,
А ту, что просто...

ЗАЦЕПИЛА.

Она не была самой умной.
Она могла забыть про Нобелевскую премию,
Перепутать Стругацких с Брэдбери,
И спросить: «А что, Достоевский — это тот, кто про «Мастера»?»
Она не была самой красивой.
У неё были обычные глаза,
Обычные губы, обычная родинка на левой щеке.
Но когда она смеялась,
Внутри что-то переворачивалось,
Как будто в комнате включали свет,
И все остальные женщины становились
Бледными копиями с картинки.

Ты можешь перебрать десятки женщин.
Тех, что говорят шёпотом, чтобы казаться загадочными.
Тех, что молчат, чтобы казаться глубокими.
Тех, что уходят, чтобы казаться недоступными.
Ты можешь выучить все их приёмы,
Разложить по полочкам их психотипы,
Написать им «доброе утро» с запятой после «доброе»,
И даже поверить, что ты забыл.

Но память — странная штука.
Она не хранит идеальных.
Она хранит шершавое.
Ту, что сказала тебе «дурак»,
А потом прижалась холодным носом к плечу.
Ту, что не умела готовить,
Но варила тебе кофе в турке, забывая про сахар,
И ты пил этот горький, обжигающий,
И чувствовал себя живым.
Ту, что могла уйти, хлопнув дверью,
А через час вернуться с мороженым,
Как будто ничего не произошло.

Она не была лучшей.
Она была
НЕПОНЯТНО ЧЕМ.
Той самой занозой,
Которая засела под кожу
Не в сердце, а глубже —
В какое-то странное место,
Где нет анатомического названия.
Той самой, что не давала спать,
Но и не давала умереть.

Ты можешь перебрать десятки женщин.
Самых умных, самых красивых, самых лучших.
Ты можешь построить с ними дом,
Родить детей, посадить дерево,
Написать роман, получить Нобеля.
Но однажды ты поймаешь себя на том,
Что ищешь в их глазах
Её взгляд.
Что в их смехе
Тебе слышится её смех.
Что в их молчании
Ты ждёшь её слов.

И тогда ты поймёшь:
Ты не можешь перебрать десятки женщин.
Ты можешь перебрать десятки отражений.
А она — та самая,
Что зацепила непонятно чем, —
Осталась единственной,
Кого ты не смог
Перебрать.
Потому что она —
Не карта в колоде.
Она —
Козырь,
Который ты выбросил,
Думая, что играешь в другую игру.

Ты можешь перебрать десятки женщин.
Но в итоге
Ты вернёшься
К той,
Что ЗАЦЕПИЛА.
И это будет не выбор.
Это будет
Признание.