Цена кристаллина. Глава 16

— Я сказал, собирай! — прорычал Керис, сверля Нинею взглядом, полным ледяной ярости. Его голос гремел так, что эхо разнеслось по площади, заставляя людей вздрагивать. Он одним резким движением достал из-за пояса свой кристаллический посох. Наконечник оружия тут же засветился угрожающим синим светом, потрескивая разрядами статического электричества. Он направил его прямо на грудь девушки.


Толпа в ужасе замерла, превратившись в единую массу испуганных тел. Люди судорожно оглядывались, ища путь к отступлению, но сопротивленцы, словно стая хищников, уже окружили периметр площади, сомкнув кольцо. Выхода не было.

Нинея, бледная как полотно, медленно наклонилась. Её руки дрожали так сильно, что она едва могла ухватить грязные, затоптанные листовки с мостовой. Она судорожно собирала их, шмыгая носом и всхлипывая, пока вся пачка не оказалась у неё в руках. Керис удовлетворенно хмыкнул, когда она, дрожа всем телом, передала листки близняшкам Найзе и Вии. Те молча приняли их, прижимая к груди, словно это были драгоценности.

Нинея отступила назад и спряталась за широкой спиной Тариса, заливаясь тихими, сдавленными слезами. Тарис стоял с побелевшим лицом, боясь даже пошевелиться. Его взгляд был прикован к сияющему наконечнику посоха в руках Кериса. Мия в ужасе жалась к подруге, закрыв лицо руками.

Делия стояла, гляда на эту картину, не зная что делать, она словно очутилась в кошмарном сне. Натия так и сжимала ее руку, ее пальцы были ледяными.

Наконец Керис медленно повернул голову и посмотрел на Делию. Их взгляды встретились. На мгновение в его глазах мелькнул неподдельный страх. Он быстро шагнул к ней, сокращая расстояние, и, склонившись к самому её лицу, почти шёпотом, чтобы не слышали другие, произнёс:

- Делия, что ты здесь делаешь? Уходи отсюда немедленно! Прямо сейчас! Беги, пока я могу тебя прикрыть!
— Я не уйду, Керис, — так же тихо прошептала она, чувствуя, как внутри поднимается волна решимости, заглушающая страх. — Это ты уходи со своей бандитской шайкой! Мы проводим здесь мирный пикет! Законный! Ты всё портишь!


— Какой мирный пикет, милая? Что за детский сад, Делия? Очнись! — его голос стал жёстче, хотя он всё ещё старался говорить тихо. — Это не поможет! Все эти ваши рисунки, красивые слова... Они не изменят мир, не поменяют взгляды варлоковцев. Это бесполезно! Пустая трата времени.
Уходи, Делия, потому что сейчас мы устроим здесь настоящий митинг. Взрослый и серьёзный! Тот, который они наконец-то услышат.


- Керис, ты ничего не добьёшься этим! — прошептала Делия, чувствуя, как сердце колотится в горле. — Тебя бросят в тюрьму, или сошлют на рудники!

- Ошибаешься, — усмехнулся он мрачно. — Так мы добьёмся гораздо большего. Они понимают только язык страха. Ты наивна, если полагаешь, что их можно вразумить твоими жалкими плакатами и просьбами о доброте. Но за попытку спасибо. Ты всё равно молодец, что решилась. А теперь — уходи!

— Керис, прошу, остановись, — взмолилась она.

— Слишком поздно, Делия.
Делия почувствовала, как по венам разливается ледяной ужас, парализующий волю, но она постаралась скрыть дрожь, выпрямив спину.
— Уходи! — крикнул ей Керис уже громче, оборачиваясь к толпе, и резко рванул вперёд, в гущу людей.


Внезапно площадь взорвалась криками. Из-за плотной стены мечущихся в панике людей Делия не могла видеть, что именно происходит в центре, но звук был оглушительным. Раздался треск ломаемого дерева, звон разбитого стекла и пронзительное шипение разрядов кристальных молний. Ряды Сопротивления, казалось, выросли в размерах, расширяясь и поглощая пространство. Должно быть, охранников у ворот нейтрализовали первыми. Делия краем глаза увидела несколько распростёртых тел в форме стражников и судорожно надеялась, что они просто оглушены, а не мертвы.

Люди бросились врассыпную, толкаясь, падая и давя друг друга в стремлении спастись. Но путь им преграждала непробиваемая, живая стена бойцов Сопротивления, сцепившихся щитами и плечами.


— А куда это вы собрались? Веселье только начинается! — в центр площади неспешно вышел седовласый мужчина-вентр. Он был одет в длинный плащ, а его лицо пересекал старый шрам. Глава сопротивления, как догадалась Делия. Его голос, несмотря на спокойный, почти бархатный тон, прозвучал как приговор, перекрывая шум паники.
Люди затихли, чувствуя себя загнанными в угол зверями. Они замерли в оцепенении, понимая с ужасом, что бежать некуда.

— Итак, начнём, — продолжил лидер, обводя толпу тяжелым взглядом. — То, что сейчас происходит, вполне закономерно и предсказуемо. И вызвано вашим же нежеланием прислушаться к голосу разума. Вашей непомерной гордыней, присвоением власти над миром, который вам не принадлежит. Вашим упорным нежеланием признавать права и достоинства других рас. Нежеланием видеть и слышать очевидное.
Но даже у самых терпеливых существ когда-нибудь иссякает чаша терпения. После тысячелетий безуспешных попыток мирного сосуществования она переполняется. И то, что последует за этим, вас не обрадует. Вы ещё не осознаёте весь ужас грядущего, но время неумолимо. И когда оно нагрянет, вы поймёте, что слишком поздно. Сейчас вы наблюдаете бунт первобытных. Но вскоре придём мы. И мы сильнее, чем вы думаете. Гораздо сильнее.

В толпе пронёсся напряжённый, испуганный шёпот. Люди, словно парализованные страхом перед неизбежным, не двигались с места, глядя на предводителя Сопротивления как на воплощение смерти.

Вдруг воздух рассекли мощные разряды энергии. Делия увидела, как в главные ворота площади с грохотом вломилась группа стражников короля. Одновременно с этим с небес спустились несколько королевских боевых планеров, зависнув низко над землёй и подняв клубы пыли. Из люков выпрыгнули десятки стражников в защитной броне, с заряженными посохами наготове.


Натия схватила Делию за руку и рывком потащила её в сторону торговых рядов.
— Сюда! Быстрее!
Юркнув под массивный деревянный прилавок овощной лавки, девушки затаились, прижавшись спиной к стене, надеясь переждать это безумие. Снаружи паника достигла апогея. Крики смешивались с воем сирен. Вентры отступали под натиском хорошо обученной королевской гвардии, и всё это сопровождалось бесконечной, оглушительной канонадой молний. У повстанцев, заметно проигрывавшим в численном превосходстве, не было ни единого шанса против профессиональной армии Варлока.

Нескольким вентрам удалось ускользнуть в переулки, растворившись в тени. Делия молилась всеми силами души, чтобы Кериса не схватили. Она не желала ему участи узника темницы или каторжника на рудниках.
«Только не он, пожалуйста, только не он», — стучало в висках.

Когда последний звук битвы стих, а последний, не успевший бежать вентр был грубо схвачен и скован наручниками, Делия и Натия осторожно выбрались из своего укрытия и огляделись.

 Картина была ужасающей. Разрушения были повсюду. Торговые палатки и прилавки лежали в руинах, перевёрнутые телеги блокировали проезд. Им чудом повезло — их убежище почти не пострадало, лишь крыша была пробита осколком. В соседних лавках зияли выбитые стёкла, а земля была усыпана осколками кристаллических светильников, которые мерцали тусклым, умирающим светом. Несколько человек лежали без сознания на площади.

— Хоть бы все выжили, — прошептала Делия, наклоняясь над ближайшим лежащим мужчиной и проверяя пульс на его шее. Слабый, но ровный. Она выдохнула с облегчением.
— Так, стоять! Вы идёте с нами! — прогремел вдруг грубый голос прямо у них за спиной.
Чьи-то руки схватили Делию и Натию за плечи, рывком поднимая их на ноги. Стражник возникший словно из ниоткуда, держал их мертвой хваткой.

— Но мы ничего не сделали! — возмутилась Натия, усиленно пытаясь вырваться и стряхнуть его руку.

— А кто организовал этот митинг? Кто рисовал эти плакаты? — прорычал стражник, сильнее сжимая их плечи до боли и начиная волочить за собой к центру площади, где строились шеренги арестованных. — Не виляйте!
Натия что-то невнятно пробормотала в ответ, пытаясь оправдаться, но её голос потонул в общем гуле.
— По закону организаторы и активные участники отвечают в первую очередь! — продолжал стражник, таща их сквозь толпу зевак. — Не завидую я вам, девчушки.
— Но… но мы просто хотели мира… — прошептала Делия в ужасе, чувствуя, как ноги подкашиваются.
— Заткнитесь и за мной! Шагать! — рявкнул стражник, давая такой сильный толчок, что девушки едва удержались на ногах.
Вокруг смыкались ряды стражи, и Делия поняла: их мечта о мирных переменах рухнула в один миг, уступив место холодной реальности тюремных камер.