3. Сиротский дом и Вторая московская гимназия
В те годы эта тюрьма, как ни странно, производила на современников не самое удручающее впечатление и являлась не самым неприемлемым для женщины-вдовы местом службы. Еще в 1819 году была предпринята попытка сделать тюрьму во всех отношениях «образцовой и показательной». Российские должностные лица и британские филантропы при поддержке верховной власти, озабоченной в эти годы распространением экуменических христианских ценностей в социальных мероприятиях империи, учредили Попечительное о тюрьмах общество. Перед ним ставилась задача нести религию узникам тюрем, облегчить их физические страдания и сделать тюрьму местом истинного исправления. Показательной площадкой для этих целей администрацией и был выбран Губернский тюремный замок. Посетившая Бутырку в 1823 году комиссия отмечала, что эта тюрьма построена в соответствии с идеями выдающегося филантропа Джона Говарда, британского тюремного реформатора. Добавлялось также, что узники Губернского замка «живут в поразительно хороших условиях» и что тюремный «смотритель очень вежлив». За 1830 год через тюрьму прошло 3638 заключенных; большинство из них обвинялось в мелких правонарушениях, таких как кража и несоблюдение паспортного режима.
С началом работы в Губернском тюремном замке и получением жилья и жалованья, Варвара Акимовна получила возможность дать Михаилу образование.
Первым образовательным заведением для него стало Преображенское сиротское училище. Училище имело статус начальной школы. Среди местных жителей оно привычно называлось Матросской богадельней. Нравы здесь царили суровые: наставники внушали послушание розгами, а старшие ученики – кулаками. Такое «воспитание» наносило ущерб ребенку, уродовало личность маленького человека, заставляло, но не всех, приспосабливаться, угодничать и заискивать перед сильным и подавлять слабого. Годы отрочества укрепили независимый и твердый характер Каткова, научили его стоять за себя, если нужно, то и драться, защищая свое достоинство. Нелишнее качество для будущего мужчины, государственного или общественного деятеля.
Впрочем, были в училище и положительные стороны. Здесь не только содержали, правда, очень скромно, почти что впроголодь, но еще и учили, давая возможность воспитанникам «выбиться в люди». Была здесь, в библиотеке, хорошая подборка исторических книг и рукописей, впоследствии ими зачитывался другой ученик училища – замечательный историк, собиратель московских древностей Иван Егорович Забелин (1820–1908).
Здание Преображенского начального сиротского училища сохранилось до настоящего времени (Стромынка, 32). Хотя и в сильно измененном виде (надстроены два этажа; угол, выходящий к Яузе, снесен), но в течение всех прошедших лет оно было связано с историей московской благотворительности и образования. Сегодня здесь располагается МГУПИ (Московский государственный университет приборостроения и информатики).
Обучение в сиротском училище продолжалось довольно продолжительное время (может быть, три или четыре года), затем в 1830 году Михаил около года учился в Первой московской мужской гимназии.
Свое название «Первой» гимназия получила не сразу: до 1830 года она называлась губернской, затем – Второй московской, поскольку при упразднении Московского университетского благородного пансиона была создана Первая московская гимназия, которая с 1833 года стала называться Дворянским институтом, а Вторая, до этого губернская, получила наименование «Первая московская гимназия».
Гимназия располагала собственным зданием у Пречистенских ворот на Волхонке (бывший дом князя Г. С. Волконского, дважды горевший и много раз перестраивавшийся, ныне улица Волхонка, 16). В 1819 году помещения были восстановлены, и до конца своего существования здесь и находилось это одно из знаменитых старейших средних учебных заведений. В его стенах, кстати, были открыты и первые в России Высшие женские курсы профессора В. И. Герье, преемником которых ныне выступают Московский педагогический государственный университет и еще два вуза – РГМУ имени Н. И. Пирогова и МИТХТ имени М. В. Ломоносова.
В этой же гимназии примерно в те же годы, что и Катков, учился будущий военный министр Дмитрий Милютин. Он оставил весьма нелестный отзыв о царившей там атмосфере и методах обучения. «В те времена гимназии вообще, не исключая и Московской, были из рук вон плохи как в учебном и педагогическом отношении, так и еще более в материальной обстановке. Везде грязь, в окнах разбитые стекла, так что в зимнее время и ученики и учителя сидели в шубах или тулупах. Со стороны учителей и начальства также мало было назидательных примеров для молодежи: они относились к учащимся неимоверно грубо и сурово; в классах не только слышались самые грубые ругательства, но доходило нередко и до телесной расправы: за одно незнание заданного урока, за невнимание в классе учителя били линейкой по пальцам, драли за уши, а некоторые призывали в класс сторожей с пучками розог и тут же, без дальнейших формальностей, раздевали провинившегося и пороли не на шутку".
Обучение в сиротском училище, а затем в гимназии, где царили довольно суровые порядки и нравы, закалили его характер, который приобрёл твёрдость и независимость. Однако одновременно в нем развились такие черты как закрытость, замкнутость, необщительность. Через год после поступления Михаил был забран из гимназии и хлопотами матушки и князя Шаликова определен в частный пансион профессора Павлова, только что открытый в Москве.
Свидетельство о публикации №226102300858
Владимир Деев 2 23.10.2026 21:18 Заявить о нарушении
Полина Ребенина 02.11.2026 20:15 Заявить о нарушении