Место для дискуссии и демократия как инструмент не

Место для дискуссии и демократия как инструмент неорабства

Стал думать, что иногда, действительно, парламент - не место для дискуссий, если речь идет о сосредоточении усилий на поднятии уровня благосостояния людей. Продвижение Западом демократии отражается на жизненном уровне - она становится инструментом порабощения местного населения. С помощью финансирования и подкупа разных партий и кандидатов Запад (прежде всего США) проталкивает свои экономические интересы в страны бывшего второго или третьего мира. Демократические выборы - метод отвлечения внимания населения от реальных проблем, необходимости проведения социальных реформ. Аборигены проводят выборы, выбирают кандидатов, и "счастливы", что у них демократия, как "счастливы", например, в Индии. С голым задом, запредельной нищетой и коррупцией, но зато с демократией. У рабов (неорабов) тоже есть демократия - они выбирают себе нового надсмотрщика вместо того, чтобы освободиться от рабства и озаботиться нормальными человеческими условиями проживания. Хитрый показатель ВВП показывает рост производительности, но не показывает реальный уровень доходов простого населения (ВВП фиксирует объём производства, но не говорит, как доходы распределяются). А уровень доходов при неорабстве толком не повышается. Повышается только уровень коррупции. Потому что капитал в бывших колониях компрадорский. Кучка местных олигархов выполняет указания белых людей, за что их поддерживают и дают возможность обогащаться, а они на выборах вешают лапшу на уши избирателям, а те рады хлопать в ладоши, - у них ведь демократия! Демократия - это то же что и ранее бусы, зеркала и прочий ширпотреб белых людей для туземцев. И с помощью демократии набрасывают на местное население цепи рабства - неорабства. Поэтому сосредоточение всех сил на решении жизненно важных проблем работает в целом в интересах местного населения. Так что, действительно, вместо болтовни и демагогии иногда полезно заниматься реальными делами, реальной экономикой, проводить важные и крупные реформы в интересах простого населения, в интересах всего общества в целом.

Сукарно - великий политик, но бездарный реформатор и администратор. Он выполнил свою историческую миссию - освободил индонейзийцев от колониального гнета, объединил их в какой-то степени (было создано некое койне), создал новое государство - Индонезия. Ему следовало уйти или хотя бы отойти в тень, если он боялся потерять власть, и далее стать неким политическим лидером в плане идеологии. Однако, он не обладал должным политическим опытом - не имел опыта управления большим государством, - стал упускать все достижения "индонезийской революции". С некоторых пор он стал опираться на военных, а те занимали высокие гос. посты, начинали руководить национализированными предприятиями, из-за их некомпетентности, коррумпированности, экономика не могла развиваться должным образом.

Реальной силой в стране становилась коммунистическая партия, которая реально работала с населением и не была замешана в коррупционных связях. Соответственно, постоянно росла популярность и численность самой коммунистической партии Индонезии (КПИ). Это вызвало обеспокоенность внутри военно-деловой клики, которая пропагандировала антикоммунизм. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что за антикоммунистическими настроениями стояли американцы (Об этом хорошо говорится в книге Бевинса "Метод Джакарта..."). К сожалению, в книге М.С. Капицы и Н.П. Малетина "Сукарно. Политическая биография" (М., 1980) много уделяется внимания влиянию на политику Сукарно Китая, но практически оставлено без внимания влияние американцев. А именно американцы подготовили почву и отдали приказ для военного переворота 1965 года. Президент Индонезии пытался постоянно лавировать, между левыми и правыми, действуя полумерами, так сказать, хотел усидеть на двух стульях (на словах он делал революцию, национализацию, но на деле по-большому счету революции как таковой не было, а после 1960 г. вообще экономика Индонезии покатилась под откос). Очень напоминает одного лидера в современной России. И Сукарно не понял, как шаг за шагом упускал из рук власть, дав возможность укрепиться военным. Если верить книге, львиную долю нацдохода "проедала" армия, которая воевала или находилась в постоянной боевой готовности. Дело в том, что Сукарно начал округлять территории Индонезии за счет окружающих остатков колониальных владений Нидерландов (Западный Ириан) и Великобритании (Малайзия). С последними не получилось или он не успел завершить начатое. Понятно, военные конфронтации не способствовали быстрому росту экономики страны, благосостоянию простого народа. В итоге, деятельность Сукарно вызывала нарекания. Армия готова была по заказу Вашингтона осуществить государственный переворот и захватить власть в свои руки. Правда, последовавший далее переворот получился каким-то странным (назван "30 сентября"). Однако американцы были довольны. В стране был развязан антикоммунистический террор. К власти пришел Сухарно, став по факту фашистским диктатором.

Другая книга Тышка Б.А.; Маркано К. "Уго Чавес. История одной личности" (2004). Рассказывает о венесуэльском президенте Уго Чавесе. У того тоже революции было больше на словах, нежели на деле. Книга ограничивается 2004 годом, поэтому трудно судить как венесуэльский президент далее выстраивал свою социальную политику. Чавес реально проводил социальные реформы, правда, в ограниченном масштабе, за что его и критиковали слева. В целом, при нем беднейшие слои получали хоть какое-то образование, бедных становилось меньше.

Оба президента пытались решить задачу повышения уровня жизни в стране в условиях зависимости от западного капитала. Каждый по-своему решал поставленные перед собой задачи. Уго Чавеса в 2002 г. пытались свергнуть военные, но каким-то чудом он удержался у власти (лично я думаю, американцы дали команду вернуть почти свергнутого президента, чтобы не началась гражданская война, которая всегда отрицательно сказывается на бизнесе и никогда не известно чем и как она в итоге закончится). В последствии Чавес вычистил весь оппозиционный командный состав, заменив его на верных ему людей, тем самым ему легче становилось маневрировать и проводить свои реформы.