Учительница Анна Сергеевна. Глава 12

Школьная знаменитость
— Вот увидите, когда;нибудь меня вся школа знать будет, — заявил Антон, вольготно развалившись на стуле.

— Уже знают, — отозвался Женька. — Ты вчера забыл сменку и пытался доказать, что ботинки — это тапочки.

— Великие люди всегда сталкиваются с непониманием современников, — невозмутимо парировал Антон.

Гриша усмехнулся:

— А автографы будешь раздавать?

— Обязательно. Но не бесплатно. Для друзей — скидка.

Мимо проходила Варя и, покачав головой, бросила:

— Антон, тебе бы сначала научиться учебник не забывать.

— Это часть моего образа. Загадочный ученик без учебника.

Класс дружно рассмеялся. Антон довольно улыбнулся и потянулся за рюкзаком. Он обожал, когда на него смотрели и слушали, но пока эта слава жила только в 8 «Б», где все давно привыкли к его выходкам.

До настоящей школьной славы, по его мнению, оставалось совсем немного.

В пятницу отмечали тридцатилетие в школе. В актовом зале расставили цветы, на сцене повесили праздничный баннер, а возле колонок с самого утра суетились старшеклассники.

Анна Сергеевна привела 8 «Б» к началу мероприятия и строго велела рассаживаться по местам.

— Только, пожалуйста, без самодеятельности, — предупредила она, обведя класс внимательным взглядом.

Антон уселся рядом с Гришей и Женькой. На сцене ведущий объявлял очередной номер, когда музыка внезапно оборвалась. На экране застыла заставка, а из колонок раздался короткий неприятный писк.

Ведущий замер. За кулисами кто;то зашептался. Несколько секунд зал молча смотрел на сцену, надеясь, что техника вот;вот одумается.

Но ничего не налаживалось.

Антон сидел с краю. К нему тут же подскочил старшеклассник и попросил передать запасной микрофон. Антон встал, взял его и, словно невзначай, решил проверить на звук:

— Похоже, школьная техника тоже решила отметить юбилей. Тридцать лет работала — теперь просит минутку отдохнуть.

Зал засмеялся. Даже директор не сдержал улыбки.

Антон почувствовал, что можно добавить ещё, и не упустил момент:

— Просьба не паниковать и сохранять спокойствие, не смотрите на презентацию с укором. Она и так знает, что подвела школу.

Смех стал громче. Ведущий рассмеялся сам, а за кулисами техник показал большой палец: изображение вернулось, музыка заиграла снова.

Антон отдал микрофон и спокойно сел на своё место.

— Ты видел? — прошептал он Грише. — Даже директор смеялся.

— Видел, — кивнул Гриша.

На соседнем ряду девочка из девятого класса снимала этот момент на телефон. После мероприятия короткое видео разлетелось по школьному чату.

В понедельник утром Антон ещё не успел снять куртку, как к нему подошли двое ребят из параллельного класса.

— Слушай, это ты про технику в пятницу сказал?

Антон сделал вид, что напряжённо вспоминает.

— Уточните, пожалуйста. У меня за выходные было много выступлений.

Ребята заулыбались.

— Да ладно, мы видео видели. Круто получилось!

— Благодарю, — сдержанно кивнул Антон. — Автографы после уроков.

Парни засмеялись и пошли дальше.

Антон вошёл в кабинет с таким видом, будто за ним вот;вот должны были последовать фотографы.

— Внимание, восьмой «Б»! — торжественно объявил он. — С этого дня обращаться ко мне исключительно на «вы». По имени — только после предварительной записи.

Женька тут же вскочил:

— Антон, можно я подержу ваш рюкзак?

— Можно. Но осторожно, там мои будущие гонорары.

Гриша сложил ладони лодочкой:

— Мастер, научите нас шутить!

— Сначала избавьтесь от привычки смеяться над собственными шутками.

— А ты как избавился?

— Я не избавился. Я просто делаю это профессионально.

Класс загудел от смеха. Антон сел за парту, старательно изображая равнодушие, но улыбка всё равно расползалась по лицу.

В столовой к нему подсели двое ребят из 9 «А».

— Ты тот самый Антон?

— Других таких пока не зарегистрировано, — серьёзно ответил он.

— Давай что;нибудь смешное!

Антон окинул взглядом их подносы.

— Судя по картошке, у вас сегодня обед с элементами выживания.

Ребята рассмеялись, один хлопнул ладонью по столу.

— Во! Ещё давай!

Антон выдал ещё пару шуток, и парни ушли довольные, оставив его наедине с недоеденным супом и приятным чувством славы.

Варя, сидевшая неподалёку, наблюдала за ним поверх стакана с компотом.

— Ты теперь даже ложку держишь как человек, у которого есть собственный фан;клуб.

— Завидуй молча.

Во вторник его остановили в коридоре другие ученики.

— Антон, придумай что;нибудь про нашего физика!

— А что с ним не так?

— Да всё нормально. Просто придумай!

Антон на секунду задумался.

— Он задаёт задачи с неизвестными, потому что сам не хочет признаваться, что тоже не знает ответа.

Ребята засмеялись и ушли, довольные.

В среду на уроке русского языка Анна Сергеевна спросила, почему герой рассказа поступил именно так.

Антон поднял руку и ответил вполне серьёзно, даже привёл пример из текста.

С задней парты тут же раздалось:

— О;о;о, сейчас будет смешно!

Класс захихикал заранее.

Антон сбился.

— Я вообще;то про рассказ говорю.

— Ну давай, пошути уже, — попросил Никита.

Анна Сергеевна постучала ладошкой по столу, и в классе мгновенно стало тихо.

— Мы сейчас обсуждаем рассказ. Антон отвечает на вопрос. Остальные слушают.

Класс притих. Антон закончил ответ, сел и уставился в тетрадь.

На перемене Антон сидел на подоконнике в коридоре и ел яблоко, когда рядом остановились трое школьников.

— Антон, а чего ты молчишь?

— Потому что яблоко разговаривать не умеет.

Он откусил ещё кусок.

— Ну давай пошути про яблоко!

— Оно круглое, красное и просило не участвовать в этом разговоре.

Один мальчик засмеялся, но двое других разочарованно переглянулись.

— Ты раньше смешнее был.

Антон чуть не подавился.

— Спасибо за экспертное заключение.

Мальчишки убежали.

Он доел яблоко уже без прежнего аппетита и выбросил огрызок в урну.

На последнем уроке Женька передал ему записку: «Скажи что;нибудь про контрольную, а то скучно».

Антон скомкал бумажку и сунул в карман.

После звонка Гриша спросил:

— Ты чего сегодня тихий?

— Да достали уже все: «пошути да пошути».

— Да я просто спросил, можешь не шутить, если не хочешь.

— Вот именно. Просто спросил, а я уже думаю, как бы ответить смешно.

Гриша на секунду задумался.

— Ну… не отвечай смешно.

— Я уже пожалел, что меня вообще заметили в школе.

— Ты же сам мечтал о славе, — напомнил Гриша.

— Получается, мечта сбылась, — вздохнул Антон. — Просто не так я себе это всё представлял.

В пятницу утром на линейке директор задерживался. Ученики стояли в зале, переговаривались и поглядывали на часы.

— Ну что, Антон, — крикнул кто;то из старшеклассников, — развлекай народ! Пока директор не пришёл!

— Да, давай! — подхватили ещё несколько голосов.

Все выжидающе смотрели на него.

Антон поправил воротник и шагнул чуть вперёд.

— Уважаемые учащиеся! В связи с задержкой директора администрация сообщает, что… — он выдержал паузу, — …что перемена отменяется. Вместо неё будет внеплановая контрольная по ожиданию.

Несколько человек хихикнули. Кто;то крикнул:

— Слабо!

Внутри у Антона всё сжалось. Он торопливо попытался исправить неудачную первую шутку:

— А ещё… тем, кто достоит до конца, выдадут грамоту за…

Он запнулся. В голове было пусто.

— За терпение, — подсказал кто;то.

— Да, за терпение, — повторил Антон. — И… за то, что не уснули стоя.

Вышло ещё хуже.

Кто;то неловко засмеялся. Несколько человек отвернулись. Один из старшеклассников бросил:

— Всё, Антон сломался!

В зале снова захихикали.

Антон отступил к своему классу. Щёки пылали. Он злился на себя, на этих ребят, на всех сразу и больше всего на то, что никак не мог просто взять и перестать переживать.

В этот момент в зал вошёл директор, и линейка наконец началась.

Антон простоял её до конца, почти ничего не слыша.

После звонка Гриша догнал его в коридоре.

— Слушай, ну бывает. Неудачная шутка — и что?

— Да хватит уже! — резко ответил Антон. — Я не обязан круглосуточно вас развлекать!

Гриша замер.

— Мы вообще;то ничего такого…

— Я знаю! — Антон устало потёр лицо ладонями. — Прости. Я не на тебя.

Подошедший следом Женька уже открыл рот, чтобы выдать какую;нибудь реплику, но, взглянув на Антона, передумал.

— Ладно, — сказал он. — Пойдём на урок. А то опоздаем, и тогда уже точно будет не до шуток.

Антон коротко усмехнулся, но настроение пропало.

На уроке он решил для себя: никаких специальных шуток. Никаких попыток понравиться всем подряд. Если смешное само придёт в голову — хорошо. Если нет — переживут.

На перемене его окликнул незнакомый парень у лестницы.

— Антон! Давай что;нибудь смешное!

Антон остановился.

— Сегодня выступлений нет. Артист на выходном.

Парень недовольно поджал губы.

— Ну ты чего? Зазнался?

— Нет. Устал.

Он пошёл дальше, не добавляя ни оправданий, ни шуток. Отказывать оказалось куда сложнее, чем он думал. А вдруг теперь его перестанут замечать?

У кабинета его ждали Гриша и Женька.

— Пойдём после школы в игру зарубимся? — предложил Гриша.

— Давайте. Только я сегодня выбираю.

— Ты опять выберешь ту, где мы все проигрываем? — уточнил Женька.

— Нет. Сегодня будет та, где проигрываю я. Чтобы вы почувствовали вкус победы.

— О, благородство! — Женька приложил руку к груди. — Запишите дату.

Антон рассмеялся.

На уроке он не шутил. На перемене спорил с Гришей о правилах игры. Антон снова был просто Антоном.

В столовой к нему подошёл мальчик из шестого класса.

— Слушай, а расскажи ещё что;нибудь смешное.

Антон посмотрел на него, потом на свой поднос.

— Могу рассказать, как я сегодня пытался купить булочку, а в итоге купил компот. История длинная, трагическая, с открытым финалом.

— Давай!

— Не сегодня. У меня обед.

Мальчик разочарованно ушёл.

Гриша усмехнулся:

— Всё, карьера закончилась?

— Нет. Просто у меня перерыв между концертами.

— А когда следующий?

Антон подцепил вилкой картошку.

— Когда мне самому захочется.

Они рассмеялись и принялись за обед.

Анна Сергеевна, стоявшая у соседнего стола, краем уха всё слышала. Она не стала вмешиваться. Антон и без её помощи, кажется, понемногу разбирался с тем, что не всякое внимание приятно и не каждое ожидание нужно оправдывать.

Она вспомнила, как недавно он не заметил, что его шутка задела Степана. Тогда ему пришлось учиться думать о том, как его слова звучат для других. Теперь он учился другому: тот, кто умеет смешить людей, не обязан всегда быть в настроении.