Чёрный цветок. Эпизод четвёртый

 Ближе к вечеру друзья стали загонять овец в загон и вскоре отправились в Лефканди. Уже смеркалось, когда подходя к городу они услышали, как кипрские моряки пели песни, направляясь из гавани в таверну старого Андробула. Переглянувшись друзья поспешили к винодельне отца Алкиноя.
 Двор семьи Алкиноя был огорожен стеной, к которой изнутри двора примыкало помещение, где хранилось вино. Дверь конечно была заперта, но Алкиной знал, как проникнуть во внутрь. Этот трюк они проделывали с Каликратом не однократно, наверное поэтому, Ксантип, отец Алкиноя, иногда сетовал, открывая очередную амфору, что вино не удалось. Он даже не подозревал, что Алкиной, тайком сливал часть вина из сосуда и доливал вместо слитого вина, воды. Но на этот раз друзьям понадобится целая амфора. Рядом со стеной, в том месте, где стояла винодельня, росло старое гранатовое дерево. Его ствол находился снаружи стены, а часть ветвей, как раз нависали над крышей винодельни. Алкиной и Каликрат ловко взобрались по дереву на крышу винодельни и стали разбирать черепицу. Именно так они не раз проникали внутрь закрытого на замок помещения и выбирались обратно с вином. Убрав часть черепицы друзья проникли внутрь через крышу винодельни. Внутри было темно. Даже сквозь дыру в крыше не проникало достаточного количества света, так как было уже темно на улице и даже от полнолуния было мало толку.
- Стой здесь. - прошептал Алкиной Каликрату. - Я сам поднесу амфору. А ты прислушивайся, может кто выйдет во двор. Дашь знать.
- Да никто не выйдет, все уже спят давно. - тихо ответил Каликрат.
- Тссс. - прошипел Алкиной и пошёл наощупь к дальней стене, где хранилось самое крепкое вино. Через некоторое время послышался тихий скрежет от трения стенок глиняной амфоры об такие же сосуды.
- А здорово ты придумал, напоить охрану кораблей. Может хоть поплаваем немного по заливу, пока они будут в отключке, а? - тихо спросил Каликрат.
- Молчи, нас могут услышать. - цыкнул на него Алкиной.
- Да кто тут услышит? Здесь нет никого. - не унимался Калистрат.
- Я, слышу. - раздалось тихо за дверью.
Алкиной чуть не уронил амфору из рук. Это был  мужской незнакомый ему голос. На какое-то время повисла тишина. Слышно было лишь судорожное дыхание из могучей груди Калистрата.
- Ты кто? - тихо спросил Алкиной незнакомца.
- Я тот, кого приобрёл хозяин этого дома сегодня на торгах. - тихо ответил незнакомец.
- А-а-а, раб. - приободрился Калистрат.
- И я тот, кто может поднять тревогу, чтобы хозяин этого дома мог поймать воришек. - продолжил незнакомец.
- Ах ты... - в немой ярости замахнулся на дверь Калистрат.
- Хотел бы, уже давно поднял бы тревогу. - сказал незнакомцу Алкиной. - Чего ты хочешь?
- Освободите меня и я пойду с вами.
- Ещё чего. - воскликнул Калистрат.
- Тише. - прошептал ему Алкиной.
- На кой он нам сдался, Алкиной? Пусть будит твоих родителей, мы вмиг выскочим отсюда и убежим. Нас не поймают, даже с амфорой.
- Проклятье! Зачем ты сказал, что это мой дом? Теперь он знает, кто мы.
- Ну и что? Побежим к пастбищу и если туда придут, скажем, что не отлучались от стада. Как ты думаешь, кому больше поверят рабу или нам?
- Насколько я понял, вам нужно время, чтобы напоить стражу на корабле. А если поднимется тревога, то это будет невозможно. Кстати, зачем вам корабль, вы же не сможете им управлять вдвоём? Или вас больше? - спросил незнакомец.
- Заткнись или я клянусь Зевсом, перережу тебе глотку. - прошипел в ярости Калистрат.
- У тебя есть меч, мой молодой друг? - усмехнулся незнакомец.
- Тише, вы оба. - тихо воскликнул Алкиной. - Как тебя звать, раб?
- Я Гиппарх. - ответил незнакомец.
- Откуда мы знаем, что ты нас не выдашь, Гиппарх, когда мы освободим тебя? - спросил Алкиной.
- А зачем мне это? Я не хочу оставаться рабом ни в этом городе, ни где либо ещё. Кому мне вас выдавать, тем кто купил меня или кто продал? Я лучше буду служить тебе свободным человеком, если ты меня освободишь, чем останусь рабом.
- Он лжёт. - прошипел Калистрат. - не верь ему.
- У нас нет выбора, иначе мы не спасём её. - ответил другу Алкиной.
- Меланту? - спросил Гиппарх. - Её не продали? Она на корабле?
- Ты про гордую деву, которая не дала себя раздеть? Её зовут Меланта? - взволнованно спросил Алкиной, услышав имя девушки.
- Да похоже мы говорим об одной и той же деве. - отвечал Гиппарх. - Меня рано увели с торгов и я не видел, что случилось дальше с Мелантой. Я воин и был в числе её охранников на корабле. Мы отплыли из Ионии в сторону Сидона. Когда мы плыли вдоль берега Кипра на нас напали пираты. Их было больше и схватка быстро закончилась. В схватке убили отца Меланты, когда он защищал свою дочь. Немногим уцелевшим пришлось сдаться, потому что они схватили Меланту и угрожали её убить, если мы не сложим оружие. Я обещал её отцу защищать Меланту, поэтому приказал сложить оружие. Потом мы пересекли море и оказались здесь.
- Я сейчас расплачусь, дайте мне пифос побольше, чтобы наполнить его своими слезами. - съязвил Калистрат.
- Не паясничай, он говорит правду. - оборвал его Алкиной.
- Ага, как Одиссей про Паламеда.
- Я ему верю.
- Та ты что? Когда он вырвется на свободу он предаст нас или перебьёт при первой удобной возможности. И Меланту, кстати себе заберёт.
- Мне не нужна Меланта и я не предам вас. Я воин и для меня важно лишь достигнуть клеос, а предательство и слава не совместимы. И убивать мне вас нет причины, если освободите меня.
- Проклятье. - вырвалось у Алкиноя.
- Верьте мне. Мои слова сможет подтвердить Меланта, когда мы её освободим. - заверил друзей Гиппарх.
- Хорошо. - сказал Алкиной. - Поклянись же всеми богами олимпийцами, что ты не выдашь нас и не причинишь нам никакого ущерба.
- Клянусь громовержцем Зевсом и его супругой домоустроительницей Герой, девой воительницей Афиной Палладой и земледержцем Посейдоном, а так же всеми богами Олимпа, что не причиню вам никакого вреда и не выдам ваши намерения, а буду верно служить славному отроку Алкиною.
- Ну последнее не обязательно было. - сказал Алкиной Гиппарху. - Хорошо, сейчас я тебя освобожу.
Алкиной подал амфору с вином Калистрату, который уже выбрался на крышу винодельни. Подхватив из рук Алкиноя, Калистрат вытащил амфору на крышу и подал руку другу. А после того, как они выбрались, стали вместе складывать разобранную черепицу обратно. Потом Калистрат слез по дереву на землю и принял от Алкиноя амфору, а сам Алкиной спрыгнул во двор и нащупав под черепицей серп перерезал им верёвки, которыми был связан Гиппарх. Вместе они перебрались через стену и бесшумно двинулись в сторону пристани.