Бабушкины груши

Бере Боск – старинный сорт груши французской селекции. С плодами осеннего срока созревания. Деревья относятся к сильнорослым. При хороших условиях произрастания всегда достигают больших размеров.
Сам плод груши больше среднего размера, удлиненно-бутылочной формы. Кожица тонкая, желтовато-коричневого окраса. В лежке приобретает цвет золотисто-бронзовый. 
Мякоть белоснежная с легким кремовым оттенком. Нежная, тающая, очень сочная. Превосходного десертного вкуса. С привкусом миндаля и пряностью.
Употребляются плоды данного сорта преимущественно свежими. В случае длительного хранения в холодильнике отмечается ухудшение вкусовых качеств.  Мякоть теряет сочность, становясь суховатой, твердой, хрустящей.
Представили? Слюнки потекли? У меня тоже. По воспоминаниям.
А теперь для чего я так подробно описывал видовые и вкусовые характеристики растения и плода. Каждое из приведенных описаний в моем рассказе играет важную роль. Сейчас поймете, почему.
Не секрет, что в подростковом возрасте ни у кого нет «свободного» времени. Нам было некогда возиться с домашними делами наших родителей. А футбол? А море? А пустое время препровождение с такими же как ты пацанами, шатающимися по улице?
Когда же, извините, строить шалаши, играть в «войнушку» или крутить хвосты собакам? А тут помочь снять бабушке груши. Да пока бабушка не попросит отца, да пока он на тебя не цыкнет!
Груши будут «нагло» висеть и переспевать на ветке. Вызывая горесть у бабушки. А мне ежедневно портить настроение невыполненной задачей.
Так сложилось, что в нашей семье только я один то и лазил по деревьям. Брат боялся высоты. У меня всегда возникал вопрос, как молодой здоровый парень может не уметь лазить по деревьям?
Ведь это ж сплошное удовольствие сидеть на высоте нескольких метров над землей, рвать плоды и отправлять их в рот. Да еще и поплевывать сверху косточкой на проходящих под тобой мимо дерева пацанов. Ну, например, той же черешни, ягоды которой мы собирали в бидоны с высокого дерева дички.
Бабушка из нее потом нам делала вкуснейший компот. Я же в свое время, занимаясь гимнастикой в возрасте десяти-одиннадцати лет, абсолютно доверял своему телу. Для меня не было проблем одной рукой, держась за ствол дерева, другой дотянуться до крайних веток, подогнуть их под себя, чтоб было удобнее собирать урожай.
Но вот когда меня не было дома, иногда положение спасал дед. Он изобрел как всегда своими руками и инженерным умом приспособление, чтобы срезать плоды на высоте и принимать их внизу. Сейчас похожие конструкции продаются в магазинах.
Только дед выручал в редких и одиночных случаях. Когда нужно было снять пару-тройку плодов на пробу. Высота была приличная, и у деда не хватало сил на большее, чтобы обработать все дерево.
Это было долго и нудно. И руки устают, затекают мышцы. Приходилось держать длинную, толстую и поэтому тяжелую палку, основу приспособления, метров четырех длины, практически на вытянутых руках.
Благо дерево груши было всего-то одно. Но вымахало оно метров так это на семь-восемь в высоту!  Что прикажете делать с ним в таком случае?
Весь же урожай доверялось убирать только мне. По устоявшемуся в семье мнению. Поэтому и ждала меня бабуля, когда ж я, эдакое «сраное высочество», освобожусь от своих «неотложных» дел и смогу ей помочь снять урожай.
Ждала и страдала. Охала и вздыхала. Как это умела только она. С надрывом.
А потому что это урожай. И он портится. Прямо на дереве.
А для чего ж тогда его сажали, растили и ухаживали за ним? Справедливо, конечно. Тут не поспоришь.
Мне же это просто рвало душу. Я ведь тоже не железный. Понимал, что помогать нужно.
Но почему именно я? Почему не кто-то другой? Я ведь весь такой занятой и незаменимый! И не только в сборе урожая…
А школа? А уроки? А спортивные тренировки? Мне то куда деваться от всего этого? Как отложить свои планы и думы уже подрастающего отрока?
И все-таки когда-то наставал момент, когда оттягивать не было уже возможности. Когда заканчивались у бабушки силы и терпение, а у меня иссякал весь арсенал отговорок. Все как по классике революционной ситуации. Когда верхи ждать уже не могут, а низы перестают не хотеть.
Поняв бесперспективность дальнейшего увиливания от проблемы, я переодевался в спортивную «облегчёнку», чтоб ничего не мешало и, скрепя сердце, залезал на самую макушку высоченной груши. И только достигнув ее, я ощущал свое полное бессилие над выполнением поставленной задачи. Почему?
А сами посудите. Вы на высоте около семи метров, вокруг вас сплошь усыпанные грушами ветки, до крайних из которых и дотянуться то невозможно. На вооружении у вас только ведро для сбора урожая. С характерным крючком, чтоб зацепиться им за ствол.
Вы как-то должны наполнить это ведро, а это примерно килограмм восемь-десять брутто. Затем умудриться спустить его вниз, при этом самому не сорвавшись с дерева. Высыпать куда-то его содержимое в специально предварительно подготовленное место. Опять залезть на дерево и снова спуститься с полным ведром.
И так неизвестное количество раз. А ведро то тяжелое. Еще нужно умудриться как-то реализовать все задуманное. Суметь воплотить мечту в реальность!
А усталость? А ссадины от корявого как наждак ствола? И представьте, сколько для этой процедуры нужно времени. Тут и приблизительного расчета достаточно, чтобы убедиться в нерациональности своих действий.
Вот и пришлось мне принимать, как сейчас модно называть, «непопулярное» решение. Я просто в очередной раз не полез на ствол. Что называется, «забодался».
Не скажу, что капитулировал перед проблемой. Нет, просто видоизменил к ней подход. Видимо, за несколько раз перемещений туда-сюда набрался нехитрого опыта.
Это, во-первых, было несложно. Во-вторых, необходимо. Время шло неумолимо, а воз по-прежнему был там, где его оставили. Переместившись в пространстве лишь незначительно.
Тогда-то и пришло мне на ум простое как мир решение. Потрясти дерево, как делали наши глубокие предки, собирая урожай. Без всяких там приспособлений. Захочешь есть, найдешь как пищу добыть!
Придумал, оценил, приступил. Сначала не очень-то и получалось. Дерево уже достаточно древнее, а поэтому относительно толстое.
Но сноровка и тренировка творят чудеса. Груши в конце концов посыпались как из рога изобилия. Я даже сразу и не смог оценить масштабы содеянного. Пока не закончил раскачивать дерево.
А как закончил, обозрел поле битвы, меня тут то и взяла оторопь. Все пространство вокруг ствола дерева было усыпано красивейшими плодами. За той лишь разницей, что все они были побиты. Падение с такой высоты еще никого не оставляло невредимым. А тут такой нежный плод с тонкой шкуркой.
Целых плодов оказалось немного. Все остальное - сплошное месиво. Сладко растекающийся во все стороны кисель. Как в фильмах ужасов про инородное тело.
Плод оказался еще и быстро портящийся. Пока я собрал этот уже не похожий на урожай объём остатков фруктов, пока перенес его под крышу дома, на дворе стемнело. Доделывал практически в потемках.
Не осталось ни сил, ни настроения. Все происходило на автомате. Поэтому и вышло, видимо, настолько похабно.
Под навесом лежала просто огромная куча невесть чего. Сладкого и липкого. А рядом с ней сидела моя бабушка.
Она сидела на низкой скамеечке возле этой чудесной кучи теперь уже бывшего «добра». И … плакала. Тихо, по-стариковски. Как могут плакать только бабушки.
Видимо с горестными мыслями, что теперь со всем этим делать? Я даже не представлял, как ее успокоить. А вокруг уже вились осы в надежде на свою порцию.
Столько лет прошло. А все как перед глазами. Как будто сегодня.
Прости меня, бабушка!  Недоросль эдакую. Если теперь уже «оттуда» сможешь…