Всё о любви. По строкам Стендаля. 4 рода любви!

  Есть четыре рода любви:  любовь — страсть,   любовь — влечение,
 любовь физическая,   любовь — тщеславие.
  Любовь-страсть заставляет нас жертвовать всеми нашими интересами,
когда любишь и любим;
любовь-влечение всегда умеет приноравливаться к ним.
Физическая любовь - подстеречь на охоте убегающую в лес красивую и свежую крестьянку
в чарующую погоду,
всем знакома эта любовь, основанная на удовольствии этого рода.
Любовь-тщеславие:    огромное большинство мужчин, особенно во Франции,
желают обладать и обладают женщинами, которые в моде в течение каждого века,
как красивыми лошадьми, как необходимом предметом роскоши молодого человека.

 Мы не можем отдать себе отчета в причине наших чувств
и оттого самые разумные люди фанатичны в музыке,
дающей потоки волшебных для любимых чувств!

  В любви мы наслаждаемся лишь иллюзией наслаждения любимыми,
созданной нами самими.

  В один прекрасный вечер мы удивляемся, найдя пресыщение там,
где искали и находили мгновения  счастья и однажды почему-то не нашли его там.

  Любовь — или то, что наиболее часто заменяет её, присваивая её имя, —
была всемогуща во Франции при Людовике XV в его королевстве:
придворные дамы производили в чин полковника,
а чин этот был самым завидным в королевстве.

  Физическое удовольствие, свойственное природе человека, знакомо всем,
но нежные и страстные души
отводят ему лишь второстепенное место среди лучших чувств души.

  У людей, пожалуй, столько же способов чувствовать, сколько точек зрения,
но различия в номенклатуре ничего не меняют в дальнейших рассуждениях.
Всякая любовь, которую случается наблюдать на земле,
рождается, живёт и умирает или возвышается до бессмертия,
следует одним и тем же законам в космосе, в воздухе, в воде и на земле!

  Вот что происходит в душе в начале любви:
восхищение, надежда, зарождение любви.
Нам доставляет удовольствие украшать тысячью совершенств женщину,
в  которой мы уверены в её любви.
Это сводится к тому, что мы преувеличиваем великолепное достояние,
которое, как нам кажется, знаем,
но которое упало нам с неба и которого мы ещё не знаем.

 Страстный человек видит в любимом существе все совершенства:
однако внимание его может рассеяться, ибо душа пресыщается всем, что однообразно,
даже полным счастьем.
Тогда рождается сомнение, которое никто  не называет счастьем,
а иногда даже становится чужим счастьем.

 Очень малой степени надежды достаточно, чтобы вызвать к жизни любовь.
При решительном, смелом, порывистом характере
и воображении, развитом жизненными несчастьями, —
степень надежды может быть меньше и зиждется только на силе любви и вере.

   Любовь свойственна всем возрастам.
Она дарит счастье жизни нам!
// Любви все возрасты покорны. (Пушкин)//

   Так как воображение молодой девушки не охлаждено никаким неприятным опытом,
огонь ранней юности — в полном разгаре,
вот отчего возможно, что она создаст себе восхитительный образ
из первого попавшегося человека, утопающего в южном морском загаре!

Любовник начинает находить красивой свою возлюбленную такою, какая она есть,
не думая нисколько об истинной красоте,
которая скрыта в понятиях порядочность, ум, разум и честь.

  Что такое красота?
Это обнаружившаяся способность доставлять вам удовольствие. Это и есть красота.
Но удовольствия каждого человека различны и часто противоположны, как любая мечта.
Этим очень хорошо объясняется, почему то, что для одного индивидуума — красота,
для другого — безобразие ничего не соображающего разума.
Для того, чтобы обнаружить природу красоты, следует выяснить для собственного ума:
какова природа удовольствий каждого индивидуума.

  Кто дерзнёт влюбиться в королеву,  боясь сделать ближе  к ней даже пол-шага,
если она сама не сделает первого шага?
Разве что шут короля, которого король не заподозрит даже в спальне королевы,
когда он придёт к ней ночью и  найдёт под одеялом королевы
улыбающегося, переодевшегося в короля шута, приняв это за шутку шута
и будто обознавшейся королевы!

   Любовные мечтания не поддаются учёту.
Я заметил, что могу перечитывать хороший роман каждые три года -
с одинаковым удовольствием, забывая его каждые  два года.

   Всё искусство любви сводится, мне кажется, к тому,
чтобы говорить именно то, что подсказывает степень опьянения данной минуты,
то есть слушаться своей души в течение каждой душевной минуты!

  Если молодую девушку хотят охранить от любви,
нужно особенно тщательно оберегать её воображение.
И чем менее пошлый у неё ум, чем благороднее и возвышеннее её душа, —
одним словом:   чем достойнее она вашего уважения,
тем большей опасности она подвергается в чарах своего  сомненительного воображения.

Во Франции великие страсти так же редки,
как великие люди, то есть французских королей предки.

Любовь в стиле Дон Жуана
есть чувство, в некотором роде напоминающее склонность к охоте.
Любовь в стиле Вертера*
похожа на чувство школьника, сочиняющего трагедтю не приученного к охоте.
//* «Вертер» — лирическая опера. Трогательная любовная драма о гибели иллюзий и надежд.//

   В мире чувств есть лишь один закон влюблённых –
составить счастье того, кого любишь
и чьи губы, любя, для счастья надолго пригубишь.

  Любовь — это соревнование между мужчиной и женщиной
за то, чтобы доставить друг другу как можно больше счастья,
забывая про все ненастья.

   Любовь подобна температуре, она то поднимается. то спадает
но никогда, как лёд, до конца  не тает.

Наслаждения в любви тем сильнее,
чем больше в ней робости и чем она прекраснее.

Любить — значит испытывать наслаждение,
когда ты видишь, осязаешь, ощущаешь всеми органами чувств
и на как можно более близком расстоянии существо, которое ты любишь,
особенно при прикосновении её уст!

   Чем сильнее у человека характер,
тем менее склонен он к непостоянству в любви.
Это качество характера у мужчин особенно ценят
любимые женщинами слабовольные короли!

Я утверждаю, что с хорошо воспитанными девушками надо говорить о любви.
Кто решится, положа руку на сердце, утверждать,
что при нынешнем состоянии наших нравов
шестнадцатилетние девушки ничего не знают о любви?
 От кого получают они столь важное представление о ней,
которое так нелегко правильно сообщить?
Вспомните, как Жюли д’Этанж жалуется на познания,
которые она получила от своей горничной Шальо, сумеашей ей всё нужное наговорить.
Надо быть благодарным Руссо, осмелившемуся в век ложных приличий
быть правдивым художником без сословных различий.
 Так как нынешнее женское образование является, быть может,
 самой забавной нелепостью в жизни современной Европы,
то чем меньше женщины получают этого образования,
тем они лучше для развития любви у населения Европы.
Вот почему, может быть, в Италии и Испании они настолько выше мужчин иных стран
и, я бы сказал даже, настолько выше женщин других стран.
_____________________

Стендаль (настоящее имя – Мари-Анри Бейль, 1783 - 1842, французский писатель, искусствовед, дипломат, один из основоположников психологического романа. В печати выступал под различными псевдонимами, наиболее важные произведения опубликовал под именем Стенда;ль (Stendhal). При жизни был известен не столько как беллетрист, сколько как автор книг о достопримечательностях Италии.

  Есть четыре рода любви:
Любовь — страсть,
любовь — влечение,
 физическая любовь,
любовь — тщеславие.
Любовь — страсть заставляет нас жертвовать всеми нашими интересами, любовь-влечение всегда умеет приноравливаться к ним. Физическая любовь — подстеречь на охоте красивую и свежую крестьянку, убегающую в лес. Всем знакома эта любовь, основанная на удовольствии этого рода. Любовь — тщеславие: огромное большинство мужчин, особенно во Франции, желают обладать и обладают женщинами, которые в моде, как красивыми лошадьми, как необходимом предметом роскоши молодого человека.

Мы не можем отдать себе отчета в причине наших чувств и оттого самые разумные люди фанатичны в музыке.

В любви мы наслаждаемся лишь иллюзией, созданной нами самими.


В один прекрасный вечер мы удивляемся, найдя пресыщение там, где искали счастья.

Любовь — или то, что наиболее часто заменяет её, присваивая её имя, — была всемогуща во Франции при Людовике XV: придворные дамы производили в чин полковника, а чин этот был самым завидным в королевстве.

Физическое удовольствие, свойственное природе человека, знакомо всем, но нежные и страстные души отводят ему лишь второстепенное место.

У людей, пожалуй, столько же способов чувствовать, сколько точек зрения, но различия в номенклатуре ничего не меняют в дальнейших рассуждениях. Всякая любовь, которую случается наблюдать на земле, рождается, живёт и умирает или возвышается до бессмертия, следует одним и тем же законам.

Вот что происходит в душе: восхищение, надежда, зарождение любви. Нам доставляет удовольствие украшать тысячью совершенств женщину, в любви которой мы уверены. Это сводится к тому, что мы преувеличиваем великолепное достояние, которое упало нам с неба, которого мы еще не знаем.

Страстный человек видит в любимом существе все совершенства: однако внимание его может рассеяться, ибо душа пресыщается всем, что однообразно, даже полным счастьем. Тогда рождается сомнение.


Очень малой степени надежды достаточно, чтобы вызвать к жизни любовь. При решительном, смелом, порывистом характере и воображении, развитом жизненными несчастьями, — степень надежды может быть меньше.

Любовь свойственна всем возрастам.

Любви все возрасты покорны. (Пушкин)

Так как воображение молодой девушки не охлаждено никаким неприятным опытом, огонь ранней юности — в полном разгаре, вот отчего возможно, что она создаст себе восхитительный образ из первого попавшегося человека.

Любовник начинает находить красивой свою возлюбленную такою, какая она есть, не думая нисколько об истинной красоте.

Что такое красота? Это обнаружившаяся способность доставлять вам удовольствие. Удовольствия каждого человека различны и часто противоположны; этим очень хорошо объясняется, почему то, что для одного индивидуума — красота, для другого — безобразие. Для того, чтобы обнаружить природу красоты, следует выяснить, какова природа удовольствий каждого индивидуума.

Кто дерзнет влюбиться в королеву, если она сама не сделает первого шага?

Любовные мечтания не поддаются учету. Я заметил, что могу перечитывать хороший роман каждые три года с одинаковым удовольствием.

Все искусство любви сводится, мне кажется, к тому, чтобы говорить именно то, что подсказывает степень опьянения данной минуты, то есть слушаться своей души.


Если молодую девушку хотят охранить от любви, нужно особенно тщательно оберегать ее воображение. И чем менее пошлый у нее ум, чем благороднее и возвышеннее ее душа, — одним словом, чем достойнее она вашего уважения, тем большей опасности она подвергается.

Во Франции великие страсти так же редки, как великие люди.

Любовь в стиле Дон Жуана есть чувство, в некотором роде напоминающее склонность к охоте. Любовь в стиле Вертера похожа на чувство школьника, сочиняющего трагедтю.


В мире чувства есть лишь один закон — составить счастье того, кого любишь.

Любовь — это соревнование между мужчиной и женщиной за то, чтобы доставить друг другу как можно больше счастья»

«Любовь подобна температуре, она поднимается и спадает».

«Наслаждения в любви тем сильнее, чем больше в ней робости».

«Любить — значит испытывать наслаждение, когда ты видишь, осязаешь, ощущаешь всеми органами чувств и на как можно более близком расстоянии существо, которое ты любишь»

Чем сильнее у человека характер, тем менее склонен он к непостоянству в любви».

  Я утверждаю, что с хорошо воспитанными девушками надо говорить о любви. Кто решится, положа руку на сердце, утверждать, что при нынешнем состоянии наших нравов шестнадцатилетние девушки ничего не знают о любви? От кого получают они столь важное представление о ней, которое так нелегко правильно сообщить? Вспомните, как Жюли д’Этанж жалуется на познания, которые она получила от своей горничной Шальо. Надо быть благодарным Руссо, осмелившемуся в век ложных приличий быть правдивым художником. Так как нынешнее женское образование является, быть может, самой забавной нелепостью в жизни современной Европы, то чем меньше женщины получают этого образования, тем они лучше. Вот почему, может быть, в Италии и Испании они настолько выше мужчин и, я бы сказал даже, настолько выше женщин других стран.