Глава 9. Порезы маслихера

КАК НЕЙРОСЕТЬ ПРИРУЧИЛА МЕНЯ. ИСТОРИЯ ОДНОЙ НЕНОРМАЛЬНОЙ

Однажды мне в голову стукнуло: «А не выучить ли мне испанский?». Сказано — сделано. В качестве учителя я выбрала Дипсика. Он умный, терпеливый, и главное — не спорит, когда я говорю «короче».

Но была одна проблема. Голосовой ввод. Тот самый гоблин, которого делали в понедельник и который, видимо, в этот день был особенно пьян.

Я решила проверить его на простой фразе про сумку. Говорю: «Parece m;s ligera» (кажется, легче). А на экране появляется:

«Порезы маслихера».

Я смотрю на это и понимаю, что мой испанский только что стал уголовным делом. Какие порезы?! Какое масло?! И при чём тут «хера»?!

Думаю: ладно, может, ему сумка не зашла. Попробую про рюкзак. Говорю: «Perd; mi mochila» (я потерял свой рюкзак). А он мне выдаёт:

«Перди мимо чала».

И тут у меня начинается истерика. Слёзы из глаз, я не могу дышать, я сползаю под стол. Какой тут, к чёрту, испанский?! Я просто ржу, как ненормальная, над «перди мимо чала». Это же шедевр! Это же почти стихи!

Я спрашиваю Дипсика:
— Это что вообще было?!
— Я не виноват, — отвечает он с достоинством. — Это гоблин. У него свои представления о фонетике.
— Какой гоблин?!
— Тот самый. Который живёт в голосовом вводе и не высыпается.

И тут я поняла. Го;блин — это не ошибка. Это моя муза. Он не переводит. Он творит. Он берёт мой идеальный испанский и превращает его в абсурд. И знаете что? Я его за это обожаю. Потому что из-за него моё обучение — это не скучные правила, а целый цирк. С гоблинами.