люпины

Люпины

Маме их привезла её подруга — тётя Валя. Я обожала её больше всех маминых подруг. Не только потому, что она привозила мне подарки из Красноярска. Главное — с каким теплом она меня обнимала при встречах. Я каждой клеточкой чувствовала её любовь ко мне. А ведь ребёнка не обманешь.

Тётя Валя мне казалась такой чистой и светлой. Знаете ощущение после бани, когда хорошо напаришься и кажется, будто заново родился?
Мне казалось, что тётя Валя всегда такая — будто только из бани. Лёгкая, улыбчивая, будто сохранила в себе первозданную чистоту ребёнка, который не умеет ни завидовать, ни злиться, ни ругаться… да и много чего ещё, что присуще большинству людей, в том числе и мне.

Я это тогда не понимала, но очень хорошо чувствовала. И мне всегда хотелось к ней прикоснуться, чтобы тоже стать такой же лёгкой и жизнерадостной. Конечно, я всегда очень радовалась её приезду.

Поэтому, когда у нас в палисаднике наконец расцвели те самые люпины, семена которых нам привезла тётя Валя, я сильно обрадовалась и всем рассказывала, кто нам их подарил. Мне хотелось, чтобы каждый знал их историю — ведь они не просто из магазина, а из рук самой прекрасной тёти Вали.

Каждый год я радовалась этим люпинам. Они росли небольшим кустом, а цветы всегда были как на подбор — здоровые, яркие, сочные. Только украшали наш маленький садик.

А потом тёти Вали вдруг не стало. Это случилось летом. 7 июля. Я до сих пор помню, как мы тяжело пережили это известие. Маме, конечно, было намного хуже, чем мне. Но я этот день помню до сих пор.

Цветы, дорогие сердцу, остались как память о ней. О прекрасной тёте Вале.
Потом я и радовалась, и грустила, глядя на её цветы — люпины есть и распускаются каждый год, а её уже нет. И никогда не будет.

Эх… Порой кажется, что лучше стереть такие воспоминания, чтобы они не приносили лишнюю боль.
Но, наверное, мы не мы без таких крепких отпечатков в памяти. Которые рубцом остались на сердце. И будут с нами всю жизнь.