Про этот ваш спецназ

  Спецназ -- герои корявой современности и лживого кинематографа.
Как бы спасатели наций, производящие нередко больше вреда, чем
пользы. Отборнейшие и наиподготовленнейшие из бойцов, довольно
часто проигрывающие случайностям и простым ребятам с пистолетами-
пулемётами.
  Меня "умиляет" практикуемое, скажем, в американской Delta,
повышение стойкости к допросам: свои мучают своего сутки-другие,
чтобы определить, через сколько часов он "сломается" и выдаст
всех и всё. Простите, а кого и что он может выдать, если подхо-
дить к делу разумно? Схватить бойца могут ДО выполнения задания,
ВО ВРЕМЯ выполнения задания или непосредственно ПОСЛЕ выполнения
задания. Схватят во время выполнения -- не успеют толком прове-
рить показания "расколовшегося". Схватят после выполнения --
пользы от "раскола" уже никакой. Успеют схватить ДО выполнения --
боец может выдать такую заранее оговорённую "легенду", что про-
тивнику от её использования станет только хуже. Боец погибнет
смертью героя? Наверное, да -- к сожалению. Но использовать его
как источник важной информации -- это надо умудриться, если его
начальство будет тщательно заботиться о том, чтобы такой информа-
ции у него не было или чтобы она быстро устаревала. Если он рас-
скажет противнику дежурные байки о спецназе и кто там в мудрых
начальниках -- да ради Аллаха. Правильно планируйте операции, в
том числе показания бойцов на возможных будущих допросах, --
только и всего.
  Кстати, если противник осознает бесполезность применения пыток
к реально "малознающим" спецназовцам, это увеличит их шанс выжи-
вания в качестве военнопленных.
  Издевательство на пленными (кровь, раздираемая плоть, истошные
крики) -- это, разумеется, очень зрелищно, КИНОШНО, но в реально-
сти надо добиваться, чтобы всё это было для противника бесполез-
но не потому, что бойцы не "ломаются", а потому что от их "ломки"
ничего хорошего для противника не получается. "ПРЕДАШЬ РОДИНУ?!"
-- "Да, конечно. НО КАК?!" Сделать нехорошее заявление на теле-
камеру? Всегда пожалуйста: оно судом потом не засчитывается. За-
стрелить товарища? На войне -- обычное дело.
  Лично мне было бы трудно считать своими тех, кто меня пытали,
пусть и под благовидным предлогом. Впрочем, я бы быстро "сломал-
ся". Но обида ведь всё равно осталась бы, да?
  Прохождение через пытку, пусть и "учебную", ТРАВМИРУЕТ челове-
ку психику. Травма может быть незаметной извне, но она есть --
и наверняка как-то сказывается или может сказаться. Таким обра-
зом, у американцев получаются сплошь травмированные спецназовцы.
  Ещё одна спецназовская хрень -- изнурительные марш-броски на
выживание. Применяются, к примеру, в британской SAS -- и являются
предметом большой гордости. Якобы почти при каждом таком броске
хоть кто-нибудь да помирает, надо же, и это -- супер-мега-показа-
тель отборности тех, кто допёрли до финиша.
  В технике есть проблема неразрушающей проверки на прочность.
Если изделие массовое, то часть изделий партии можно и сломать
для выяснения прочности остальных (она будет почти такой же, как
у сломанных). Но бывают ведь изделия единичные. Какой-нибудь
мост, к примеру. От слишком размашистой проверки на прочность он
может не сломаться, а только надломаться: стать менее прочным,
чем до проверки. Точнее, он почти наверняка таким и станет. И ка-
кой тогда толк от того, что он "выдержал испытания"? Даже вторых
таких испытаний он может уже не пережить. Так вот, со спецназов-
цами аккурат то же самое.
  У Фридриха Ницше: то, что не убивает нас, делает нас сильнее.
Что он имел в виду, он не пояснил нормальным образом. Много что
не убивает нас, а только калечит.
  Это отжиматься или подтягиваться можно до упада -- ну, после
недельной/месячной/годовой подготовки и предварительной разминки:
предельно задействуется не весь организм, так что вред от сверх-
нагрузки в случае чего будет не очень большим. А вот марш-бросок
с "утяжелителями" -- это верное угробление себя, пусть, может, и
постепенное, а не быстрое. Кстати, заметим, что спортсмены отнюдь
не отличаются большой продолжительностью жизни (скорее, наоборот)
и "инвалиды спорта" -- это обычное дело.
  Можно догадываться, что сошедшие со спецназовской дистанции --
это зачастую надорвавшиеся, физически ни на что серьёзное больше
не годные. И куда их потом?
  Получается, "нещадящая" система отбора в спецназ и подготовки в
спецназе -- это путь порчи лучших из людей, путь ослабления стра-
ны, спасибо некоторым от души, только этого нам для обороны не
хватало.
  Должна быть МНОГОСТУПЕНЧАТАЯ градация бойцов (скажем, 10 уров-
ней; ладно, 5). Перевод с уровня на уровень -- через щадящую сда-
чу нормативов (главное -- сберечь здоровье и честь бойца). Не
сдал экзамена -- катастрофа маленькая: будешь в "спецназе второй
очереди", "резерве спецназа", отборном подразделении вне спецна-
за. Получишь красивый значок, более высокий статус и дополни-
тельную возможность повышения в должности/звании.
  Даже если "щадящий" отбор и ухудшит чисто физическое качество
спецназовцев процентов на 10 (ой, даже на 15), в целом боеспособ-
ность подразделений повысится, потому что в них будут люди с неот-
битыми мозгами, ни разу не пытанные своими товарищами. И на под-
хвате будет резерв из "менее достойных", но в целом вышесредних
бойцов.
  Есть две разновидности спецназа: разведчики-диверсанты и,
условно говоря, освобождатели заложников. Против обеих разновид-
ностей есть всякие средства защиты, в том числе технические. Мож-
но даже говорить о профессии антиспецназовца: перекрывателя ды-
рок, через которые обычно лезет спецназ. Средства перекрытия --
технические и организационные. Антиспецназовцу не обязательно са-
мому быть спецназовцем (это как сыщику не обязательно самому быть
вором, насильником, шантажистом и т. п.). Ребята со средними фи-
зическим данными, умеренно подготовленные и правильно расставлен-
ные, вполне могут противостоять пронырливым всесокрушающим спец-
назовцам, если будут действовать с умом. Пусть те дивно лазают по
канализации, быстрее козлов бегают по лесам и горным склонам, си-
гают во тьму с парашютами, метко стреляют, быстро душат и т. д.:
в нужных местах они будут натыкаться на эшелонированную систему
наблюдения, сигнализации, обстрела и подрыва. Никто не будет схо-
диться с ними в рукопашную: подстрелить из засады -- и дело с
концом (всё равно ведь пытать их бесполезно).

  Типичный элемент сюжета голливудских боевиков: спецназовец не-
ким образом редоктринировался и начал действовать против ущербно-
го социального порядка или против своей незаботливой страны. Как-
правило, причина редоктринации -- обида за обращение, как с рас-
ходным материалом, за стремление государства сэкономить на став-
шем ненужным полуинвалиде, привыкшем убивать (вспоминаем а хоть
бы и "Рэмбо: Первая кровь"). Наверняка эта проблема -- не наду-
манная. И как её решать? Смешно ожидать от государства бережного
отношения спецназовцам, если оно даже отобрать и подготовить их
разумно не может. Зная за собой такое, оно хотя бы старается об-
ходиться меньшим их количеством. Я бы сказал: и то хорошо. Но
проблема в том, что такое стремление экономить и снижать риск
выливается ещё и в недоподготовку основного контингента солдат,
во всяком случае на нашей части суши.

  Кстати. Приготовьтесь к обхохочу. Раздутый из патриотских со-
ображений А. А. Харлампиев (1906-1979), как бы создатель всесо-
крушающей системы самбо, к 1941 году, оказывается, ни фига не
успел. Во второй половине 1930-х он ещё только собирался с сила-
ми. Википедия про него:
  "В 1936 г. окончил Государственный центральный ордена Ленина
институт физической культуры (отделение дзюдо Василия Сергеевича
Ощепкова). В 1935 г. В. С. Ощепков (из-за своей болезни) поручил
своему ученику А. А. Харлампиеву вести секцию борьбы вольного
стиля, созданную В. С. Ощепковым в этом институте. В том же году
он способствовал назначению А. А. Харлампиева руководителем сек-
ции в московском дворце спорта 'Крылья советов."
  Чем занимался могучий Харлампиев в ВОВ [пока мои деды на фрон-
тах корячились]:
  "С 1941 по 1945 гг. служил инструктором лечебной физкультуры в
санитарном поезде."
  Это шутка, да?! Упасть и не встать.
  А теперь припомните крепенький фильмец 1983 года "Непобедимый"
про якобы Харлампиева, грозы басмачей 1930-х, с обаятельнейшим
Андреем Ростоцким в главной роли. А после этого попробуйте не-
множко экстраполировать -- и представить себе, какое количество
лживой хрени наверняка было вам так или иначе втюхано-впарено:
про боевые искусства, спецназ, неспецназ, ГРУ, ВОВ, Сталина,
Жукова и т. п.