Герой СССР. Афган. Валентин Варенников. Глава. 8

Глава. 8             Битва на Висле.


В вине печалей всех забвенье;
Играй – таков есть мой совет;
Не годы жизнь, а наслажденье;
Кто счастье знал, тот жил сто лет;

Пусть быстрым, лишь бы светлым, током
Промчатся дни чрез жизни луг;
Пусть смерть зайдёт к нам ненароком,
Как добрый, но нежданный друг.

Василий Андреевич Жуковский (29 января (09 февраля) 1783 — 12 (24) апреля 1852 годы) — известный русский поэт, переводчик, литературный критик и педагог, один из основоположников романтизма в русской литературе.


В конце июля и начале августа 1944 года  подразделение Варенникова В.И. вступило на польскую землю, и вело бои за овладение плацдармом на Висле южнее Варшавы в районе Магнушева.

Слово генералу армии Варенникову В.И.:

«Рассматривая обстановку со всех позиций тогда, было ясно, что и с экономической, и с политической, и тем более с военной точек зрения фашистская Германия уже доживает последние свои месяцы.

Но гитлеровское командование, учитывая отведенную Висле роль в общей системе немецкой обороны, на протяжении всей осени 1944 года и до января 1945 года проводило интенсивную работу по созданию здесь оборонительных сооружений.

Понимая важность этого стратегического направления, Генеральный штаб сухопутных войск вермахта по указанию Гитлера стянул сюда самые опытные и подготовленные соединения и части. То же самое сделали и мы. И это вполне понятно. Здесь окончательно решался исход войны.

Соединения нашей 8-й Гвардейской армии, как и другие армии 1-го Белорусского фронта, на Магнушевском плацдарме капитально готовились к наступлению: были пополнены боеприпасы, продовольствие, личный состав.

Каждый батальон в ближайшем тылу проводил суточные учения с боевой стрельбой. Артиллеристы и минометчики в свою очередь тоже «постреляли» по всем основным задачам. Была осуществлена капитальная перегруппировка войск.

Наша дивизия была поставлена на левый фланг армии, но входила в состав ударной группировки.

Командир корпуса, а затем командир дивизии и командир полка провели с соответствующими офицерами занятия на макете местности по организации взаимодействия при прорыве обороны и развитию наступления в глубину.

День и ночь велась интенсивная разведка. В планы огневых ударов вносились последние коррективы.

Накануне наступления командующий армией генерал-полковник В. И. Чуйков объехал войска, проверяя их готовность и одновременно вдохновляя личный состав на успешное решение боевых задач.

Таково было правило, что крупные военачальники выезжали к линии фронта и там в пешем порядке «лазили» везде, в том числе и по переднему краю.

Василий Иванович побывал и у нас в 35-й Гвардейской стрелковой дивизии и 100-м Гвардейском стрелковом полку.

Вместе с ним были адъютант капитан Н. Касюк, командующий артиллерией армии генерал-лейтенант Н. Пожарский, начальник оперативного отдела армии генерал-майор М. Толканюк и начальник разведотдела армии полковник Н. Руднев.

Всего пять человек. Закончив обход переднего края, командарм решил посмотреть роту второго эшелона нашего 3-го стрелкового батальона.

Начало смеркаться, а рота к тому же находилась на значительном удалении — почти в километре от противника. Поэтому он, не таясь, вышел из траншеи и, идя по брустверу, сверху разговаривал с воинами, сидевшими в окопах.

Командарм и сопровождающие его военачальники набросили на шинели плащ-накидки, поэтому знаков различия не было видно. И вот тут происходит курьез. Подходят все к очередному солдату — тот с озабоченным видом что-то ест, ни на кого не обращая внимания.

Василий Иванович остановился прямо перед ним — никакой реакции. Тогда командарм начинает разговор:

— Солдат, ты что там делаешь?
— Не видишь? «Энзу» до… — И далее прозвучало неделикатное слово.
— Что ты сказал? — грозно зарычал Василий Иванович, хотя и слышал, что именно было сказано.

Солдат сидел в пол-оборота к начальникам. Поднял кверху голову, встретился со взглядом Василия Ивановича и, чувствуя, что это большой начальник, спокойно ответил:

— Я же тебе сказал: «ЭНЗу» до-е-ды-ва-ю! Доёдываю».

— Так тебе паек «НЗ» дали, чтобы в случае тяжелой обстановки, когда невозможно подвезти пищу, ты мог бы подкрепиться. И называется-то «НЗ» — неприкосновенный запас. А ты уже сейчас… Что, плохо кормят? Где командир полка?

— Да зачем здесь командир полка? Я сам все расскажу. Ты что, новенький, на фронте впервые?
— Ты что мне вопросы задаешь?

— А то, что все бывалые солдаты, получив «энзу» и зная приблизительно, когда в атаку, распределяют ее и съедают, чтобы, не дай Бог, не пропало. Ведь еще Суворов сказал: «Пуля — дура!».

Вот эта дура во время атаки брюхо распорет или вообще… И «энза» пропала. Есть-то некому. Вот для этого и поедают эту «энзу» солдатики. Оно, глядишь, и сил прибавляется, и добро на своем месте — не пропало. А если насчет кормежки, то она у нас отменная.

Сегодня были макароны с тушенкой — пальчики оближешь. Да еще по полному котелку. Ну, а коли уж и попадем в беду и старшина со своими термосами к нам не доползет, то как - нибудь перебьемся, перетерпим — не привыкать.

Вот солдат съел свой запас, и у него образовался «нутряк», который у него растет, пока сидит в обороне. Как у верблюда горб. И если еды нет — энергия идет оттуда.

Но, глядишь, еще какую-нибудь трофею прихватишь. В бою всякое бывает. Правда, хлеб у фрицев никудышный. Какой-то эрзац, говорят. Из опилок, что ли? Но консервы ничего, можно… Так что не волнуйся, — заключил свою тираду солдат.

Все стояли вокруг и молча слушали солдата. Он уже поднялся, повернулся к командарму, поправил ремень, шапку и рассказывал степенно, покачивая своими здоровенными плечами. И вдруг ротный командир — как выстрелил:

— Это лучший пулемётчик роты, товарищ командующий. Со Сталинграда в полку. Имеет орден и две медали.

Василий Иванович потоптался, крякнув, сказал, чтобы хорошо готовились к бою, и пошел дальше. Он любил сталинградцев и прощал им всё».

Продолжение следует …