Ликование

— Сегодня я ворочался во сне.
— Сегодня я убил человека.
Мы говорили бледновато, неспешно. В этом нет ничего плохого. Иногда голодно, иногда свежо.
Молотком, молотком. Молоток весит 400 грамм.
— Сквозь размытые сновидения прорывались колебания частиц. Хотелось сочинить прибор, произвести подсчёт.
— Я убил человека, помнишь. Нечаянно. Ну и всё.
— Ну-ну. По коротким гудкам я не слышу регистрацию объятий.
Так вот, я ворочался. Иногда голодно, иногда свежо. Иногда жарко. Децентрализованное волнение. Иногда вполне неспешно и хорошо. Иногда как приступ, иногда мимолётное рождество.
Спазматическая тюрьма, я не знаю, как назвать, и вспомнить никак не могу. Сжатый вздох. Спрятался не так уж и глубоко.
Это как Заря, медленно вращающийся золотой ком.
— И тогда сдох.
— И тогда... Кто?
Он прильнул к телефону, и сквозь гудки прорывалось иное вместе с тем, что пока понятно. Иногда как заболевание, иногда как обрушенные небеса. Тяжело, неумолимо, яростно.

— Сегодня я чистил зубы с неправильным движением рук.
— Ну и чё. Что будет завтра? Что было вчера?
Танец, песня, гвозди и молотки. Вращающееся иное. Карусель, концентрические круги.
— Я имел в виду повседневность. Сочащиеся матюки. Мне не нужно небо, потому что оно очень далеко. Если выйти — то можно никуда, собственно, и не прийти.
— Ну допустим, пускай будут гвозди и молотки. Не очень хочется, но поговорим невпопад. Верёвочка вокруг гвоздя, смерть под поездом, латунная шестерня.
— Время — это кисель. Песня, песня, песня номер 81! Гадюка — это змея.
— Наконец-то мы поговорим о размораживании киселя.

Мы говорили долго, настолько, что начали забывать слова. Вечерело в пятый раз, а мы дошли лишь до фрагментарного понимания. Лёд как метафора.
— Довольно сомнительного понимания.

— Знаешь, сегодня мне не спалось.
— Я сменил молоток на боевой топор.
— В моих снах не ветер.
— Я ненавижу молотки и много чего ещё. Очень много всего.
— Знаешь, сегодня мне не спалось.
Где-то были подъёмные краны, где-то были чудесные расставания. И не здесь и не там, но мне очень радостно. Иногда солнце, иногда бурда.
Аутичные закольцованные прикосновения.
Было как всегда: иногда голодно, иногда свежо. Двигательная повседневность и различия. Рвало, подкатывало. Но всё же.
— Я убил человека. Видимо, сегодня или вчера.
Пустота, внеслуховая, внедвигательная пустота.
— Мне хорошо спалось, я умилялся этим дебильным снам.