Родом из Веселовки ч 3 гл 22 Дела пошли, да опять

Гл. 22            ДЕЛА ПОШЛИ, ДА ОПЯТЬ НЕ ВСЕ В НУЖНУЮ СТОРОНУ
Поездка в Курск для Ивана Пантелеевича словно  открыла «шлагбаум» на его «переезде», в делах по строительству «Новой Веселовки». И новый секретарь райкома, Игорь Николаевич Лапин,  ранее представленный на пленуме, как «молодой и инициативный товарищ»,тоже счёл идею председателя «Маёвки»,толковой и очень перспективной - видимо в области ему что-то всё-таки «подсказали». Даже успел «первый» порекомендовать его опыт другим руководителям в виде образца, для решения современных насущных проблем. Правда, от личной помощи Ивану Пантелеевичу умело увернулся, когда тот попросил поискать ему стройматериалы- цемент и дубовые сваи, для плотины ГЭС. Но для Ивана Пантелеевича задать этот вопрос было важно, хотя бы, как испытание нового руководителя «на вшивость». А как по- настоящему раздобыть эти «вещицы» он уже и сам нашел пути.
Стройка жилья в Веселовке шла неплохо, только, кирпич подвозился не теми темпами, какими хотелось. Шоферов своих не хватало. Ехать учиться на курсы в Елец «старики», как  себя уже называли тридцатипятилетние фронтовики, не хотели.
-Не наше время по чужим раскладушкам валяться, да и гайками- болтами голову забивать. Пускай пацанва науку черпает.- отмахивались они от настоятельных просьб Ивана Пантелеевича.
-Чудаки, потом ведь сами жалеть будете, работа- то денежная, да и баранку крутить поинтереснее, чем вилами орудовать- урезонивал председатель.
Даже находились такие, кто в мужской компании, упрекали его самого в том, что он войну «отсидел», да «ихних баб обхаживал», а они четыре года ждали своей очереди. Только в глаза не говорили. До Ивана Пантелеевича это по «бабьему» телефону доходило, но он старался это понять так: «Мужики натерпелись всего за войну, может в чём и правы». Троих молодых мужиков из трактористов он сумел переманить на учёбу, а в трактористы уже подбирал из школьников - старшеклассников, заменить их, да и своих бабёнок. И пусть, со скрипом, но что- то получалось.В ночь шоферы везли кирпич, день работали в колхозе. Спали прямо за рулем машины, пока в неё грузили сено, подкормку, силосную массу и даже устраивали очередь: «Ты постой, поспи, а я поболше загружу и отвезу. Небось, рессоры не поломаю. Через рейс - меняемся.» Машины- один ЗиС и две полуторки- фронтовые, подтрепанные, случалось и ломались, но за их рулём сидели напористые ребята. Коля Кобзев, по кличке «богатырь», фронтовик- увалистый, но машину любил, наверное, не меньше, чем свою Любашку. Мотор перебирал за одну ночь. Главное для него было запчасти- вкладыши, да кольца на поршни  достать, остально - дело его рук. Еще один Николай, двоюродный брат Вовки Родина, по прозвищу - Колюся, неплохой любитель «остограмиться», но как шофёр - эамечательный. За это Иван Пантелеевич многое ему прощал. Машина у него всегда была на взводе. Подними в полночь на работу - ни слова, ни пол- слова. Надо, так надо. Витька Козлов, по кличке «Козёл» оправдывал своё не гласное имя. Как шофер- слов нет- настоящий работник. Но представлял себя среди других почти генералом. О нём так и говорили: «К нему на козе не подъедешь!» Но Иван Пантелеевич и к нему находил подход- аккуратный, но настойчивый. А главным для себя, считал председатель, что шоферы дружили меж собой, без чего нельзя особенно в дороге, при поломке чьей- то машины.
Строительные бригады пополнились новыми подсобниками. В летние каникулы на стройке хорошую помощь оказали школьники- старшеклассники. Иван Пантелеевич, иногда заглядывая на стройку, останавливался издаля наблюдать за работой ребят. Со стороны делать это было одно удовольствие - бесы, а не ребята. И вспоминал себя в детстве. Для них, сейчас, как и тогда для него самого, работа - почти игра - шутки, веселье, заигрывания… И в то же время - взрослая, настоящая, ответственная работа.
Это тебе уже не уроки за партой. Работали и девчонки и мальчишки старательно: месить раствор,
Стр. 54
подносить кирпич, подать инструмент, убрать мусор - быстрее и ловчее всех, это сделать могли только они. А как тут без шуток и подмигиваний обойтись, да и песню затянуть вместе веселее. А какие оказались выдумщики! Что б дома не выглядели близнецами, при кладке, предложили, слегка менять рисунок оконных и дверных наличников. У каждого свой, непохожий. Строители сначала заартачились- некогда, время поджимает, но удивлённый председатель сам поддержал идею молодежи:
-Времени на это уйдет немного, зато, мужики, красиво. Строим, может, на века.
А раз председатель приказал - куда ж денешься. А потом и сами на стенах улыбались:
-Вот молодёжь, загоняли стариков. Не зря - Веселовские!
На стройке- праздник, а не работа. Мастера, укладывая кирпич, одним глазком с завистью косят на помощников, переговариваются:
-Мишк, поглядывай, куда кирпич кладёшь, чуть на ногу мне не уронил. Ещё раз так сделаешь, в сваты не возьму!
-Гы - гы! Поглядите на него! Да тебя мой Алёха и не спросит! Они вон, вишь, с твоей Раиской уж комнатку себе примеряют. Сам прибежишь с бутылкой извинения у свата просить, а я тогда ишшо подумаю!
Половина домов в деревне «выросли» из новенького касторенского кирпича. К уборочной поре стояла почти целая улица на Засосенке и несколько готовых стен домов на Старой Веселовке. Выкладывали дома по установившейся очереди. И лишь школа строилась в особом режиме, материалы и всё что привозилось, первым, прямо с колёс, попадало на её стройкуДо дома Ивана Пантелеевича пока дело не дошло.Как - то вечером Тая спросила:
-Что ж председатель, на зиму опять в старой хате?
Иван Пантелеевичу это не понравилось, он чуть отмолчался, но затем хитро посмотрел на жену и улыбнулся:
-Когда - то поскромнее этой тебе сгородил - от радости плакала, а теперь и этот дворец не подходит? Не спеши, дорогуша- всему своё время. Как говорили старики- будет и на нашей улице праздник! Терпели, и еще с годок потерпим.
А пока главным нерешённым вопросом для председателя стал - как получше накормить строителей. Видел- труд тяжёлый, надо кормить и побольше и повкуснее, нужны и мясо и яйца и хлеб- иначе силы не то, что строить, а и ноги таскать не будет.
Задал вопрос секретарю райкома:
-Нам бы строителям из колхозного фонда понемногу выделять на питание?
-А что они, дома не едят?
-Вы знаете чем они дома питаются? Хлеб, если его хватает, квас, картошка и молоко, если от ребятишек останется.
-А что б вы им хотели дать? Мясо? Яйца? А план государству?
-У нас бы хватило бракованных нетелей, и в план, и им питание улучшить.
-Надо город кормить, страну восстанавливать - заводы, фабрики. А у твоих строителей есть домашнее хозяйство, огород. Им что, золотые горы подставить? Мы вас и так с вашими «внеплановыми» инициативами прикрываем, того гляди на нас дело заведут. А вы уже на шею государству садитесь.
Дальше разговор было вести даже не впустую, а и грозило неприятностями. Но на этот случай в жизни и есть хорошие друзья. Иван Пантелеевич вернулся из райкома, и почти дословно переложил разговор Дмитрию Ивановичу.
-И ты Пантелеич, горюешь? И спорить не надо - плюнь и разотри. Давно б сказал.
-Ты знаешь, хотелось от нового начальства услышать, как они о народе заботятся…
-Услышал? А теперь меня слушай. Учёт у тебя больно неумелый - надо подправить. Рассчитай, что на план - тут не греши, даже сверху чуток дай, что б не цеплялись. Подберём ребятам нетеля, а лучше хиленького телёночка- расходовать быстрее без остатка, а то пропадет мясо на жаре. Ну, чуть останется- не большая беда. Лед для молока пока есть, можно маленько отделить. А приедут проверять- и не
подкопаются. Только разузнай пораньше, чтоб повариху Машу предупредить. Подсунем им дохлятину вонючую и на стол культурно, с лучком, с перчиком поставим - вот что народ жрёт,
Стр. 55
пусть нюхают. А тут я справлюсь - будь уверен, меня тоже не зря учили в своё время.
-И меня тоже так намахиваешь? - засмеялся Иван Пантелеевич.
-Ха, тебя как раз и не проведёшь. А им - сделаем. Бери и корми ребят. Не война, на лебеде сидеть, да с голоду пухнуть.
Больше об этом не говорили. Другой, не менее важный вопрос - успеть поставить крыши до зимы, но на носу - уборочная. Решили оставить часть строителей на домах и начать уборку в уменьшенном составе колхозников, но теперь приходилось прихватывать и темное время суток, и вставать пораньше. О лени или отдыхе мог говорить только чудак. Но как по пословице- где тонко, там и рвется. Были уже последние дни июля. Вечером, когда Иван Пантелеевич обошел ток, навстречу из фермы вышел уставший с виду Дмитрий Иванович.
-Вот слушай. Ни как у меня не получалось подойти поближе к Володьке. Чуть я к нему - он раз, в трактор, и подался.
-Да, вот, в чём и вопрос. Он также и меня избегает,- перебил Иван Пантелеевич друга.
-И значит, решил я его позвать - надо мне, мол, от дома каменюку оттащить. В этот раз он был трезвый, к тебе послал. Я ему - мол, договорено. Он согласился, но видно забыл. А ныне вечером и вижу - идёт вроде бы ровнёхонько, только несёт от него за пару шагов - хорош! Смотри, Пантелеич, тебе решать.