Виолина

  Рассказ написан для конкурса-игры «Пристань звёздного скитальца».
  Локация: на перекрёстке времён и миров построен отель, куда попадают персонажи разных литературных жанров. Каждого героя встречает хозяин отеля — Сан Саныч Мезенцев. Гость рассказывает хозяину отеля свою историю. И истории эти могут быть любыми, ибо гости – попаданцы из других миров и времён.
Сан Санычу помогают киборги: Мэри и Флинт.


  Мэри старательно мыла пол отточенными чёткими движениями, скользя стройными ножками с трансформированными в мыльные щётки ступнями. Стайка бесхозных раббитов, приблудившихся из фильдеперсовой червоточины, проскакала с весёлым гомоном по лобби отеля. Мэри упёрла руки в боки и с артистизмом профессиональной школьной уборщицы визгливо заорала:

— Куда по помытому!

  Раббиты тут же кинулись врассыпную, кубарем и вверх тормашками, чуть не сбив Флинта с ног. Попыхивая трубкой, он нёс ящик с тридцатиграммовыми бутылочками рома для мини-бара на ресепшене. Поставив ящик на пол, рыжебородый затянулся, вынул трубку и вытряхнул пепел мимо мусороприёмника, чем вызвал новую волну возмущений Мэри:

— Флииинт! — завопила она на ультразвуке, — Бросай курить!
— Да легко! Я уже раз сто бросал! — отмахнулся бармен, ввинчивая трубку в правое ухо.

  Флинт по-быстрому заполнил мини-бар и удалился, включив режим «бесшумная поступь чероки», не желая нового нагоняя от Мэри.
Послышался гул подъёмного механизма, и двери резной кабинки лифта с лёгким шипением открылись. Сан Саныч выскочил оттуда, как чёрт из табакерки, весь какой-то взъерошенный и напряжённый:

— Мэри, быстрей заканчивай уборку и пробегись по номерам. Проверь, всё ли в порядке: чистые постели, полотенца, тапочки, гель для душа, пыль, то есть её отсутствие, конфеты и фрукты, то есть их присутствие. Протестируй рабочее состояние синтезаторов одежды, утилизаторов отходов и разнообразие опций панорамных стен.

— Не засоряйте мне файлы! — возмутилась Мэри, — Что это за беспардонное вмешательство в мои прямые обязанности! У нас всегда порядок! Что это вы мечетесь, Сан Саныч, как слон в мышеловке?

— Мы ждём гостя! МАО! — торжественно поднял вверх указательный палец Сан Саныч.
— Мяу? — переспросила Мэри.
— МАО! Инспектор Межгалактической Ассоциации Отелей!
— К нам едет ревизор! — в притворном ужасе обхватила щёки Мэри.
— Не паясничай! — цыкнул Сан Саныч, — Иди давай, проверь всё!

  Мэри быстренько закончила уборку холла, модифицировала ступни-щётки в удобные кроссовки и умчалась наводить блеск в номерах. Сан Саныч с озабоченным видом оглядел свои владения, поправил очки в роговой оправе и занял привычное место у экрана.
 
— О межзвёздный Оумуамуа! — воскликнул он, увидев увеличивающуюся в размер макнамарской монеты зелёную точку. — Неужели инспектор уже здесь!

  Тотчас портал украсился разноцветной иллюминацией, на пол лёг кумачовый ковёр. Сан Саныч приготовился встречать гостя с кето пряником в виде знака бесконечности и бутылкой односолодового меркурианского виски. Портал мигнул три с половиной раза, лампочки потухли, а на ковёр ступил темноволосый парень в дорожной пыльной одежде. За спиной у него висел потёртый прямоугольный футляр.

— Добро пожаловать в наш отель! Будем рады сотрудничать в нелёгкой миссии инспектирования и проверки! — расшаркался Сан Саныч.
— К хаосу вашу миссию! — в сердцах воскликнул гость. — Меня ждут совсем в другом месте!
— А, значит не МАО? Не инспектор? — выдохнул Сан Саныч. — Из каких мест будете? Чай, кофе, потанц… ой, виски? Давайте присядем, всё и расскажете! 
— Рассказывать особо не о чем, — пожал плечами гость, принимая согревающую жидкость. — Но попробую!

  В звёздном скоплении Субару, что объединяет дальние миры, ярче всех светит бело-голубая звезда Альциона. Восемь планет озаряет она своим светом. Одна из них — необитаемая ледяная пустыня, вторая покрыта багровыми песками. Третья планета рассечена каньонами и пещерами, где господствуют ядовитые мхи, токсичные лишайники и смертельно опасные насекомые. На следующей — лишь водная гладь океана, из которой возвышаются острые пики, оставшиеся от древних сотрясений недр. Остальные четыре планеты обитаемы: Гала, Ориа, Метос и Эллора. Звёздные Арки-переходы соединяют их, служа для торговли, одобренных Советом Планет путешествий, обмена опытом и знаниями.
  Себастиан родился на Эллоре. «Низкотехнологичный мир» — так пренебрежительно называли планету жители соседних трёх. На Эллоре не было высоченных зданий, не дымили мега заводы, не проложили монорельс. Жители использовали энергию солнца, воды и ветра, дома строили из дерева, камня и глины, а водную гладь рассекали парусные суда.
  На Эллоре процветали ремёсла, жители планеты обеспечивали себя всем необходимым простым трудом. Поля давали богатый урожай, сады ломились от фруктов, домашние животные служили источником мяса, молока и яиц. Климат благоприятствовал комфортной жизни — здесь не было ураганов и наводнений, засухи и землетрясений. 
  «Так не бывает! — воскликнут скептики, — Это утопия!» Обычно нет, не бывает. Но объяснение феномену планеты существовало — залежи инбара. Он был всюду под поверхностью почвы, его можно было запросто поднять и рассмотреть. Инбар загорался самоцветными огнями, переливался яркой палитрой, лишь только подставишь его под лучи Альционы. Камень служил источником энергии, напитывая почву, реки, озёра, даже сам воздух. Любое брошенное в грунт зерно давало полный колос, на каждом дереве вырастали отменные плоды.
  Благополучная жизнь позволяла эллорцам находить время для творчества. На планете чуть не каждый пятый становился художником, а писателем каждый второй. Игра на музыкальных инструментах, ваяние скульптур, сочинение песен и мелодий, и даже украшательство предметов быта вышивкой, росписью и чеканкой достигло вершин мастерства.

  Для Себастиана, выросшего в семье часовых дел мастера, вопроса о ремесле не стояло. Но, как это зачастую и бывает, дети не всегда идут по стопам родителей. Себастиан, конечно, помогал отцу в мастерской, научился секретам часовых механизмов. Разбирать «время» на пружинки и стрелочки увлекательно, но сердце юноши покорила музыка. Виолина — чудесный музыкальный инструмент Эллоры, овладеть которым удавалось не каждому музыканту. На деревянном корпусе виолины крепились восемь струн. Звуки извлекались смычком из тонкого древка с натянутым конским волосом.
  Себастиан поначалу учился играть лишь на четырёх струнах. Учитель хвалил за усердие и правильное исполнение. Но звуки музыки выходили стройными и ровными, ничем не выразительными. Начинающий музыкант спрашивал, когда же начнётся обучение на всех восьми струнах, но учитель всё твердил:

— Всему своё время. Ты сам почувствуешь, что можешь играть на всех струнах виолины!

  Себастиан занимался всё усерднее, водил смычком, играя по нотам всё свободное от работы в мастерской время. Однако, как только он касался всех восьми струн, ничего не выходило.
  В один из дней, когда Альциона ласково озаряла утреннее небо Эллоры, в часовую мастерскую зашла девушка. Русые волосы с голубыми прядями, весёлая искринка в карих глазах — с первого взгляда она очаровала Себастиана. Слово за слово, они разговорились, а потом юный мастер починил часики на браслете Лауры — так звали девушку. Случайное знакомство переросло в дружбу, а потом и в нечто большее. Но влюблённым предстояло расставание — Лаура отправлялась через Звёздную Арку на Галу изучать медицину. Лишь год оставался ей до окончания учёбы.

  Себастиан проводил Лауру до самой Звёздной Арки. Тяжело было прощаться, но клятвы в вечной любви согрели сердце. Медленно шагал Себастиан, опустив голову. Сердце стремилось вслед за любимой. Придя домой, юноша достал виолину, осторожно положил её на плечо, закрыл глаза и тронул струны смычком. Полилась печальная мелодия, четыре струны отзывались грустью. Сам не заметив как, Себастиан медленно и плавно продолжил водить смычком по остальным струнам. Он думал лишь о Лауре, о том чудесном времени, что провели они вместе. Грусть и тоска рвали душу, и виолина плакала вместе с Себастианом, проливала мелодию со слезами, что тихо опускались в воздухе. Но грусть сменила светлая печаль, а затем улыбка тронула губы юноши — он вспомнил все мгновения, согретые любовью и радостью. Виолина отозвалась на чувства всеми восемью струнами.

  Аромат весеннего сада наполнил комнату, ветер взъерошил волосы, солнечные блики заиграли на стенах. С новым касанием смычка по струнам запахло хвоей, травами, грибами. Прохлада утреннего леса остудила щёки, а где-то рядом послышалась птичья трель. Все восемь струн ожили. Не только музыку играла виолина, она передавала ароматы воспоминаний, звуки моря и ветра, пение птиц и шум листвы.

— Ты стал настоящим музыкантом! — отец не мог сдержать слёз, застыв в дверях комнаты сына.

  Себастиан продолжил играть на виолине, но уже не только для себя. Эллорцы приходили послушать звуки мелодий, вдыхали запахи моря и спелой пшеницы. Слушатели любовались лепестками цветущего дерева, что, кружась, опускаются на землю, наслаждались песней ветра, что несёт по степи ароматы знойных трав, шумом листвы и шелестом первых капель дождя.
  Струны виолины создавали волшебную иллюзию, наполненную цветом и звуком, запахами и ощущениями. Молва о чудесном музыканте долетела до остальных планет Альционы, и даже дальше, во Внешние Колонии и сектор Дракона, за туманность Бальтасара и созвездие Оксиморона. Совет Планет пригласил Себастиана показать своё искусство на Галу.
  Музыкант бережно положил виолину в продолговатый футляр, повесил за спину и приготовился встретить Лауру за Звёздной Аркой. Но, ступив в переход, оказался в отеле «Пристань звёздного скитальца».

— Не переживай, мы организуем «правильный» переход! — успокоил Сан Саныч юношу, — А пока… сыграй, а?

  Себастиан кивнул, взял в руки виолину и смычок. Полилась чудесная мелодия, воздух наполнился ароматом неземных цветов, нежное касание ветерка тронуло волосы. Сан Саныч замер, наслаждаясь игрой музыканта — такого он никогда не слышал и не ощущал!

  Вдруг портал отеля замерцал.

— Я вижу Лауру! Прощайте! — воскликнул Себастиан и шагнул в дрожащее марево.

— Провалиться мне в обливион! — задумчиво вздохнул Сан Саныч, проводив Себастиана. — Может и мне взять пару уроков музицирования, а то в гостиной фисгармония без дела пылится.

— Шеф, только не это! — ужаснулась Мэри, которая давно навела лоск в номерах и вернулась в холл, — У вас «ля» западает и гипопотут на ушах потоптался!
Портал внезапно включился сигналом предупреждения о ракетном обстреле.

— Мэри! Мяу! Тьфу, МАО! — заорал Сан Саныч, хватая надгрызенный во время беседы кето пряник и пустую бутылку односолодового меркурианского виски.
Иллюминация игриво замигала над порталом, возвещая о появлении инспектора…