Выставка Александра Кузнецова в галерее Крокина

…большеглазый носатый мужчина с подбородком, едва выглядывающим из-под горизонтально вытянувшихся длинных усов, смотрит на меня испытующе исподлобья; человек с плоско расплющенным носом, напротив, скосил глаза влево, давая понять, что не желает меня видеть; другой, лохматый, длинноносый, сверкнув белком левого глаза, насторожился; этот же, - с вогнутым лицом, вытянувшимся от лысины до устремленного вниз подбородка,  явно задумал недоброе; круглолицый же тип с сигарой во рту абсолютно уверен в себе, и в ус не дует; а этот разинул рот, с важным видом изрекая азбучные истины; тот – был бы нормальный мужик, каких в метро встречаешь тысячами, но с подбитым левым глазом; - а у этого куда-то подевалась левая щека, и взгляд – отсутствующий; парень с треугольным лицом это велогонщик после многодневного ралли; а мужик, наклонивший голову влево – начальник, или судья, - от него лучше держаться подальше; лобастый тип с глазами навыкате – алкоголик; прохиндей же с бесформенной харей – не человек, а персонаж из ночного  кошмара; человечек  с маленькой лысой головкой - низовой интеллигент, скорее всего – инженер с банальной жизнью; а вот и его противоположность – крупная фигура из мира на выбор: театра, политики, или науки, - личность выдающихся качеств; у яростного человеконенавистника уродливо раздулась левая щека (бог шельму метит); у мужчины, осаждаемого неразрешимыми проблемами, от беспокойства глаза смотрят в разные стороны; старикан вздремнул с устатка; а этот малый научился носить маску абсолютной непроницаемости, видимо, - человек плохой; про мужчину  в шляпе можно сказать, что он – себе на уме; человек с головою правильной формы, на длинной шее, высовывающейся из белого воротничка, производит в целом положительное впечатление, хотя – кто его знает; а вот у  гражданина, изображенного в профиль, напрочь отсечен затылок, - что бы это значило? – рядом из белого листа на тебя смотрит парень  с совершенно мизерным  лбом. – такой вряд ли  блещет умом; разноглазый мужик со ртом, похожим на женское причинное место, вроде бы тоже явился из сна; а одноухий малец  несет на своем лице все признаки  идиотизма…
Так перед зрителем все  длится и длится вереница образов; эти портреты относятся к жанру быстрых набросков, используемом  художником-неофитом, чтобы «нарисовать все человечество»; содержание, интуитивно схваченное автором, отражается на форме этих скетчей, и зритель невольно втягивается в щедро развернутую перед ним игру бинарных оппозиций, от которой не бывает скучно.
Но в этой веренице имеются два разрыва, которые вставлены два портрета, ярко контрастирующие со всеми остальными, - как своими размерами, так и техникой исполнения: это уже не наброски, а студийные произведения, синтезированные автором в результате большого интеллектуального и эмоционального труда; я не смог к ним подобрать аналогов ни в изобразительном искусстве прошлого, ни в наличной действительности.
Поскольку они – портреты, помещенные в обобщенный образ человечества, я считаю, что на них изображены – бог и дьявол, противостоящие друг другу.
Бог могущественно монументален; его глаза закрыты; иначе, «узрев бога живаго», мы бы с неизбежностью аннигилировали.
Дьявол, напротив, эфемерен в своей полупрозрачности; взгляд его лукав; его портрет хорошо иллюстрирует  понятие «симулякр».. 
                Октябрь 2026 г.