Принцесса, Дракон, Самурай

Да сколько же можно! Сир Вильгельм совершенно не подходил для этой истории. Ну вообще! Во-первых, он ничего не смыслил в япошкинских мотивах. А во-вторых, Сир Вильгельм заблудился... Катаны и броня у них дурацкая — он предпочитал пластинчатые латы. Стальной двуручник тащился по полу и дребезжал. Ножны потерял, когда змеюка цепанула.

— Да не парься, легонько, краем лапы. Но я как рванул. Отдышался, а ножен нету. Оторвала, падла.

— Ну так приляг. Устал же?

— Рано ещё.

— Рано?

— Рано ещё с тобой спать, тебе сколько лет вообще?

Коридор казался бесконечным. Сир Вильгельм блуждал в тропе. От самоповторов рябило в глазах. Вот этот факел точно такой же, как предыдущий. «А какого чёрта факелы горят? Она что, ходит тут и каждый день их меняет? Или змеюка тут факелами занимается? Хехе, змеюка...»

— Вообще-то некрасиво у дамы про возраст спрашивать.

— Ага! Я вот тут прилягу, а потом мне полжизни последствия разгребать.

Сир Вильгельм никак не мог скрыть, что нервничает. В голове проползали варианты диалогов. Нынче что-то мода на всё япошкинское пошла. Японские автомобили, электроника, старые японские электрогитары... Потом ещё мультики эти... Для заднеприводных...

— Да вот, хожу зверюг мочу. Ну а чё? Надо же как-то крутиться-вертеться. Сейчас разворовали всё. То ли западные бароны, то ли ростовщики. Ну вообще, кто-то из них точно. Вот был бы коммунизм — было бы нормас. Ты бы мне похавать готовила, а я бы... Ну не знаю, каждый день бы тебе дракона убивал. А так, как обычно, всё разворовали, все дворцы пустые стоят.

У Сира Вильгельма никогда не было девушки, и девушки презирали его за то, что у него никогда не было девушки.

Надо говорить как-то мягко, толерантно. Спросить про психотерапию. Ну, вежливо. О себе сказать, что тоже проработанный. КПТ, гештальт. Они про это говорить любят. Нужно выдумать адекватное количество бывших половых партнёров. Нужное число. Был бы девушкой — сказал бы один-два, и лестно и не подозрительно. Но Сиру Вильгельму, посвящённому рыцарю, предстоит выбрать число побольше. Иначе уважать не будет. Может, пять?

Парни в трактирах обсуждают старые японские автомобили. Девушки в трактирах обсуждают парней.

Иногда Сир Вильгельм ловил себя на мысли, что ему противно всё женское. Не тело, не макияж, не эмоционал, а скорее поверхность, тонкая прозрачная грань, словно тихое озеро, в котором всё важное исчезает. К чему все эти доспехи и мечи? И как будто бы порно возмещает эту власть в моменте, но постепенно доказывает её отсутствие. Как кредитные карты.

— Знаешь, она же флиртовать со мной будет, а мне это максимально противно. Флирт — это какая-то извращённая форма контроля.

— Это как?

— Ну власть, но не прямая, а такая игровая власть. Бах — бах, чуть не то сказал, и всё, проиграл. Решение, что сказать, надо принимать мгновенно, это сражение, это соревнование разумов как машин, соревнование долей секунд. Как High Frequency Trading, как Bullet Chess.

Нахрен я вообще на это отважился?

Иногда Сиру Вильгельму казалось, что он завидует дракону, иногда — что он завидует принцессе.

Он помнил, как начиналась сказка. Король, трясущийся старикашка, и рядом королева, высокая, налитая румянцем. И дальше невнятное шепелявое бормотание, ну, дракон там... Унёс принцессу... Спасти надо... И полцарства в придачу. Короче, классический троп. Стандартный контракт. Но королева, конечно, сочная.

Рядом с королём стоял писарь. Писарь выучился на юридическом и потому излагал всё сухим, но уж очень сложным языком. Вильгельм почти не слушал. Основные правила сказки он усвоил, когда ещё был оруженосцем.

— А можно не жениться вообще?

— Это как это?

— Ну полцарства забрать и гулять тупа. Ну... Бизнес свой открыть?

— Не, так нельзя... — и дальше снова узорчатая вязь бюрократического языка.

Королева была как спелое, позднее яблоко. Принцесска-то небось тощая, а Королева...

— Сир Вильгельм, подпишите контракт.

Сир Вильгельм вздрогнул, схватил бумаги и зашуршал пером.

Королева улыбнулась краем губ. Не Вильгельму, а просто так, в пустоту. Этого хватило на три недели фантазий.

Сир Вильгельм ненавидел корпоративы. Кабак, рыцари, много пива, диджей и бахвальство, бахвальство, бахвальство.

Став посвящённым рыцарем, он сознательно пропускал все тусовки, но, будучи оруженосцем, вынужден был присутствовать на каждой, подливать пиво господину, слушать его истории и следить, чтобы не обблевался. В этом был хоть какой-то смысл.

— Говорят, что япошки эти, са-му-раи, вообще порой без доспехов дерутся, только халат этот, как его...

— Так у них там ни золота, ни стали нормальной нет.

— А, во, вспомнил... Ки-мо-но.

И меч такой то-о-ненький, им будто не рубишь, а режешь так аккуратненько, ыть-ыть. Ну... Будто рыбу режешь или кишки свиные.

— А смысл?

— Ну красиво у них считается. Там даже как ты достаёшь из ножен, как встаёшь в стойку — уже целое искусство. Вот как будто и воюют они не за награду, а за искусство, чтоб его... Потому и нищие все.

— Это что ж, прям бесплатно воюют?

— Бесплатно.

— Извращенцы!

И как только Сир Вильгельм заплутал окончательно, и в коридорах замка, и в своих мыслях — перед ним вдруг выросла дверь. Здоровая, дракон бы мог протиснуться, если это не особо крупный дракон. Вильгельм вздохнул, взял небольшой разбег и врезал по двери со всей дури, проржавевшие петли разорвались, и он ввалился внутрь.

Внутри было темно, затхло, но не похоже на логово дракона. От незваного гостя взметнулись волны пыли и медленно пошуршали по помещению.

Там было много книг. Двухкилограммовые талмуды, свитки, мелкие книжицы, едва умещавшиеся в ладонь. Пятиметровые стеллажи складывали собой настоящий лабиринт. Это был учёный дракон.

— Послушай, — заговорили стеллажи. — Я же сказал, что миром всё решу. Этажом ниже у меня припрятано немного золотых самородков. Забери их, забери принцессу да и иди восвояси.

— Ну уж нет, змеюка. Раз я тебя нашёл — уж не отвертишься. — Заухмылялся Вильгельм. Троп, который так смущал его последние часы, медленно возвращался на свои обычные рельсы. Вильгельм выставил меч и пошёл вперёд. Это было просто. Это было приятно.

— Тебе принцессу надо спасти? Или что у тебя в контракте написано? Так я её силой не держу. Она в третьей башне. Знаешь же, где третья башня?

— Спасти принцессу. Убить дракона. Рука принцессы и полцарства в придачу. — Процедил Вильгельм, подбираясь к стеллажам. Он назубок помнил свою профессиональную формулу.

— Так говорю же, что я её силой не держу. Я и не похищал её. Она сама от бати сбежала и в башне заперлась. Ну не знаю, или мечтает так сильно, чтоб её спас благородный рыцарь, ну или просто ебнутая.

Вильгельм зашёл за стеллаж и сквозь вихри пыли увидел дракона. Это был совсем маленький дракон, ну, по меркам драконов. Высотой метра четыре, да и то, если встанет на задние лапы. Маленький и старый. Носил очки. Изрыгать огонь он уже не мог в силу возраста. В правой лапе держал маленькую чадящую свечку.

— Ты это, короля боишься? Ты если подпись у нотариуса не заверял — я помогу контракт аннулировать — это сейчас вообще просто делается. В суде можно или даже по электронной почте.

— По какой?

— Ах, ты же рыцарь. Ты в технологиях не соображаешь...

Но Сир Вильгельм уже не слушал. Он весь переключился на меч. Тяжесть в руках. Шершавая рукоять. Это было просто. Это было приятно. Это что-то значило.

— Да ты что, маньяк?! Ты зарежешь безоружного?! Говорю же, не похищал я принцессу, она сама сюда припёрлась! Может, гормоны стрельнули или мелодрам насмотрелась! Титаник! Бабы!

— Спасти принцессу + убить дракона = рука принцессы и полцарства в придачу.

— Да это же всё игра! Ты не понимаешь? Ритуал! Сказка! В этом нет смысла! Только правила и ставки!

— Ты тут женщин оскорблять не смей! — вдруг неожиданно для себя выпалил Сир Вильгельм. Потом чуть пошатнулся и удивлённо заморгал глазами.

Дракон, воспользовавшись паузой, лихорадочно перебирая лапами, заполз на один из стеллажей и продолжал увещевать оттуда.

— Ты это, если за контракт переживаешь — так он, по-хорошему-то, юридической силы не имеет...

— Молчать, змей! — Смакуя каждое слово, гаркнул Сир Вильгельм. По-хорошему... По-хорошему, ему было плевать на контракт. Он был мужчиной, просто одиноким мужчиной. В этой жизни вообще мало на что одинокому мужчине не плевать.

От смачного удара стеллаж затрясся, от ещё одного захрустел и стал складываться, изрыгая во все стороны манускрипты. Дракон завизжал.

— Ты демон! Ты маньяк! Ты конченный!

Дракон выронил свечку, и старые сухие книги вспыхнули. Искры попали на соседние. Старые, высушенные переплёты и деревянные стеллажи были идеальной пищей для огня.

Вильгельм прыгнул как лев, как тигр, как хищник, и одним верным ударом снёс голову дракону. Очки разлетелись на осколки, и отрубленная башка упала на каменный пол. Это было настолько просто, что даже тупо.

Сир Вильгельм хмыкнул, неловко протёр меч, засунул голову дракона подмышку и вышел из свистящего и шипящего зарева, которое когда-то было библиотекой.

Взял драконью башку. Поглядел на трофей, держа на вытянутой руке. Близорукие глаза дракона закатились, а чешуя не сверкала, даже в отблесках пламени.

Вильгельм матерно выругался, швырнул её в огонь и поковылял в третью башню, волоча по полу меч.