Когда лёд был волнами-2. Глава 1. За витриной ЧОПа

Глава 1. За витриной ЧОПа

Вскоре начальник УВД снял с должности и уволил Зубилова и трёх его подчинённых. Дело решили замять: последствия для городского главка могли быть плачевными — полетели бы головы.
Поводом для увольнения стало то, что близкие родственники Зубилова были владельцами тех самых СТО, где делали оценку пострадавшие в авариях, а также шумиха в прессе, поднятая корреспондентом Завроговым. Этого было достаточно.
— И не советую жаловаться в министерство, — сказал ему оперативник Пронин. — У нас есть показания твоих сотрудников и записи прослушки — в частности, с Козаковым, где ты передаёшь ему героин, чтобы подкинуть в машину Терехова. А это уже не служебные шалости… Это организация преступного сообщества. От пятнадцати до двадцати лет.
Зубилов открыл рот, но промолчал.
Таким образом, ведомство решило две задачи: избавились от проблемы и избежали громкого скандала. Корреспондент же так и не смог нарыть ничего существенного. Куда бы он ни обращался, всюду натыкался на глухую стену: потерпевшие боялись и отказывались с ним разговаривать.
Зубилов был зол. Уволившись, он на две недели ушёл в запой. Жил он один. В пьяном угаре он разговаривал сам с собой, сидя на кухне:
— Если бы не липовые протоколы… и эта прослушка, у них бы на меня ничего не было! Всё из-за этого Терехова… Мать его! Откуда он взялся?! А Пронин — сука, пешка: на кого хозяин натравит, того и кусает.
В один из дней, когда он стоял в очереди у ларька за водкой, сзади кто-то окликнул:
— Борис Фёдорович, здравствуйте!
Это был один из людей Теоретика: фото этого типа иногда мелькало в сводках, когда по региону гремело какое-нибудь резонансное дело.
— Здоров, — холодно процедил тот.
— Как ваши дела?
— Как в танке!
Парень ухмыльнулся, но язвить не решился.
— Слышали, что вы теперь вольный художник?
— Что надо? — уже не поворачиваясь, бросил он.
— Шеф хочет с вами пообщаться. Есть предложение — возглавить ЧОП «Щит». Что ему передать?
Охранное предприятие, которое ему предлагали возглавить, было легальной организацией. Основной упор делался на «физику» (физическую подготовку): в штате — бывшие сотрудники МВД, армии и спортсмены. В их задачи входила охрана частного бизнеса — чаще всего от неадекватных клиентов и уличной шпаны, изредка — от залётных гастролёров. На случай серьёзных проблем в ЧОПе была спецгруппа ГБР. Зубилов понимал: нужен он не только ради солидности. Его опыт, знания и связи ценились не меньше, чем «красивая обёртка». Упускать такой шанс нельзя.
— Сегодня я занят. Как насчёт завтра? — уже мягче, последовал ответ.
— Договорились!
На следующий день за ним приехали. Гладко выбритый и опрятно одетый, он снова производил впечатление уверенного в себе человека — привыкшего к дисциплине и порядку.

Перед подъездом стоял старенький «жигуль», весь в рыжиках. Зубилов сразу понял: приезжали с области за данью «опричники». Вышестоящие авторитеты оставили местных в этот раз не только без денег, но и без их «шикарных» машин. Так уже было, и не раз.
Внутренне ухмыльнувшись, он открыл заднюю дверь и сел в затхлый салон. Колёса заюлозили по наледи, потом автомобиль дёрнулся и поехал.
— Куда едем?
— В «Рандеву».
Резиденция и личный ресторан Теоретика располагались в сквере, в здании бывшего дома культуры. В фойе на кожаных креслах и диване вольготно расположились трое крепких парней. Негромко играла музыка.
Теоретик неспешно доедал жаркое. Увидев вошедшего, он уважительно встал и протянул руку.
— Присаживайтесь, Борис Фёдорович! Обедать будете?
— Спасибо, не голоден…
— Что из напитков?
— Да, чёрный кофе.
Теоретик поднял руку, и к столу подошла девушка-официантка.

С виду Теоретик был обычным человеком, но в его взгляде угадывалось что-то, что заставляло взвешивать каждое своё слово. Ему было около тридцати. Молодой, но по нынешним временам, по меркам такого ранга, жили они недолго.
Какое-то время сидели молча. Зубилов чувствовал, что его прощупывают. Пусть. Он отпил кофе и, не выдавая напряжения, начал рассматривать интерьер.
Ресторан-бар находился на нулевом уровне. Раньше здесь располагались подсобные помещения. Потолки были низкие, не больше двух с половиной метров; окна, утопленные в стену, выходили на улицу наполовину, но это нисколько не принижало статус заведения — напротив, замысловатые переходы и колонны придавали ему особый шарм палат периода Ивана Грозного.

Вскоре к ним подошёл молодой мужчина и поздоровался.
— Здравствуйте... Извините, чуть задержался.
— Познакомьтесь, — сказал Теоретик. — Евгений Олегович Вязенцев… Борис Фёдорович Зубилов.
— Евгений — учредитель ЧОПа «Щит» и мой давний друг. Это я рекомендовал ему вас. Все вопросы вы будете решать только с ним. Я же в вашем деле никаким боком. Всё, что от меня требовалось, я уже сделал.
Теоретик встал, хлопнул по плечу друга:
— Разговаривайте, не буду мешать…

Две недели понадобилось Зубилову, чтобы войти в курс дела. Самым сложным оказалось не работать с бумагами, а умение договариваться с клиентами. Размытые границы обязанностей охранника часто перерастали в споры. Нередко доходило до абсурда… Например, клиент мог искренне верить, что улаживание проблем с конкурентами или сбор долгов с проблемных арендаторов — это тоже их работа.


Рецензии