Тунгуска. 1. Первые встречи

Нас разместили на втором этаже двухэтажного здания, каждому выделили по комнате. И еще одна - для совещаний. Ольга Николаевна вопросительно посмотрела на нас с Аяной и сказала: «Мне кажется, что вам две комнаты много. Я попрошу солдат перенести необходимую мебель в одну. Вы должны чувствовать себя совершенно свободно и не скрывать ваших отношений. Откровенно, я вам очень завидую». При последних словах, в ее глазах промелькнула грусть. От сказанного почувствовал необъяснимую теплоту. И раньше я относился к ней с большим уважением. Но теперь понял, что между нами установилась настоящая душевная близость. Как потом призналась Аяна, она ощутила то же самое.

После того, как распаковали вещи, нас пригласили обедать в столовую, в этом же здании. Обслуживающим персоналом были солдаты, которые с любопытством осматривали нас. Судя по ним, здесь не часто видели гражданских, особенно женщин. Почувствовав на себе такое количество мужских взглядов, Аяна засмущалась. Ситуацию разрядила Ольга Николаевна шуткой. Вся наша компания рассмеялась. Альберт Николаевич заметил: «Ольга, ты как всегда неподражаемо остроумна». Они с Ольгой Николаевной были на ты, как два человека, которым пришлось много поработать вместе. Но о своих предыдущих встречах не рассказывали, а я не спрашивал, учитывая специфику организации, где служил полковник.

Мы уселись за один стол, перед каждым появился прибор и вполне достойный обед. Так как давно не ели, то набросились на еду с аппетитом. Когда все было съедено, в дверях появился офицер и направился к нашему столу.

- Надеюсь, что все было вкусно? Сами понимаете, у нас тут не столица. После нашего одобрительного: «Да», представился: «Начальник местного гарнизона, майор Телегин Александр Петрович». Альберт Николаевич встал, представился и они обменялись рукопожатиями.

- Я получил распоряжение ввести вас в курс дела и во всем способствовать вашим исследованиям. Сегодня вы отдыхаете, а завтра в 9-00 приглашаю ко мне в кабинет. Он - в соседнем здании. Будут еще несколько заинтересованных лиц. Думаю, что для вас будет много интересного. Завтрак будет здесь же в 8-00. Если есть вопросы, готов ответить.

И совсем уже собравшись отойти, он, немного смутившись, будто не зная, как правильно подать новость, произнес: «Если вы встретите что-то необычное, то не удивляйтесь. Это абсолютно безопасно». Помолчав, добавил: «Во всяком случае для вас».

После этого майор, отдав какие-то распоряжения по столовой, удалился. Мы тоже встали из-за стола и направились к выходу. Солдаты опять провожали нас любопытными взглядами.

Подумал: «Хорошая у них служба! В тепле и при харчах!». И тут случилось неожиданное. Очень явственно в голове раздался посторонний голос: «Завидовать чужому счастью нехорошо!». После этого послышалась усмешка. Фразу с усмешкой я не услышал, а она появилась у меня в голове, как отголосок, произнесенной кем-то рядом. Так бывает во сне, когда снится, что ты разговариваешь с кем-то и просыпаешься после того, как собеседник сказал что-то, а ты не успел ему ответить. В памяти фраза сохраняется, но ты ее не слышал, потому что еще спал. И осознал лишь после того, как проснулся.

Я так резко остановился, что Аяна, державшая меня за руку, повернулась и с удивлением посмотрела на меня: «Что с тобой? Что-то оставил на столе?».

Не зная, как ответить, я промямлил, что все хорошо, просто неожиданно возникла мысль, которую хочу обдумать. Это ее успокоило, и мы поднялись в комнату. Теперь мы ее называли нашей. Через некоторое время постучал Семен и попросил помочь разложить вещи. Поэтому остаток вечера мы посвятили разбору его чемоданов и раскладыванию содержимого по местам. В результате комната Семена превратилась в медпункт с большим количеством разных приборов.

В этот вечер Ольга Николаевна не устраивала совещания, решив подождать до завтра. Необходимо было собрать больше информации. О голосе, которые посоветовал мне не завидовать, решил не рассказывать пока никому. Даже Аяне.

Когда ложились спать, Аяна сказала, что чувствует «воздействие» этого места и это ее беспокоит. Успокоилась только на моем плече, когда мы лежали в кровати. Это было первое в нашей жизни почти официально признанное супружеское ложе. Утром друг другу рассказали свои сны. У обоих они были светлые и добрые.

С утра я, с некоторым ожиданием необычного, прислушивался к себе. Вдруг опять возникнет посторонний голос. Но потом все закрутилось и состояние ожидания прекратилось.