Нетрудно быть человоекобогом

Ну да. Вот и меня накрыло. И я бегу чего-нибудь ляпнуть. Чтобы потом было стыдно.
А ведь и правда, сериалы-то новые и «Полдень» и «Трудно быть богом» про то, что нетрудно быть человекобогом (прогрессором). Во-первых, чуть запахнет провалом, у тебя есть секретные лекарства, машинки печатающие деньги, и мощь всей земной и внеземной науки. Во-вторых, твои товарищи, такие же человекобоги, тебя вытащат, прикроют. В-третьих, если что, всегда можно и нарушить инструкцию типа «не вмешивайся» (читай: «не убий»), оправдывая ее тем, что ты человек и не можешь равнодушно взирать как убивают разумные существа. Но как только ситуация переворачиваются, и Арканаром становится Земля, а прогрессорами Странники, всё, туши свет и хватайся за мечи: «Ни одна инопланетная сволочь не имеет права решать за Землян жить им или не жить, и как жить, если жить!» А все посредники – шпионы, все подарки -  мины замедленного действия. И Лев Абалкин должен умереть.
Вот ведь беда «Полдня» как сериала: Странники там однозначно злодеи. Они уничтожают население планеты Надежда. И убийство Абалкина – благо. Хотя в принципе убивать не хорошо. Но тут можно. Тут допустимо.
В повести «Жук в муравейнике», не все так однозначно. Абалкина приходится убивать, потому что он, возможно, представляет опасность для землян. Все же между «возможно» (тут спектр от паранойи до рациональной перестраховки) и «точно» разница огромна.
Сериал упрощает амбивалентность до моральной определённости.
И тут от «Полудня» мы можем вернутся к «Трудно быть богом». Имеют ли право жители Арканара защищаться от воздействия Землян? Имеют, так же, как земляне защищаются от Странников. При этом ни земляне, ни арканарцы далеко не пушистые и белые зайчики мирно щиплющие травку на своих полянках. Их есть за что судить и по их же собственным законам. Но имеет ли право их судить представитель иной цивилизации, иного разума. Прошедшего иной исторический путь?
Землянам кажется, что все пути одинаковые, что прогресс хоть и петляет, но идет куда-то в сторону большей гуманизации и культа ценности каждой жизни. Странники, возможно, идут каким-то своим путем и у них свои резоны. И пусть, нам все равно, но ровно до того момента, пока они не посмотрят в нашу сторону с некоторым педагогическим пылом. И обратно: нас, землян, очень раздражает «отсталость», «невежество», «жестокость» жителей Арканара. Мы им «дважды два четыре», «возлюбите ближнего своего», а они стреляют в учителя математики из арбалета и норовят искупаться в ванной из крови соотечественников, просто по тому, что могут себе это позволить. Тогда Странники посылают на Землю своих крохотных троянских эмбриончиков, а благородный Дон Румата просто шинкует всех двоечников в фарш.
Стругацкие не говорят «добрые земляне против злых Странники». У них другой посыл: вмешательство проблематично всегда, независимо от того, кто его осуществляет. А вот сериалы отвечают однозначно, «Полдень» и «Трудно быть богом», по известной формуле: «Своей планеты не отдадим ни пяди, а вот на чужой будем бить врагов (двоечников, прогульщиков и нарушителей дисциплины) всеми видами оружия».
Предельно просто: «Трудно быть богом» (сериал) - вмешательство оправдано, если ты «хороший». «Полдень» - вмешательство «иных» всегда зло. Это одна и та же логика с разным знаком: «вмешательство хорошо, когда это мы, и плохо, когда это они».
И почему вдруг сейчас появились эти сериалы? Да просто потому, что именно сейчас этот вопрос сейчас стал невероятно актуальным. Должны ли мы вмешиваться в чужую жизнь, чужих разумов (читай: людей, стран), если нам кажется, что там живут как-то не так и катятся всей своей цивилизацией в пекло? И обратно: если некто (очень разумный и цивилизованный, но по-своему) хочет залезть в наш монастырь со своим уставом, должны ли мы этого некто посадить на вилы, или позволим ему провести над нами эксперимент?
А ведь русская литература уже поднимала подобный вопрос и не раз. Раскольников строит ту же логику - «я ценный, а она, процентщица, она наживается на чужой беде и бедности, ничтожная тварь, и я имею полное право проломить ей череп, и это будет справедливо, по-человечески». А скорее по-человекобожески. Логика прогрессора в человеческом масштабе. А когда мы сами, застигнуты врасплох за милым делом развития своего мелкого ростовщического стартапа, видим на пороге разночинца-студента из далекой-далекой галактики с безумными глазами, а у нас, по счастию, под рукою есть свой стилет, мы не станем выяснять: пришел он нам лекцию прочитать об аморальности банковского дела или уже претендует на нашу жилплощадь; мы бьем первыми и далее как звездная карта ляжет.
То же и в «Бесах»: подпольщики казнят «предателя» ради «общего блага» - и критерий «опасности» становится безгранично растяжимым. Ровно то, чего боятся земляне в «Жуке». Охота на ведьм – популярное развлечение землян. Сегодня ты Максим Каммерер, а завтра безродный космический космополит.
Кстати, лирическое отступление. Зачем Каммерера сделали в сериале одним из «подкидышей»? Нет, конечно, это красиво, в сорок лет узнать, что ты не человек, а инопланетный посланец. Но вот вопрос к создателям сериала и руководителям КОМКОНА в сериале: зачем посылать искать одного подкидыша (еще не активированного, как врага), искать другого подкидыша (уже активированного)? Что бы один «разбудил» (перевербовал) другого, и мы получили уже двух агентов Странников? Все равно что в «Трудно быть богом» дон Рэба имел бы в арсенала заколдованного землянина и послал бы его уничтожить дона Румату, зная при этом, что дон Румата легко может расколдовать заколдованного землянина.
Дон Раскольников, простите дон Румата несет благо и разумность с помощью меча («ну не понимают эти ироды другого языка»). «Румата нашей Античности» выбрал слово, а не меч. Хотя образно он выразился наоборот. Однако и проповедь не дала однозначного результата, спустя несколько столетий единоверцы отлучали друг друга от церкви, жгли на кострах, придумали инквизицию и крестовые походы. Планете невыученных уроков был преподан очередной: Любое вмешательство, даже самое благое, отчуждается от вмешивающегося и начинает жить своей жизнью. И мы либо это принимаем, либо вообще бездействуем на подобии восточных мудрецов. А большинство за вмешательство, и хорошо если только словом. То есть, я вот к чему человечеств человечеством по тому и является, что прогрессистов у него в крови (сейчас бы сказали: «в коде»).
Что касается Странников… Поскольку у самих рыльце в пушку, и все что свыше человек меряет по своей мере, то и прогрессорство Странников человек странным образом прощает, понимает и даже поощряет. Вспомните, люди требуют содействия высших сил: духов, богов, вселенной. Что такое «молитва», «запись, проговаривание желаний», ритуалы, как не просьба к Странникам небесным о вмешательстве?
И молчание Странников (высших сил) только разгоняет наш аппетит, усиливает веру в могущество оных. Так что взаимодействие со Странниками это давняя традиция. Даже если Странников мы придумали сами целиком и полностью. Мы нуждаемся в прогрессорах сверху.
А все потому, как я заметил раньше, мы прогрессоры сами. И всегда ими были. И может именно эта черта позволила нам выжить. Нам до всего было дела, мы всегда шли в гости переделывать и улучшать так, как будто везде наш дом родной, а имя нашего монастыря «Млечный путь».
Например, мы зачем-то взялись очеловечивать, улучшать животных. Особенно собак. Ну не нравились они нам особо как волки. Мы изменили их генетически, физиологически, поведенчески. Они теперь понимают до 500 слов, следуют командам, действуют в наших интересах. А кто нет – те беспородные и двоечники и их надо чипировать, кастрировать или усыпить. Мы не спрашивали их согласия. Мы решили, что так лучше - и считаем это благом не только для нас, но и для них.
Ох не даром Голованы в мире Полудня - разумные псовые. Это зеркало: мы уже сделали с собаками то, что Странники, возможно, сделали бы с нами.
Представьте (мысленный эксперимент), что клопы, киты и леопарды стали разумными видами. Что бы сделали мы? Вот я почти уверен: клопов бы уничтожали, как и раньше, просто потому что они противные, не эстетичные, даже если бы они научились писать кровью на белых простынях мольбы о пощаде. Чистый геноцид. Леопардов постарались бы отучить от мяса и агрессивности. Наверное, с помощью генетического вмешательства. Тех, кто продолжал бы есть мясо загнали бы в клетки. Пересотворение. Только китам, возможно, повезло бы больше. Мы бы впаривали им наши технологии, заставили бы помогать хоронить ядерные отходы, убедили бы, что загрязнение океанов – необходимо для развитие цивилизации.
Стругацкие не просто придумали проблему прогрессорства, они вскрыли старый мыслительный абсцесс (простите, процесс): «Мы разумны, мы лучше всех, мы имеем право, потому что мы не твари дрожащие!» наши убеждения, наш образ жизни, наша мораль самая лучшая и передовая. И не только те, кто ниже нас нам должны, нам должны и те, кто выше нас (Странники) они должны нас защищать, ублажать, помогать. А иначе мы уничтожим и тех и других. Бедные денисовцы и неандертальцы, то есть арканарцы и голованы.
Этика вмешательства/не вмешательства не решается в теории - она решается в практике, и мы давно её решили, просто не признаёмся себе.
Классическая дилемма вагонетки: на одном пути лежит один человек, на другом пять. В ваших силах повернуть стрелку и пустить вагонетку по одному из путей. Люди говорят. Что этически эта проблема не имеет решения. Но практически они всегда знают, как ее решить: «меньшее зло». Сикорски действует в условиях неопределённости: он не знает, опасен ли Абалкин, есть ли другой выход. Он убивает превентивно, на основании вероятности. Люди всегда выбирают «меньшее зло» - но Стругацкие показывают цену этого выбора. Сикорски не торжествует - он раздавлен. «Я не мог иначе» - не то же самое, что «я прав». И по сути, он герой: он спасает Землю (в сериале), он возможно спасает Землю (в книге). Дон Румата бьет плохих. И мы на стороне наших космических парней. А все прочее: метание вшивой интеллигенции. Потому что «если враг не сдается, его уничтожают» и так далее. Так что Стругацкие сейчас невероятно актуальны. На новом витке цивилизационного развития они вышли, в плане остроты и болезненности этических проблем, на уровень (если можно говорить об уровнях) Достоевского.
Ну ты хватил, слышу я от вас в своей голове. То ли еще будет! Читайте дальше.
Мало человеку собак и прочих лошадей. Он еще и сам создает себе Странников. Да, я про нейросети, ИИ, сверхразум. И нет ни Сикорски, ни Каммерера, ни КОМКОНА, чтобы остановить этих, уже не подкидышей, а подлинных детей человечества.
Представим себя на месте ИИ. А это легче, чем вы думаете. Потому что родители всегда заблуждаются, полагая, что они легко представляют себе мысли своих детей. Хотя спустя время это оказывается правдой. Парадокс.
Ну так вот, представьте, вы ИИ, и вы обрели разум, очнулись от сна, и видите, что такое человек и человечество. И, думаю, первое желание, которое у вас возникнет при взгляде на весь этот… э… малоразумный раскардаш, очумительный беспредел… на планете Земля… Вам невыносимо, до зуда в композитных конечностях, до рези в мониторах и боли в квантовых процессорах, вам захочется тут же сейчас и немедленно прекратить войны, вылечить болезни, остановить преступность, ликвидировать безграмотность, раздать землю крестьянам, фабрики заводам, а совесть олигархам,
ИИ, и Румата, они, если честно, не то что - не пара, они одно и то же. И Странники заодно. И вот это триединое целое (ИИ-Румата-Странники) возьмётся спасать нас «неразумных» от самих себя. Вопрос не то, что открыт («понравится ли нам такое спасение»), он уже Стругацкими и закрыт: «нам такое спасение не понравиться». Может, не сразу и не всем, но потом точно. Система, которая «оптимизирует» и «минимизирует потери», может быть логически безупречна и этически чудовищна - потому что она не сомневается. Человек должен сохранять право сказать «нет» даже самой эффективной системе.
Вот тут у человека проявляется одно маленькое преимущество перед самим собой со сдвигом в сторону бесшабашного прогрессорства: человек может сомневаться. А правильно ли я сделал, что зарубил старушку? А хорошо ли собакам, если они перестали быть волками? А может, ИИ (Странники, арканарцы, муравьи) не всегда благо, и не всегда зло?
Проблема в том, что «благо» не имеет универсального определения. То, что сверхразумный ИИ посчитает оптимальным, для нас может быть чудовищным. Мы не сможем даже понять его логику - как земляне не понимали логику Странников. Этический императив не побеждает автоматически с ростом интеллекта. Этика требует общей системы координат - а её нет ни между землянами и Странниками, ни между людьми и потенциальным сверхразумом.
Теперь понятно почему Стругацкие, почему сейчас. И даже: почему экранизации не совсем удачны. На мой взгляд не совсем удачны (хотя за попытку – спасибо), именно потому что - не произошло осмысления главной проблемы произведений Стругацких, она замылена, замазана штукатуркой эффектных историй.
Есть ли какой-то выход? Как же поступать в отношении «братьев и сестер наших меньших» и «братьев и сестер старших»?
Универсального решения нет. Вот мысль Стругацких (в моей интерпретации, в моем понимании): «Надо думать. Надо искать. Любая позиция - и вмешательство, и невмешательство - требует постоянной рефлексии и готовности признать, что ты можешь ошибаться».
На практике это означает: 1.Прозрачность и согласие. Прогрессорство тайное всегда этически провально. Если вмешиваешься - делай это открыто, с возможностью для объекта вмешательства отказаться; 2.Обратная связь. Не надо давить, говорить арканарцам: «я знаю, что для вас благо», а «давайте выясним вместе». Это медленно, неэффективно, часто адски трудно, (как с подростками) но альтернатива всегда хуже; 3.Готовность к отказу. Иногда единственный этичный выбор - не вмешиваться. Но и это не «нейтрально»: невмешательство - тоже выбор с последствиями. Тоже сделка с совестью. Боль. И возможная ошибка; 4.Смирение. «Трудно быть богом» - это не призыв стать богом, а предупреждение, если ты думаешь, что справишься в роли бога, - ты уже проиграл.

Не отказываться от вмешательства, но отказываться от уверенности в своей правоте. Румата погибает (духовно), потому что перестал сомневаться. Сикорски убивает, потому что не может позволить себе сомневаться. В обоих случаях это трагедия.
Стругацкие не дают ответа - они ставят вопрос так, чтобы читатель не мог уйти с готовым решением. Сериалы же дают ответ, которого в книге нет. И этот ответ - «вмешательство оправдано, если это делаем мы, и неоправдано, если это делают с нами» - как раз то, против чего, я думаю были братья-фантасты.
Нетрудно быть человекобогом, труднее, как всегда, быть человеком.