Самая высшая оценка
— Девочки, ваше домашнее задание будет творческим. Придумайте красивые и интересные бутерброды. Такие, чтобы их не стыдно было поставить на праздничный стол.
Класс одобрительно загудел. Мальчики, правда, тут же зашептались, что они бы тоже не отказались от бутербродов, особенно если их потом можно съесть. Но Валентина Петровна строго сказала:
— Мальчики, у вас будет другое задание. А девочки пусть проявят фантазию.
Дома Катя Фролова решила, что просто намазать хлеб маслом и положить сверху колбасу
— это слишком просто. Такое любой сможет. Нужно было что-то действительно красивое.
Она достала формочки для печенья. Среди них была бабочка — мамина любимая, ещё с Нового года осталась. Катя вырезала из белого хлеба несколько бабочек. Получилось аккуратно: тельце, крылышки, всё как надо.
Потом она открыла кухонный шкаф и посмотрела на банки с вареньем. Клубничное, абрикосовое, черничное, яблочное. Катя намазала крылышки разным вареньем: одно — клубничным, другое — абрикосовым, третье — черничным. Глазки сделала из двух изюминок, а усики — из тонких полосок яблочной кожуры.
Получилось настоящее чудо. Разноцветные бабочки сидели на большом блюде и будто собирались взлететь.
Папка ещё был на работе, а мама в это время уже лежала в спальне. У неё разболелась голова, и она рано легла, попросив Катю не шуметь. Катя тихонько всё доделала, поставила блюдо на кухонный стол, полюбовалась на него и, с чувством исполненного долга, пошла спать.
«Завтра покажу Валентине Петровне, — думала она, засыпая. — Вот она удивится».
Утром Катя проснулась от того, что на кухне чем-то вкусно пахло. Вернее, уже не пахло, а только чуть-чуть напоминало. Она вышла из комнаты и увидела на столе пустое блюдо… На нём лежала только маленькая записка, написанная папиным почерком:
«Спасибо, мои любимые девчонки! Было очень вкусно! ЛЮБЛЮ ВАС! Побежал на работу».
Катя замерла. Она смотрела на пустое блюдо, на крошки, на записку. Потом ещё раз прочитала. Потом ещё раз.
— Папа... — прошептала она. — Папа всё съел...
В комнату вышла мама, всё ещё бледная, но уже чуть-чуть улыбающаяся.
— Доброе утро, — сказала она. — Ой, а что это папа так расхваливает? Что вы тут без меня ели?
Катя посмотрела на маму. Губы у неё задрожали.
— Это было... домашнее задание, — сказала она. — По технологии. Я бабочек сделала. Из хлеба. С вареньем. А папа подумал, что это для него. И всё съел.
Мама сначала засмеялась. Потом увидела Катины глаза и обняла её.
— Ну, не плачь. Он же не специально. Он думал, что мы его порадовать хотели.
— Я не успела! — всхлипнула Катя. — Я не успела показать! Теперь у меня нет домашнего задания!
Она одевалась и всю дорогу до школы шмыгала носом. В портфеле лежала записка. Катя держала её крепко-крепко, как будто это был самый главный документ на свете.
В классе она подошла к Валентине Петровне.
— Валентина Петровна, — сказала Катя и протянула записку. — У меня нет домашнего задания. Вот... Я сделала бабочек, а папа утром подумал, что это для него, и всё съел. А это была записка.
Валентина Петровна взяла бумажку. Прочитала. Потом посмотрела на Катю. Потом опять на записку. И вдруг улыбнулась — тепло-тепло.
— Катюша, — сказала она. — Да это самая высшая оценка твоего труда!
Катя подняла на неё заплаканные глаза.
— Какая же это оценка? — прошептала она. — Это же просто записка.
— Это не просто записка, — Валентина Петровна покачала головой. — Это лучшая рецензия на твою работу, которую только можно придумать. Ты сделала красиво. Ты сделала вкусно. И ты сделала так, что папа ушёл на работу счастливый. Разве пятёрка в тетради может с этим сравниться?
Она открыла журнал и поставила Кате жирную пятёрку.
— За работу, — сказала она. — И за любовь. Это два разных предмета, но оба важные.
Класс притих. Лёха Тульев, который обычно в такой момент обязательно что-нибудь выкрикнул, молчал. Даже Ромка Булкин перестал жевать своё яблоко и смотрел на Катю с уважением.
А вечером, когда папа пришёл с работы, Катя рассказала ему всё. Папа схватился за голову:
— Катюша! Я же не знал! Я думал, вы с мамой решили меня побаловать! Я же их все съел! Всех бабочек!
— Всех, — кивнула Катя. — До одной.
Папа сел на табуретку и посмотрел на неё виновато.
— Слушай, — сказал он. — А давай в выходные мы вместе сделаем ещё бабочек? Целое блюдо. Ты будешь главным художником, а я — главным дегустатором. Только теперь я сначала спрошу, можно ли есть.
Катя засмеялась. И мама засмеялась. И папа засмеялся. И на кухне стало тепло-тепло, как бывает только тогда, когда все вместе и никто ни на кого не сердится.
А записку Катя спрятала в коробочку, где хранила самые дорогие вещи: фантик от первого новогоднего подарка, ракушку с моря и теперь — папино «ЛЮБЛЮ ВАС!».
Потому что это и правда была самая высокая оценка.
Свидетельство о публикации №226102701788