Пять часов

ПЯТЬ ЧАСОВ


Часть I
Чувство тревоги росло. Наконец последние путы сна спали, и Наташа открыла глаза. Тревога не пропала, а даже наоборот. Темнота еще больше ее усугубила. Сердце замирало, в груди метался омерзительный комок страха. Странное чувство завладело всем её существом. Наташа не понимала, что с ней происходит. Вдруг в мозгу пронеслась страшная мысль: «Павел!!! С ним что-то случилось!»
Одеяло отлетело в сторону. Не разбирая дороги, женщина бросилась на балкон. Страх за Павла забился в каждой клеточке ее маленького тела, заслонил весь окружающий мир. Босые ноги не ощущали холод бетона. Глаза устремились в небо, на Марс, который в эту ночь имел какой-то кровавый облик и был так хорошо виден.
Казалось, поднимись на крышу и клади его в карман. Но Наталья знала, что это не так: огромная пропасть космоса отделяет её от зловещей планеты и от её любимого мужа.
Темно-фиолетовое небо, сплошь усыпанное звездами, тянуло к себе. Наташе чудилось, что она падает в него. Уютная квартира осталась внизу. Огни далекого города смешались с блеском звезд.
Марс становился все ближе. «Милый Павел, ты там один среди страшных песков. Что с тобой случилось?»
Она уже не смневалась: с Павлом плохо. Он умирает...
Каждая клетка ее мозга кричала, билась в истерике. Нет! Нет! Её вторая половина, её родной человек – и чтоб его не стало?!
Все существо молодой женщины было против этого. Любовь, страх, протест – все смешалось, душевный порыв нес ее мимо холодных звезд все дальше к кровавому пятну.
Вдруг она явственно увидела на красноватой равнине темную точку, которая становилась все больше и больше. Это человек. Он в скафандре. Лежит на спине. Сквозь стекло шлема видно лицо. Павел! Это он! Милый!
Он словно услышал. Слегка дрогнули веки. Попытка перевернуться на живот оказалась неудачной. Руки вновь безжизненно откинулись в стороны.
«Павел! Любовь моя, я с тобой!» Наташа заломила руки. «Ну, встань, солнышко мое! Встань! Неужели ты забыл, что я тебя жду?! Встань!»

Часть II
Сначала все шло удачно. Павел обследовал огромную территорию Марса. Он мало доверял роботам, поэтому и нарушил инструкцию, которая запрещала ему покидать звездолет. В его обязанности входил только контроль за работой всех систем и механизмов. Но он не утерпел, и теперь за это расплачивается собственной жизнью, прекрасно зная, что ему уже никто не поможет. Из людей он здесь один. До звездолета, по приблизительным подсчетам, километров пять, кислорода – часов на пять. Но тело все парализовано.
Это конец!
Павел с трудом открыл веки. «Милая Наташа, ты единственное существо, которое мне жаль терять.  Хоть бы еще разок увидеть тебя!»
Да, чертовски обидно, что никто не узнает о причине его смерти. Конечно, те, кто придут после него, найдут его записи, а по ним и вход в останки подземного города.
Он не зря не доверял роботам. Они десятки раз проходили мимо и не обращали на вход никакого внимания. Только любознательность человека позволяет делать неожиданные находки. А у роботов нет этого чувства.
Как неохота умирать вдали от Земли! Хоть бы разок вдохнуть утренний воздух, аромат дымка от костра. Обидно.
Как же глупо он влип! И надо ж было сохраниться этому марсианскому роботу. Интересно, что у него за источник энергии? Откуда он ее черпает, если через столько, видимо, миллионов лет еще в состоянии напасть на Павла? Жаль, что поторопился и сжег робота бластером. Другие бы прилетели, разобрались. Может, это было бы переворотом в науке.
Да, зря поторопился.
А что оставалось делать? Ждать пока тот из своей трубы совсем прикончит пришельца? Чем он так парализовал тело Павла? Сумасшедший робот! Хотя, что же тут такого странного? За такое время рехнуться проще всего…
А до звездолета ведь рукой подать...
«Милая моя Наташа. Прощай! Жаль, что я так мало говорил тебе о любви. Стеснялся этих слов. Порой боялся быть ласковым. Смешно. Ты слышишь меня, милая?! Я люблю тебя!»
Павлу казалось, что он кричит на всю Вселенную, но парализованные губы лишь слегка подергивались. Воспаленный мозг ярко представил образ жены. Вот она, родная, укрытая одеялом, калачиком лежит на тахте. Длинные ресницы бросают ночные тени на лицо. С балкона задувает ветерок…
Ну, вот и увидел ее. Прощай, любовь!
Черное облако заволокло образ жены, мысли перепутались, и Павел провалился в забытье.
Судорога пробежала по всему телу. Почудилось, что сквозь туман донесся Наташин голос: «Встань! Любовь моя, я с тобой! Ну, встань! Солнышко мое!»
Павел попытался перевернуться на живот. Но попытка окончилась неудачно.
Вдруг ему показалось, что кто-то помогает ему подняться. С трудом открыл глаза. Перед ним расстилалась плоская красноватая равнина. Покачиваясь, он все-таки стоял на ногах.
И откуда только взялась сила?..
Каждый шаг отдавался болью. Но появилась дикая уверенность, что он дойдет. Пот заливал лицо. Кондиционеры не помогали. Шаг, еще шаг. Только бы не упасть. Всего каких-то пять километров. Чепуха. Марс качался из стороны в сторону. Шаг, еще шаг.
«Наташа! Я иду к тебе!»

Часть III
– Как же так, доктор! Ну, неужели ее никак нельзя было спасти? Я был на волосок от смерти – ее образ спас меня за миллионы километров от Земли, а вы не смогли спасти ее здесь, в центре города.
– Да, не смогли... Ее нашли на балконе. Физически у нее было все в порядке. Она умерла от душевного истощения. Соседи говорят, что ночью она пять часов неотрывно смотрела на Марс...