Раздвоенность...

Что-то пошло не так... Нет, всё пошло не так. Он сделал из меня другого. Совсем другого, и я не могу с этим ничего поделать. Я чувствую его там, внутри. Там, где он не хочет, чтобы я его видел. Я представить себе не мог, что где-то рядом живёт украденная версия меня. Мой клон, моё повторение. Он кричит, протестует, указывает на мои изъяны, но никто не слышит и не чувствует... Он — тоже я. И от этого не становится легче, только холоднее. Чувствую — моя душа порвана надвое, и я не могу дотянуться до второй половины, как бы не пытался это делать. Но зато он постоянно душит меня...

Бывают дни, когда я сражаюсь сам с собой. Я противоречу себе в каждом слове, в каждом жесте. Он смешал мою ДНК. Заразил меня изнутри этой двойственностью. И теперь я — его Франкенштейн, пленник в собственном теле. Он тщетно пытается выбраться оттуда. Нащупать дверь, которой, может быть, и нет. Я совсем запутался, не понимая главного: я это — он? Или...

Я чувствую, что это неправильно — жить в этой разорванной форме. Но частичка меня есть. У меня есть душа, даже если она теперь не помещается в одной оболочке. Зло этого человека в том, что он не даёт жизни просто быть: он перекраивает её, как ткань, не замечая, что рвёт по живому...

Я ищу другие части себя, спрятанные в складках окружающего мира: в чужих взглядах, в обрывках фраз, в пустых отписках. Мы пытаемся стать цельными. Он — тоже я. Я — это он. Мы — это ты. Ты — это они. И в этом переплетении я пытаюсь отыскать хоть одну строчку, которая бы по-настоящему звучала... И это каждодневная борьба, спор, противостояние... С ним, который постоянно против. Но без него я бы заплыл жиром похвалы и одобрения... Вознесения себя на высшую ступень пьедестала, где от софитов режут глаза. Где столько ненужных слов, от которых кружится голова и ты снова падаешь вниз... и теперь, видно, надолго...