Жизнь карусель в ней казино Глава 7

               Увидев меня выходившей из припаркованной на стоянке машины, муж кивнул мне головой, давая понять, что Сикорский находится сейчас в конторе Агросоюза. Я, поправив платье, стряхнув с него дорожную пыль, сельских дорог направилась к двери конторы. На встречу, мне с разъярённым видом выбежал Сикорский, глаза его вращались, как будто они были у него закреплены на резинках. Меня, по-моему, он не заметил, поэтому, я чуть не споткнулась об него, но вовремя отскочила в сторону.

Вау! Это кто же так смог вывести из себя господина Сикорского, что у него мозг расплавился и превратился в желе. Иначе в другом случае, он замечал препятствия на своём пути. Я проследила взглядом, куда он направиться, и, увидев, что он забежал в кафе, вошла в контору. В коридоре стояла толпа сотрудников и, молча, смотрела, как секретарь пыталась собрать свои волосы в загогулину, вонзая в неё шпильки с невидимками.

- Что здесь произошло? Удивлённо спросила я у главного экономиста.
- И не спрашивайте, такое, что умом не постичь. Сикорский набросился на секретаря с кулаками, причину мы не знаем, но он бы избил её сильно, если бы мы не вступились в эту перепалку. Я подошла к секретарю, положила ей руку на плечо: «Успокойтесь, - сказала я. - Пойдёмте в мой кабинет, поговорим о случившемся».

- Никуда я не пойду, Елена Дмитриевна, я сейчас напишу заявления и покину своё рабочее место навсегда. Иначе мне Сикорский грозил кровавой расправой.
- Нет, мы всё – таки должны с вами поговорить, нельзя вот так из-за какого - то психического срыва Сикорского, уходить с работы. Идём, я взяла её под руку и повела в свой кабинет.

 Закрыв дверь за собой на ключ, достала из шкафа термос и налила в кружку кофе, открыла начатую бутылку армянского коньяка, влила в него грамм тридцать и дала Наталье Леонидовне. - Пейте, сказала я, - это вас успокоит и приведёт в нормальное состояние. Она посмотрела на меня и, не говоря ни слова, выпила содержимое кружки. Посидев немного, у неё порозовели щёки, заблестели глаза, то есть, она была готова к разговору.

- Теперь рассказывайте, что случилось в моё отсутствие.
- Понимаете, Елена Дмитриевна, он стал плохо отзываться о своей жене Инне, возмутилась не только я, но и те, кто это слышал, Инна очень спокойная, уравновешенная, воспитанная, культурная женщина. Удивляюсь, зачем, почему, она вышла за него замуж.

 Я изначально, когда они приехали к нам работать, видела в этой семейной паре, что-то странное. Ведь Инна вначале, пошла, работать в школу, а затем внезапно, ушла, прям с урока, оставив класс, и больше не вернулась.

Её странное поведение замечали с месяц, а затем она не стала показываться в общественных местах. Их, ни разу, не видели вместе на каких-то интересных мероприятиях, хотя другие всей семьёй приезжали и веселились, чуть ли не до утра, это и на Новый год, и на Масленицу, День урожая, да и другие праздники.

 Он присутствовал, как зам председателя, сидел, как сыч, с недовольным видом в президиуме. На вопрос, а где же его супруга, отвечал, что ей нездоровиться. А вот, как сегодня, так по поводу неё он выразился: У неё с головой – КУКУ!
- Что это означает? Спросила удивлённо я.

- Это значит Елена Дмитриевна, что Инна с головой не дружит.
- Какая чепуха, - возмутилась я, - мы только что с ней расстались, она в полном здравии, совершенно адекватно реагирует на всё и всех.

- Так вот, об этом я и говорю, но вот вы мне скажите, почему он её пытается выдать за женщину лишившуюся ума? Здесь что-то не так, и мне хотелось бы знать, что?

- Но, вот Наталья Леонидовна, а вы собрались подавать на расчёт, у нас с вами куча интересных дел и событий, и мы докопаемся до истины. Сделайте вид, что на Сикорского вы не злы, обращайтесь с ним вежливо, корректно, но в то же время будьте внимательны, следите за его поведением. И мне ещё очень важно, чтобы вы вспомнили тот день, когда они появились в вашем совхозе, кто их привёз, дети были при матери, или их потом привезли.

Но, это я могу сразу сказать, детей привезли месяца через три, они были какие-то странные, на Инну почти не реагировали, хотя не виделись - то они долго. Затем Сикорский определил их в школу, что-то там было у них с документами, затем всё-таки оформили. Вы же знаете, Елена Дмитриевна, деньги делают всё, к великому моему сожалению, я прожила шестьдесят лет, но так и не увидела справедливых решений, относящихся к простому рабочему.

- Конечно, грустно, то, о чём вы говорите, но всё же бывают случаи, когда люди добиваются справедливого решения, правда не сразу, на это уходят годы, и всё же, такое случается. Давайте с вами сделаем так, чтобы справедливость в отношении Инны и её детей восторжествовала. Пусть мы ошибаемся, но проверить надо, ведь ей никто не поможет, если мы не вмешаемся в их семейную историю. Но, об этом никому, я уже говорила, ведите себя так, как будто ничего не произошло, не случилось с вами нервного срыва.

 В дверь постучались, я пошла, открывать замок, на пороге стоял, и кто бы вы думали, сам, собственной персоной Сикорский.
- Я вас ищу, Наталья Леонидовна, хочу перед вами извиниться, последнее время я сам не свой, не могу понять, что со мной происходит. Извините меня, такое больше не повториться. Наталья Леонидовна добродушно улыбнулась, - это вы меня Виктор Петрович извините, никто не имеет права вмешиваться в чужую семью, а я перешагнула запретную черту. Наверно старость, пора на отдых, сидеть старушками на скамейке и обсуждать жильцов, кто, во что одет, и какая у них причёска.

- Но, что вы, без вас сразу всё застопорится, ведь вы знаете всё, где что лежит, на какой полке, в каком году положено и на какой срок. Нам и архивариус не нужен, вы хорошо справляетесь со своей работой, и нагрузкой тоже. Сикорский пожелал всем хорошего вечера и покинул кабинет.

- Да, пора собираться домой, - сказала я, - сегодня был напряжённый день, необходимо хорошо отдохнуть. Но вы не расслабляйтесь, будьте внимательны, Сикорского держите в поле зрения, если он появится у вас на виду.

- Я вас поняла Елена Дмитриевна, буду осторожной.
Утром Наталья Леонидовна на работе не появилась, днём тоже, дом был на замке. Соседи сказали, что вечером света в её окнах не было, а это значит, что домой она не дошла. Я срочно позвонила Марку, сообщила о ЧП, ищите её срочно, далеко он её вывести не смог, если и есть такой вариант, то сегодня он это сделает глубокой ночью.

 Поиски ничего не дали, искали месяц, другой, безрезультатно, как в воду канула, а может и действительно груз к ногам и утопил, но реку проверили, все коряги осмотрели, никаких признаков, никаких клочков ткани с платья исчезнувшей секретаря Агросоюза.

Видимо то, что Наталья Леонидовна находилась у меня после ссоры с Сикорским, его насторожило, и он решил от неё избавиться, ведь я не знала, даже не предполагала, что знала о нём секретарь, она знала, но, боялась об этом рассказывать, а молчание стоило ей жизни….


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ