Ранним холодным утром, в озябях шли из Теребенниковского монастыря в Ипатьево, к игуменье Марфе, два послушника Пафнутий и Никодим. Дорога была мокрая от ночного дождя, да и сейчас прилично моросило. Приходилось обходить лужи и стараться не поскользнуться на бледно-жёлтой суглинистой почве. На краю овсяного поля, тянущегося за горизонт, всходило багровеющее светило, распространяя свои лучи и даже ослепляющее странников, однако тепла оно не прибавляло. Никодим ежился и периодически старался плотнее запахнуть свою кургузую ошейку, а Пафнутий не боялся холода, и небрежно подставлял своё загорелое лицо, шею и даже грудь с седоватым волосом струйкам осеннего влажного воздуха. С поля шёл легкий пряный запах овса.
Как думаешь - сколько до Клюквино? - осторожно, и даже как-то боязливо спросил Никодим. В Клюквино они планировали немного отдохнуть, выпить чаю с пряниками в трактире у тамошнего еврея Якова.
Никодим строго посмотрел на видневшую впереди рощицу, и вдруг высморкался, вытер руку о подол.
Да, почитай, ещё часов пять идтить - сказал хрипловато, и улыбнулся, глядя на озябшего и слегка понурого Пафнутия.
Да, не дрейф - ободряюще добавил, опять слегка улыбнувшись, - ты если станет тяжело, читай про себя требы, глядишь сил и прибавится.
И Никодим даже немного добавил шагу, уверенно ставя ноги на осклизлую землю. Холодный моросящий дождь не убавлялся, хотя сумрачное небо постепенно светлело и в нём появлялась небесная синь.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.