Седьмой. Глава 2

Джейми

Оказавшись в туалете, я прижимаю Линдси к прохладной стене, и мы начинаем раздевать друг друга. Я  быстро спускаю ее топ к животу, она снимает с меня футболку и таращится на подтянутый пресс.
Спасибо генетике.
Мне хватает пары игр в неделю, чтобы держать себя в тонусе,  и примерно столько же вечеринок, чтобы этот тонус тратить не по назначению. 
– Да ты красавчик. – Ее дыхание щекочет шею, а язык рисует на ней завитки. – Знала бы раньше…
– Что? – Поворачиваю ее лицо и смотрю в упор. – Отдалась бы на прошлой неделе?
– Грубиян, – стонет Линдси. – Но мне нравится.
Мои пальцы нащупывают презерватив в кармане, скользят по ягодицам блондинки и, приподняв юбку, быстро избавляют ее от стрингов.
Не стаскивают их, а просто рвут.
Ее обнаженная грудь вздрагивает от первого толчка.
Я не забочусь о том, чтобы ей понравилось, а действую на автомате. Волосы Линдси быстро становятся влажными, с моей спины стекает пот, а с губ срывается ленивый стон.
Раз, еще раз.
Не получается.
Черт! Этого просто не может быть!
Я так хотел эту девчонку, и вот она здесь, но при этом каждый варится в своих мыслях.
В моих – универ, посиделки с приятелями после матча и редкие ужины с семьей.
А в ее…
Мне плевать, где она. Пусть отдает должок за мой позор и проваливает.
Линдси пытается возбудить меня, шепчет, как ей хорошо и что-то в этом роде. А еще так глубоко и наигранно дышит, что вскоре этот концерт надоедает мне.
Я окончательно теряю запал и перестаю смотреть на нее, лишь бы это поскорее закончилось, хотя еще вчера прокручивал в башке каждую секунду нашего секса.
Вдох. Выдох. Вдох.
Оргазм накрывает меня минут через двадцать, а дальше не происходит ничего, что я мог бы запомнить.
Остается только дрожь, онемение в ногах и холод от плитки, в которую я уперся лбом.
В туалет начинают стучать. Кто-то явно перебрал или ждет очереди с такой же неразборчивой девчонкой.
Я отстраняюсь, застегиваю джинсы и хочу подобрать футболку, но блондинка хватает ее первой.
– Еще увидимся, Райт?
Ставлю руку рядом с ее головой.
– Зачем?
Линдси хитро смотрит на меня.
– Зачем девчонки и парни встречаются время от времени? Брось, Джи… Ты же не думаешь, что я позволила трахнуть себя ради танца с Кейт?
– Не думаю, – вырываю футболку. – Но не будь здесь меня, ты выбрала бы кого-то еще. На вечер.
Блондинка поправляет юбку, накидывает лямки топа и складывает руки на груди.
– Может, ты мне понравился?
– Ага, конечно, – язвительным тоном отвечаю я.
– Стой. – Она преграждает мне путь. – Если я расскажу все брату, тебе конец.
– Ты же сама… – Запрокидываю голову, не понимая, что происходит, но по выражению лица девчонки начинаю прозревать. – Тебе что-то нужно, да?
– Ладно. – Она грациозно подходит к шкафчику с раковиной и запрыгивает на него. – Нас поставили в пару на проекте профессора Харпер: «Идентичность и что-то там еще».
– Издеваешься?
– А похоже?
Я учусь на втором курсе факультета «Медиа и коммуникации», а Линдси – на «Спортивном менеджменте», и у нас обоих есть предмет «Медиа, идентичность и публичный образ». Его ведет профессор Харпер. 
Я думал, что мы с ней неплохо ладим, но, выходит – ошибался.
Чтобы я еще хоть раз вызвался помогать этой старухе с организацией очередного дурацкого исследования!
Да ни за что!
 – Почему я не знаю об этом? – недовольно спрашиваю.
– Потому что мой отец числится в попечительском совете, и эта старая кошелка пожаловалась ему на мои прогулы, а заодно поделилась планами на этот семестр. –  Блондинка закатывает глаза. – Я даже выговорить не могу, что она там преподает, не то, что учебники штудировать.
– А пару раз прийти не пробовала? – язвлю я. – Хотя бы для общего развития?
– Я не собираюсь тратить время на исследование, почему блогеры ведут себя, как идиоты. У меня тренировки и другая жизнь. Поэтому мы сделаем так… – Линдси оглядывается на дверь, по которой начинают долбить ногами. – Ты напишешь все сам, а я… помогу тебе в другом. Идет?
Делаю шаг к ней.
– Давай без загадок.
– Ты все понял, Райт.  – Ее лицо меняется, а движения напоминают поведение пантеры перед прыжком. –  Не  хочешь, мне же проще. Я все равно ничего не буду делать, и мы оба провалимся. А так у тебя хотя бы появится мотивация.
А чего я ожидал?
Конрады не славятся мозгами. Только тем, что пониже.  Но ее братец хотя бы тащит дохляков из «Лейкхерст Райнос».
Благодаря ему они не проигрывают студенческие чемпионаты, а чем известна Линдси? Оргиями в туалетах?
С другой стороны, какая мне разница? Может, в другой раз с ней не будет так скучно.
– Ладно, – цежу. – Но сначала я поговорю с Харпер.
– Не веришь мне?
– Нас не просто так поставили вместе. Это очевидно. И тут два варианта: либо профессор хочет подтянуть успеваемость на курсе, либо это еще один проект, только уже ее… Как-то неохота быть подопытной крысой.
Я вылетаю в коридор, где уже собралась огромная очередь, и осматриваюсь.
На полу лежит какой-то парень с пустой бутылкой из-под текилы, рядом с ним целуется парочка. Черлидерши уже нашли себе дружков и разбрелись по дому.
Словом – вокруг кипит жизнь, вечеринка в самом разгаре, но вместо того, чтобы продолжить, я ищу местечко потише.
Десять шагов до двери.
Веранда.
Наконец-то.
По влажной футболке пробегает холодок. Я вздрагиваю, сажусь на ступеньки и, достав телефон, начинаю скроллить ленту соцсети.
Кто-то написал мне сообщение – плевать, потом прочту –  одноклассница лайкнула сторис с прошлой вечеринки. 
У Коула, как всегда, нет обновлений. Только несколько старых снимков со спины и  картинка с надписью: «Работаем».
У бывшей куча рилсов на фоне Голливудских холмов, а рядом с ней новый бойфренд.
Пятый или шестой за последние месяцы.
Сам не знаю, почему не отписался от нее.
Наверное, мне просто пофиг.
Мама выставила селфи с прошлого ужина.
Я обнимаю ее и отца, а брат, как всегда, сидит с края и смотрит в сторону, потому что не любит фоткаться.
Ей пришлось подгадывать момент, чтобы у Коула была не слишком кислая физиономия.
Но я понимаю его: поставить жизнь на паузу и вкалывать, как проклятый, сможет не каждый, поэтому снимки так раздражают его.
Их делают, когда все счастливы или хотя бы улыбаются. А он… похоже, разучился это делать.
Вдруг я ловлю себя на мысли, что немного завидую ему. 
Брат не сомневается и не выбирает, как провести день. У него есть цель, а у меня развилка с указателями во все стороны и надписью: “Иди куда хочешь. Всем плевать”.
Сзади раздается громкий стук, и над моим плечом нависает башка приятеля.
– Бро! – орет он, смахнув с лица мокрые волосы. Не знаю, где он был, и даже спрашивать не хочу. – Я тебя обыскался. Чего сидишь? – Майло толкает меня локтем. – Линдси отшила?
– Хуже, – хмыкаю, – мы переспали.
– И? Ты не впечатлил ее?
“Мисс разборчивость” использовала меня, и теперь я буду писать конспекты, пока она раздвигает ноги перед другими мужиками… и иногда передо мной.
По обмену.
–  Да, – устало говорю я. – И это взаимно.
– Эй. – Майло заглядывает мне в лицо. – Ты чего груженный какой-то?
– Не бери в голову. Я просто набрался.
– Так, пошли в дом. – Приятель тянет меня внутрь. – Там как раз начинается «Я никогда не…».
Задумываюсь, глядя на экран, и уговариваю себя вернуться.
– Идем.

***

– Будете играть? – спрашивает  парень с логотипом “Барсы” на футболке.
Они додумались выключить музыку, чтобы слышать друг друга, поэтому внутри становится намного спокойнее.
Все, кто хотел, напились и свалили туда, где можно продолжить веселье. В гостиной остались только десять человек, включая меня и Майло.
 Сажусь на пол рядом с ним.
– Давайте.
Справа от меня – брюнетка с волосами до поясницы. Ее руки полностью забиты татушками с лицами мужиков.
Она видит, что я пялюсь на них, и спрашивает:
– Хочешь в коллекцию? Или боишься?
– Я не фотогеничный.
Слева сидит ботаник, который, похоже, впервые выбрался из дома и с щенячьим восторгом реагирует на каждую шутку.
Напротив – несколько девчонок, толстяк, мажор в косухе на два размера больше него, Майло и Линдси. А в центре круга стоят стопки и большая бутылка водки.
– Итак, – начинает “моя напарница”. – Если делали что-то из того, о чем я скажу, – пьете.
– Да знаем мы, – тянет толстяк.
– Окей. – Блондинка прикусывает губы и внимательно смотрит на меня: – Я никогда не ходила на свидание с парнем из Тиндера.
Майло и еще несколько человек осушают по стопке.
Мои свидания всегда заканчивались там, где и начинались, – на вечеринке.
Ники – исключение. С ней мы дошли до моей комнаты в общаге.
– Я никогда не врал родителям, – бросает приятель.
Пью.
Я врал. Особенно о личной жизни.
Мама все время ждет, когда я приеду на ужин со своей девушкой. Специально для нее я завел воображаемую подружку по имени – Элис.
Я выдумал ее, чтобы родителям было чем похвастаться перед друзьями.
На фоне успехов брата я мог порадовать маму только тем, чего нет у него. 
– Я никогда не завидовала своей сестре. В вашем случае – просто родственнику, – продолжает брюнетка.
Удар под дых.
Я сглатываю и не пью, потому что не могу при всех признать очевидное.
– Бро! Твоя очередь! –  вскрикивает Майло.
Все уставляются на меня, ожидая услышать что-то банальное, вроде: “Я никогда не целовался с обезьяной”. Но Линдси с таким вызовом сканирует меня, а вопросы, как назло, попадают в яблочко, что мне хочется отомстить.
Сразу всем.
– Я никогда не спал с девчонкой в туалете ее дома.
Пусть гадают: что я имею в виду.
Большинство просто пьет, Майло стучит кулаком по полу, понимая, что я вру. Линдси недовольно поднимает стопку, а за спиной появляется та самая толстуха Кейт и орет: “Полиция!”.
Кто-то снова врубает музыку, наша “дружная” компания рассыпается по комнате, и вдруг в кармане моих джинсов раздается сигнал звонка.
Коул? Какого хрена ему нужно в час ночи?
Принимаю вызов.
– Слушай, я на вечеринке. Если не срочно – перезвоню утром.
– Джи, – металлическим голосом произносит брат. – Я вляпался. Нужна твоя помощь. Это вопрос жизни и смерти.
Встаю и иду к выходу, не обращая внимания на вопросы Майло.
– Что случилось?
– Не по телефону. Приезжай. Прямо сейчас. И никому не говори, куда ты едешь.
Вздыхаю.
– Ладно. Минут через двадцать буду.
– Спасибо, брат.
Черт! Какие у него могут быть проблемы? Клюшка сломалась или сдохли коньки?
Вот мне сейчас действительно хреново.
Я пьяный стою во дворе чужого дома и еле сдерживаюсь, чтобы меня не вывернуло прямо на газон.
Неужели это не подождет до утра?
Или обеда…
А лучше – вечера?

Продолжение на сайте Литнет и Литрес