История древнейших предков казачьего народа-60

ИСТОРИЯ ДРЕВНЕЙШИХ ПРЕДКОВ КАЗАЧЬЕГО НАРОДА
Учебное пособие для казачьих школы, семьи и общины

Занятие 60. Черноклобуцкий Союз перед нашествием татаро-монголов

 Прошли десятки лет, но черкасы по своим нравам и привычкам, обычаям и порядкам всё никак не «ославянивались». В 1160-х годах они – всё те же кочевники, которым ничего не стоило подняться в один час и перекочевать со своими семьями и стадами куда угодно. Если на них и оказывала влияние культура славянского населения, если черноклобуцкие князья и знать черкасская усваивали себе нравы и обычаи русских, то всё-таки они оставались кочевниками, степняками. Сами черноклобуцкие князья, более других ославянившиеся, при первом неудовольствии готовы были наделать Руси всяких хлопот. Поэтому русские князья льстили чёрным клобукам и заискивали перед ними.
Когда нужно было поразить врагов неожиданностью, застать их врасплох, тогда чёрные клобуки были незаменимы. Но этнические сарматы не только стали своего рода «закваской» и основой днепровского казачества, но и привнесли немало своей генетической составляющей в господствующий на Киевской Руси княжеский род Рюриковичей. Так, под 1175 годом летопись сообщает об убийстве великого князя Андрея Боголюбского. Летопись говорит, что у Андрея Боголюбского после смерти первой жены, происходившей из рода Кучковых, была вторая жена из ясов. И что его убийство было совершено по наущению бояр Кучковичей, родственников первой жены, с участием его последней жены, которая «бе-бо болгарка родом». То есть «ясыня» происходила, по всей вероятности, из страны донских ясов. А в числе убийц упоминается княжеский ключник ясин Амбал или Анбал, что по-сарматски означает «товарищ». Вместе с любимцем князя ключником Амбалом жена-ясыня участвовала в убийстве своего супруга, за что и была утоплена в озере Клещина князем Всеволодом, а Амбал был повешен. Некоторые исследователи полагают, что сын Андрея Боголюбского, Юрий, был рождён от жены-ясыни. Это обстоятельство послужило якобы причиной его изгнания после убийства Андрея Боголюбского.
В 1185 году Святослав и Рюрик послали воеводой к чёрным клобукам для походов на кыпчаков боярина Романа Нездиловича. Вожди чёрных клобуков подчинялись непосредственно князю того княжества, в котором они пребывали в качестве федератов. Поэтому в том же 1185 году, собираясь в поход против Кончака, князь Новгород-Северский Игорь обратился за помощью к своему сюзерену – черниговскому князю, чтобы тот дал ему «ковуев черниговских». Сам же, своей властью Игорь не мог призвать их в своё войско.
В 1187 году черкасы двинулись с князьями к Татинскому броду на Днепре. Спустя несколько времени Святослав и Рюрик послали чёрных клобуков на кыпчакские вежи за Днепр под начальством Романа Нездиловича, и, согласно летописям, «экспедиция удалась, ибо чёрные клобуки заранее проведали, что кыпчаки ушли на Дунай». Хотя удачность этой экспедиции – под большим вопросом, поскольку, по другим сведениям, предупреждённые своими родственниками-черкасами, кыпчаки просто ушли с мест своего прежнего кочевания, ничего не оставив на поживу пришедшим сюда войскам киевского князя. И, фактически, этот поход был сорван.
О черноклобуцких князьях в летописи сведения почти не сохранились. Мало того, летописец вообще предпочитает не называть имён черноклобуцких воинов. Исключения единичны: это три берендея – Тудор Сатмазович, Каракоз Мнюзович, Карас Кокай, а затем Бастий, Кульдюрей, Чурнай и Кунтувдей. О последнем, названном определённо «торческим князем», в летописи сохранились наибольшие сведения. Кунтувдей был фигурой легендарной, сродни казацким вождям более позднего времени.
В 1188 году чёрные клобуки добиваются желанной цели: в столице Поросья Торческе утверждается не назначенный со стороны представитель киевского князя, а их соплеменник – князь Кунтувдей. Но уже в 1190 году великий князь Святослав Всеволодович лишает его торческого стола. И, мало того, бывшего торческого князя киевский великий князь по ложному навету посадил в «погреб». Соправитель Святослава Рюрик отпустил Кунтувдея, поскольку, мол, это «муж дерз и надобен Руси». Но после случившегося оскорблённый Кунтувдей ушёл в степь к кыпчакскому хану Тоглы, с которым стал мстить, совершая набеги на русские города. Летописец написал: «Половцы же обрадовашася ему и почаша с ним думати, куда бы им выехати в Рускую землю» (Полное Собрание Русских Летописей).
Первый поход Кунтувдея с кыпчаками был направлен на поросский городок Чурнаев, который был взят и сожжён, а две жены Чурная и челядь его были взяты в плен, затем «кунтувдеевцы» направились к Боровому, но, узнав, что в Торческе сидит сын освободившего Кунтувдея из погреба Рюрика – Ростислав, – повернули в степь. Судя по направленности этого похода, от которого фактически пострадал только Чурнай, можно думать, что именно этот князь, или «лепший муж», оклеветал Кунтувдея и из-за него началась ссора великого князя с его федератом.
Зимой хан Тоглы (Итогды) с Акушем и Кунтувдеем вновь обрушились на Поросье. Кыпчаки (с Тоглы во главе) неожиданно от пойманного «языка» узнали, что Святослав с войском стоит у городка Кульдеюреева, и бросились в паническое бегство, а кыпчаки, шедшие с Кунтувдеем, дошли до Товарого, но также вынуждены были отступить, причём лёд на реке Роси проломился и из-за этого многие погибли и попали в плен, но «Кунтувдей утече», – заключает летописец.
В 90-е годы XII века князем-предводителем над чёрными клобуками был поставлен сын Рюрика Ростислав. Матерью Ростислава была кыпчанка – дочь хана Беглюка, взятая Рюриком в 1163 году, поэтому понятна склонность этого князя к жизни в Поросье, в быту населения которого сохранялись кочевнические традиции. Ростислав уже твёрдо осел в Поросье и его постоянным местожительством стал Торческ.
В 1192 году всё лето киевские князья простояли с войсками у Канева, сторожа свои земли от нашествия кыпчаков и Кунтувдея. Кунтувдей не давал возможности передохнуть ни одного месяца. В 1193 году торческий князь Ростислав вместе чёрными клобуками одержал победу над Кунтувдеем, но мятежный вождь и не подумал прекращать борьбу. Поэтому зимой этого года Рюрик послал за Кунтувдеем послов к кыпчакам. Хан Кунтувдей по приглашению Рюрика пришёл с большой кыпчакской свитой, но дипломатичный Рюрик не позволил себе разгневаться за недоверие к его слову. Он «половце одарив дары многими […] и отпусти их восвояси, а Кунтувдея остави у себе» (Полное Собрание Русских Летописей). И для примирения Кунтувдей получил в управление поросский город Дверен. На этом закончился конфликт.
Рассказ этот интересен тем, что в нём неоднократно указывалось не только на существование городков, но и на принадлежность их определённым лицам: Кульдюрею, Чурнаю, наконец, герою повествования Кунтувдею, получившему во владение прекрасную крепость. Таким образом, очевидно, богатые черноклобуцкие аристократы предпочитали уже селиться в «городках», – по-видимому, своеобразных феодальных замках, которые, судя по Чурнаю, занимала одна семья (аил) данного хана или «лепшего мужа». Из этого рассказа летописи мы видим, что у чёрных клобуков прослеживается ясно выраженная социальная иерархия, совпадающая в их военизированном обществе с иерархией военной.
Постоянно возраставшую тенденцию на суверенитет Союза Чёрных Клобуков мы можем видеть в отказе чёрных клобуков в 1192 году идти на кыпчаков по приказу киевского князя.
Мотив отказа был обусловлен тем, что в кыпчакской орде, на которую готовился поход, у чёрных клобуков были родственники – «сваты». То есть, чёрные клобуки брали себе жён из кыпчакских кочевий. Археологические данные подтверждают это смешение: среди раскопанных в Поросье печенежских могил встречаются женские погребения, принадлежащие кыпчанкам. Но кроме того, попадаются там и мужские погребения, совершённые с целой тушей коня (около 15%), и, следовательно, принадлежавших мужчинам-кыпчакам, влившимся в Черноклобуцкий Союз.
В конце XII века давление кыпчаков на Киевскую Русь ослабело и с ними вполне справлялись чёрные клобуки, размещённые в городах и крепостях Поросья. О важном значении в Киевском государстве чёрных клобуков знали все соседи Киевской Руси. В мирное время князья других княжеств старались расположить к себе черкасов подарками и угощеньями. Так, в 1195 году Давид, князь Смоленский, будучи в гостях у князя Рюрика в Киеве, позвал к себе на обед чёрных клобуков «и ту попишася у него вси чёрнии клобуци, и одарив их дарьми многими и отпусти их», – записал летописец. Так Черноклобуцкий Союз благополучно, при возрастающем своём влиянии и постоянно укрепляя свою государственность, прожил вплоть до татаро-монгольского нашествия 1240 года.


Рецензии