История древнейших предков казачьего народа-70

ИСТОРИЯ ДРЕВНЕЙШИХ ПРЕДКОВ КАЗАЧЬЕГО НАРОДА
Учебное пособие для казачьих школы, семьи и общины

Занятие 70. Куликовская битва

 Чтобы смирить московского князя, на много лет задолжавшего с выплатой дани, Мамай в 1377 году послал к границам Московского княжества значительный отряд под начальством одного из военачальников Мамаевой Орды Араб-шаха (в русских летописях царевич Арапша). Кстати, у Татищева находим такие строки: «Имя Москвы-реки сарматским языком – болотная». Во время состоявшегося сражения московский царевич Иван утонул в реке Пияве, войска Москвы потерпели поражение, татары заняли и разгромили Нижний Новгород.
В 1378 году Мамай с целью поторопить с выплатой дани выслал против Москвы более сильный отряд и он захватил Нижний Новгород и Рязань и произвёл в них разрушения. Но на этот раз московский князь Дмитрий выступил против этого отряда и разбил его. Бой на реке Воже поставил Москву в положение открытой войны с Мамаевой Ордой.
Мамай начал вновь готовиться к походу на Москву. По сообщению моего друга, писателя и донского казака Евгения Васильевича Косова, советники Мамая говорили ему: «Орда твоя оскудела, сила твоя изнемогла; но у тебя много богатства, пошли нанять генуэзцев, черкасов, ясов и другие народы». Тот так и сделал. В 1380 году Мамай начал поход на Русь с намерением не только усмирить усилившуюся Москву, но и заменить её на Тверь в качестве главного сборщика дани для Улуса Джучи. Московский князь также стал собирать войска по русским княжествам и готовиться к отражению татар Мамая.
Представляется, что требования Мамая военного участия к казакам, будучи «нелегитимным» правителем, и его борьба с Чингизидом ханом Тохтамышем могла сыграть роль последней капли, переполнившей чашу терпения донских казаков. И это стало причиной события, которое в Москве сочли за чудо: к московскому князю явились войска донских казаков. Они в предстоящей войне Мамая с Москвой предложили помощь Москве. И русские княжества, собрав рати, выступили вместе с пришедшими казаками против Мамая. В то же время, ясы и черкасы в русских летописях названы в качестве наёмников хана Мамая во время знаменитого сражения: «Прииде ординскии князь со единомысленики своими князи ординскими и со всею силою татарьскою и половецкою, и ещё к тому рати понаимовал: безсермены, фрязы, черкасы и ясы, буртасы…».
Подонские азы (асы) во время владычества печенегов и «кыпчаков-татар» в степной полосе (1100-1380 годы), то есть на протяжении около 300 лет, были оторваны от этнокультурных контактов с родственными им черкасами Поднепровья, хотя тут, в силу активности обеих этнических подгрупп, контакты не были прерваны слишком радикально. Но, всё же, разные группы черкасов во времена Мамая оказались, как говорится, по разные стороны баррикад. Очевидно, что единства в черкасах этого периода не было и каждое сообщество руководствовалось не родственными соображениями, а религиозными или материальными.
Мамай шёл не спеша, поджидая своего союзника литовского князя Ягайла и уничтожая всё на своём пути. Всё восточное Подонье им было разорено. После мамаевского погрома многие казаки покинули свои старые жилища.
К 5 сентября войска московского князя и его союзников подошли к устью реки Непрядвы. Боевое расположение войск было поручено произвести казачьему предводителю Боброку. В Зелёной Роще был поставлен «засадный полк» под начальством предводителя старшего у черкасов воеводы Боброка, пришедшего из Волыни. Кстати, потомки Боброка в последующие столетия проживали среди донских казаков.
Битва, оставшаяся в истории как Куликовская, произошла 8 сентября 1380 года. Войска русских княжеств одержали победу над войском Мамая, при этом потеряв в сражении бо;льшую часть своих князей, воевод и воинов. Мухаммед-Булак оставался номинальным ханом самопровозглашённой Мамаевой Орды вплоть до 1380 года и также погиб в Куликовской битве. После неё оставшиеся в живых русские воины возвратилась в свои княжества, а войска литовских князей и казачьи отряды ушли в свои пределы.
В сражении на Куликовом поле с обеих сторон сражались казаки. Но победа над татарами нисколько не изменила ни положения Москвы, ни казаков в отношении татар, они были настолько обессилены, что для дальнейших сражений у них не было сил. Для оставшегося на месте населения Дона хан Тохтамыш был ничуть не лучше Мамая. В отместку за участие казаков в Куликовской битве их городки по Среднему Дону подверглись неоднократным разгромам татар, а их население было вынуждено искать спасения, эмигрируя на восточные и северные окраины Руси.
В частности, в 1380 году в Новгороде появляется новая партия эмигрантов из Улуса Джучи, которая поселилась в Бежицкой пятине вместе с ранее поселившимися здесь готаланами и получившая вместе с ними общее наименование гофейских (иначе готских) казаков. Это были участники Куликовской битвы, понимавшие, что возврата домой им нет. В писцовых книгах древних новгородских погостов мы находим упоминания о «конных гофейских казаках». Раскопки древненовгородских могил, а также присутствие в говоре новгородских областей многих слов и выражений, свойственных Подонью и Поднепровью, ясно говорят, что в население древнего Новгорода волею судьбы внедрился элемент с берегов Чёрного и Азовского морей и впоследствии вполне ассимилировался с тамошними жителями.
А Мамай, хотя и потерпел поражение и бежал, но, быстро восстановив силы, направился против сидевшего на троне Улуса Джучи хана Тохтамыша. В октябре или же в ноябре оба войска встретились. Должна была произойти битва, но случилось непредвиденное для Мамая: почти всё его войско перешло на сторону Тохтамыша и столкновения не произошло. Мамай бежал в Кафу (ныне Феодосия), где впоследствии был убит. В итоге Тохтамыш стал единым правителем Улуса Джучи.
Совершив новый поход и разбив в 1382 году московского князя, разграбив Москву и заставив князя возобновить выплату дани, Тохтамыш стал вызывающе держать себя в отношении даже своего покровителя Тамерлана.
Жизнь донских казаков в это время была полна горестей и полной неопределённости будущего. Диакон Игнатий, спутник митрополита Пимена, ехавшего весной 1389 года рекой Доном в Царьград (Константинополь) от самого его верховья до Азака, в записках своих говорил, что на своём пути они видели только развалины городков и то большею частью в верховьях Дона; всё же остальное пространство «была пустыня зело, не бяше тамо ни града, ни села, только зверей велие множество». Подонье представляло сплошную пустыню, покрытую могилами её рыцарей.
Мелкие владетельные ханы распадавшегося Улуса Джучи, вышедшие из подчинения центральной власти, представляли постоянную угрозу для соседей. В начавшемся развале менялись условия быта донских казаков. Остававшиеся на месте, рассеянные на значительном пространстве, они были разбросаны по городам и торговым портам для их охраны. По примеру днепровских казаков, они охотно могли бы перейти под власть сильного князя с приемлемой для них политикой. Поэтому донцы сочувствовали литовскому князю не только в его борьбе против Москвы, но и вплоть до полного её поглощения Литвой. Но бросать свою землю, насиженные места, свой Богом данный Присуд, уходить в эмиграцию наиболее упорные из них не хотели...


Рецензии