Про Хомяков

Я — кот Васька. Большой, пушистый, с умными голубыми глазами и хвостом, которым я люблю тихонько подметать пол, когда крадусь по дому. У меня есть две самые любимые хозяйки на свете — Стасичка и Анечка. Они меня гладят, дают вкусную курочку и ещё всегда шепчут: «Вась, ты у нас самый лучший!» А ещё у них живут хомячки — Бусинка и Юня. Я за ними наблюдаю. Не потому что хочу их напугать — нет, я же добрый кот! Просто мне интересно, какие они, эти маленькие шуршащие существа.
Бусинка — золотисто рыжая, с тёмными полосками на щёчках и светлым брюшком. Такая аккуратная, будто её специально причесали. А Юня — совсем другая: у нее длинная белая шерсть, и она выглядит как крошечное пушистое облачко. И оба такие маленькие: длиной всего сантиметров пятнадцать, а хвостики у них почти не видно — прячутся в густой шерсти. На передних лапках у них по четыре пальчика, а на задних — по пять. Я это заметил, когда они бежали по клетке: лапки мелькали, будто крошечные веера.
Днём хомячки почти всё время спят. Свернутся клубочком, нос спрячут — и тишина. Я тихонько сажусь рядом, смотрю на них и думаю: «Вот бы мне так спать, чтобы никто не дёргал!» Но к вечеру они просыпаются. И тут начинается настоящее волшебство.
Особенно меня восхищает, как они делают запасы. У них такие защёчные мешки, что туда влезает еды чуть ли не размером с их собственную голову! Бусинка аккуратно набирает зёрнышки, несёт их в свой домик и там раскладывает. А потом ещё и сортирует: что-то откладывает в одну кучку, что-то в другую, а испорченное вообще выбрасывает. «Ну прямо как хозяйка на кухне!» — думаю я. Юня тоже старается, только у нее всё получается немного неуклюже: то зёрнышко мимо упадёт, то она сама в опилки носом ткнётся. Но старается!
Однажды я увидел, как Стасичка хотела посадить их в одну клетку — думала, им будет веселее вдвоём. А я сразу понял: не надо. Я ведь знаю, что сирийские хомяки — одиночки. В природе у каждого своя нора, и встречаются они только по особым случаям. Так и тут: стоило их вместе посадить, как сразу начались разборки. Бусинка фыркала, Юня топорщил шерсть… В общем, быстро стало ясно, что лучше каждому жить в своём домике. Анечка всё поняла, рассмеялась и сказала: «Ладно, пусть будут соседями, но не соседями по комнате!» И поставила клетки рядышком, чтобы они могли друг на друга поглядывать, но не драться.
Ещё я заметил, что они очень любят своих хозяек. Когда Анечка подходит к клетке и тихо зовёт: «Бусинка, иди сюда!» — та сразу бежит, узнаёт голос. А Юня тянется к Стасичке, берёт зёрнышко прямо с ладони. Они ведь быстро привыкают к запаху и голосу, вот и доверяют.
А однажды случилась беда. Анечка случайно дала Юне кусочек шоколада — думала, это лакомство. Но я сразу напрягся: я хоть и кот, а знаю, что хомякам такое нельзя. И правда: Юня съела, посидела немножко, а потом стала вялой, села в уголке и дрожала. Я даже замурчал громче обычного, будто хотел сказать: «Эй, люди, тут что-то не так!» Хозяйки сразу всё поняли, убрали шоколад, дали ей воды и привычной зерновой смеси. И потихоньку Юня пришла в себя. С тех пор все в доме знают: хомякам — только своё, проверенное. Никаких цитрусовых, семечек подсолнечника, орехов, масла, сала, капусты, йогурта, кефира, шоколада и прочей ерунды.
Теперь я сижу рядом, наблюдаю и радуюсь. Вечером Бусинка бегает в колесе так быстро, что кажется, будто она летит. Юня шуршит опилками, устраивает себе уютное гнездо. А я думаю: как здорово, что мы все тут живём вместе. Стасичка и Анечка заботятся о каждом, и у всех есть своё место, своя радость и своя маленькая жизнь.
Я тихо мурлычу, смотрю на них и понимаю: счастье — это когда рядом те, кого ты любишь, и когда ты знаешь, что о них надо заботиться. И пусть я большой кот, а они — крошечные хомячки, мы все одна семья. И это самое главное.