Глава 7. Dancing Queen
Как-то неожиданно для себя он уделался вдрабадан, хотя уже давно перестал такое практиковать - психомашина такие потребности закрывала гораздо лучше. В какой-то момент он даже почувствовал, что ему приходится дышать с усилием. Ну и делища.
И тут уловил сигнал входящего от одного из своих контактов. Писал знакомый из "Феникса-Прометея", говорил, что у них какой-то особо сложный случай и просил консультации.
Шпруц лениво зевнул. Нет, конечно, противопохмельные в наши дни просто блестящие, дело своё делают в течение семи минут, главное при этом недалеко от тубзика находиться. Но тратить утро на скучные разбирательства в лаборатории так не хотелось.
Нет, лучше с этим не филонить. С лаборантами "Феникса" надо хорошие отношения поддерживать. Недели через три новая модель чудо-креслица выйдет - как же иначе он её достанет.
Памятуя о том, что в лабе царят идиотские правила, Шпруц по этому случаю даже костюм надел. Не слишком официальный, но делающий его достаточно похожим на офисную крысу.
Через два часа он, заспанный, недовольный, но в хорошем костюме стоял рядом со своим знакомым перед зеркалом Гезелла. По ту сторону зеркала в психомашине распласталась потрёпанная на вид баба, ни к чему не проявлявшая интереса.
- Первый раз такое вижу, - недоумённо пожимал плечами Вюрстхен. - Вот смотри. Запускаю стандартный тест.
По лицу бабы в кресле прошла судорога - вкачали стимулятор, чтобы она в двадцать второй раз за три дня физически смогла пройти тест.
- И сейчас она его завалит, - ничего не выражающим голосом продолжил Вюрстхен.
Прошло десять минут, и действительно, машина отправила на панель стандартный негативный результат.
- И? - недовольно переспросил Шпруц.
- Теперь запускаю детализацию, - продолжил Вюрстхен с выражением пилота батискафа.
Ещё одна мучительная судорога, ещё пять минут тихой, точной и безжалостной работы машины.
- Видишь? Никаких подробностей. Кто её отправил, зачем - ничего. Чё за фигня? Если бы её какие-нибудь умельцы крякнули, то на случай провала теста намного логичнее было бы зашить в неё капсулу с цианидом. А заваливает она его "на пятёрку", извини за каламбур. Ты никогда похожего не видел?
- Не-а.
- И ничем подмогнуть не сможешь?
- Да где уж нам, - ещё раз зевнул Шпруц. - Это вы у нас впереди планеты всей. Я бы её просто вальнул, - лениво добавил он после секундного размышления.
- А смысл, - пожал плечами Вюрстхен. - Вальнуть всегда успеется. Заказчика надо узнать. С поганой овцы хоть шерсти клок.
Баба в это время валялась в кресле, тупо уставившись в свою сторону зеркала. Даже если бы у неё было настроение изображать припадки бесноватости в мэнсоновском стиле, на Шпруца это впечатление не произвело бы. Всё это он уже не раз наблюдал.
Просто безжизненный взгляд в одну точку.
- Ладно, братан, я пошёл, - ещё один широкий зевок. - Прости уж, не знаток я, что с такими овцами делать.
***
Шпруц начал чувствовать, что общение с его новыми учителями стало ему необходимо, как утренний душ. Как чашка чая для даоса. Как подзарядка для электрокота.
Перед тем, как запустить тур с отцом, он действительно тщательно помылся. Задумался, может быть, стоит завести для этих случаев специальную одежду, более простую и благородную. Подумал, не воспользоваться ли одеколоном, но решил, что это как раз лишнее. В тур надо входить простым, как дитя.
Загорелись золотые буквы, которые он с благоговением перечёл. Его уже не терзали напоминаниями о прошлом. Просто всё вокруг стало заполняться светом. На небе сиял огненный шар, наполнявший Шпруца мощью. Вот сейчас появится благородная каменная комната, а в ней - лучший человек на земле.
Огненный шар пару раз моргнул. Как лампочка. Шпруц тоже от удивления моргнул. Неужели разрабы не всё вылизали до идеала? Что-то на небе сухо треснуло, и шар стал потухать, будто ему забыли подлить топлива.
Шпруц присвистнул.
Глаза стали привыкать к темноте. Он вдруг понял, что по колено стоит в воде. Вроде бы в тёплой и чистой... только откуда здесь может быть вода? Ещё чуть поодаль стали видны пушистые камыши.
Что-то сверху стало резать глаз. Шпруц вскинул голову. На небе была яркая круглая луна.
Шпруц недовольно подумал, что надо выйти и отправить жалобу на то, что тур сломался, как вдруг услышал хихиканье. Он оглянулся по сторонам. Хихиканье доносилось с чёрного неба.
"Демоны", - на Шпруца вдруг нахлынуло суеверие. - "Это испытание. Я должен доказать, как я твёрд и непо... непокобелим... непоко... непоколебим!"
С неба продолжало доноситься заливистое хихиканье.
- Да иди ты н***р! - рявкнул Шпруц, пригрозив луне кулаком.
И тут со всех сторон грянула музыка.
Какая-то допотопная диско-песня, Шпруц что-то такое у антикваров слышал. Луна начала вращаться, и через несколько оборотов превратилась в переливающийся цветами диско-шар.
Friday night and the lights are low...
На левое плечо Шпруцу прыгнула лягушка и стала квакать ему в ухо. По-своему, по-лягушечьи, но при этом попадая в такт песни.
Looking out for the place to go...
На правое вскочила другая лягуха и стала делать то же самое. Шпруц с омерзением дёрнулся, сбрасывая с себя лягух. Устроили тут дабл пенетрейшн.
Он стал лихорадочно искать настройки экстренного выхода - за все годы катания на этой машинке он ими воспользовался только два раза, во всех остальных случаях предпочитая, несмотря ни на что, идти до конца.
Разноцветный диско-шар в небе крутился со скоростью мяча на пальце Леброна Джеймса, и около сотни лягух, взявших Шпруца в окружение, надрывно квакали в такт словам:
You are the Dancing Queen,
Young and sweet,
Only seventeen, o-o-oh yeah!..
Наконец он вспомнил, как разорвать связь, и строевой хор лягушек умолк.
Шпруц лежал в кресле бледный. Сейчас отдышится и тут же отправит жалобу.
А может быть - набухиваться вчера не стоило.
***
Чтобы отойти от пережитого, Шпруц решил проветриться. А тут и старый приятель на связь вышел - Фишер. Договорились пересечься в ресторане. Хоть пожрать удастся нормально.
Шпруц заказал себе сашими из деликатесных яичек, Фишер взял удон с устричным соусом.
Ненапряжный разговор, как всегда, пошёл ни о чём, хотя Шпруца нервозно распирало. Стул был удобным, но он на нём то и дело вертелся, а палочки один раз выпали из рук на деликатесные яички.
Вдруг через два стола мелькнуло знакомое лицо. Тот самый парень, с которым он договаривался насчёт первого тура в клубе. Парень легко улыбнулся и помахал, Шпруц напряжённо кивнул.
Фишер взглядом перехватил их обмен любезностями и спокойно, пережёвывая лапшу, заметил:
- Так ты теперь тоже у них?
- А ты... а ты знаешь?
Собственно, чего бы удивляться. Фишер тоже дрейфовал недалеко от тусовки.
- Ага, заходил к ним пару лет назад, - подтвердил он с набитым ртом.
- Ну и... и чё?
- Ну чё-чё. Мне тогда транки выписали. Скучно было дома. Тут эти нарисовались. А мне под этим делом хоть в зад, хоть в перед. Ну пошёл я к ним. Поставили меня на этот их ковёр, дядька их забубнил. И тут я из-за этого их грёбаного ковра начал чихать. Чихаю раз - тишина. Чихаю второй - посмеялись, пожелали здоровья. Чихаю третий. Дядька на меня покосился. Ну а я-то что могу сделать? Кто их заставлял этот дебильный ковёр заводить? Дядька бубнит, а я в аккомпанемент чихаю. Дядька стал сердито кряхтеть, а я что могу сделать? Чувствую, щас опять чихну. Зажал себе нос, рот, лицо в жар бросило, наверное, весь красный был. Ну и, короче, так напрягся... что пукнул слегка. Тут ко мне кто-то тихо подошёл, за руку меня из зала вывели. Сказали возвращаться, когда лучше себя чувствовать буду. А потом я уж как-то и забыл про них. А штука эта в руке, сам знаешь, если не используется, то потом растворяется.
Фишер с шумом втянул в себя лапшу, оставив на щеке след из устричного соуса.
Шпруц поперхнулся яичками.
Свидетельство о публикации №226102801534