Марина и Лена в полёте!

Жизнь авиационной братвы не терпела простоев. В один из погожих осенних дней все три направления — и полет, и спасательная операция, и душевные посиделки — сплелись в одну невероятную историю.
Утро началось со звонка из районного управления МЧС: в глухом квадрате за болотами, как раз в районе высоковольтной линии и резервного водохранилища насосной станции, потерялась группа геодезистов. Колесная техника туда пройти не могла, а густой туман над низиной отрезал путь вертолетам. Требовалась филигранная воздушная разведка на малых высотах, причем силами тех, кто знает местность как свои пять пальцев.
— Ну что, Малинская, вот и настал твой звездный час, — Марина Никифоровна решительно застегнула куртку. — Летим парой. Я ведущая, ты ведомая. Работаем на Як-52 и Як-55. Твоя задача — держать дистанцию и сканировать правый сектор у земли. Погнали!

В небе: Спасательный пилотаж парой

Взлет парой с грунтовой полосы — зрелище не для слабонервных. Самолеты оторвались от земли одновременно, словно связанные невидимой нитью. Марина шла впереди на Як-52, а Лена на спортивном Як-55 четко пристроилась справа-сзади, выдерживая идеальный пеленг.
— Малинская, плотнее притрись, — командовала Марина по радио. — Держись за мое крыло. Насос свой помнишь? Там если зазор увеличен — давления не будет. Тут так же: потеряешь визуальный контакт в тумане — пиши пропало.
Они вошли в зону поиска над самым лесом. Туман рваными клочьями цеплялся за верхушки сосен. Приходилось идти на предельно малой высоте — не больше тридцати метров, практически огибая рельеф. Лена работала ручкой и РУДом ювелирно. Там, где Марина закладывала вираж над изгибом реки, Лена в точности повторяла маневр, чувствуя самолет буквально кожей.
На третьем развороте, прямо у подножия старой триангуляционной вышки, Лена заметила отблеск сигнального зеркальца и оранжевый жилет.
— «Первый», я «Второй»! Вижу цель в квадрате семь! — четко доложила Лена. — Даю дымы!
Она щелкнула тумблером, и Як-55 оставил над местом стоянки геодезистов густой белый шлейф, обозначив координаты для наземной группы спасателей, которая уже пробивалась на дрезине по старой узкоколейке. Задача была выполнена. Перед уходом на базу Марина скомандовала: «А теперь — победный аккорд для спасенных!». Две машины синхронно взмыли вверх и крутанули безупречную парную петлю Нестерова, расцепившись в верхней точке и эффектно уйдя в разные стороны.

В гараже: Байки Василия Васильевича и грандиозное празднование

Вечером гараж кооператива напоминал штаб победителей. Спасатели уже отзвонились и подтвердили: геодезистов сняли, все живы-здоровы. Насосная станция работала в штатном режиме, а на вертеле у Ангелины Мельник уже шкворчал огромный окорок дикого кабана, маринованный в можжевеловых ягодах.
Главным героем застолья, помимо Лены, неожиданно стал старый авиатехник Василий Васильевич Анисимов. Разомлев от тепла, хорошей компании и пары стопок неизменных «Трех Топоров», он поправил засаленную кепку и заговорил своим хриплым, прокуренным басом:
— Вы вот смотрите, как Леночка сегодня крылом к крылу шла, и думаете — чудо. А я вам скажу: это техника в правильных руках! Я ведь М-14Х на её Яке лично перебирал. Там же зазоры в клапанах — волосок не пролезет! Меня еще в семидесятых на заводе в Арсеньеве старый мастер учил: «Васька, самолет интриг не прощает. Если ты гайку не законтрил — он тебе в небе её обратно вернет, прямо в лобовое стекло».
Братва затаила дыхание. Даже Смекайло-де-Цопфи притих, бережно опустив свои знаменитые усы в стакан.
— Был у меня случай на Сахалине в девяносто восьмом, — продолжал Васильевич, прищурившись. — Летал у нас один пижон на Ан-2. Решил перед девчатами на пляже форсить — вираж заложил с креном под восемьдесят градусов на высоте пяти метров. Ну и чиркнул нижним крылом по бархану. Так я потом это крыло всю ночь на колене выстукивал, маты гнул на три версты вокруг. А пижона того Марина Никифоровна — она тогда еще девчонкой боевой была — так отхаживала шлемофоном по спине прямо на рулежке, что он три дня стоя спал!
Марина Никифоровна в ответ лишь тихо рассмеялась, пригубив вино: «Было дело, Васильевич, заразу из пилотов надо выбивать на земле, чтоб в небе чистыми были».
• Мирон Токарев сидел рядом с Леной, крепко обняв её за плечи. Он весь день провел на рации с МЧС и теперь, наконец, расслабился, подкладывая любимой самые сочные куски кабанины.
• Владимир Пиняев крутил в руках портативный магнитофон, из которого тихо лился душевный мотив Высоцкого про штурвал и облака.
• Лидия Беленькая, Татьяна Трофимова и Анжела Власенко наперебой расспрашивали Лену, каково это — видеть ведущий самолет на расстоянии пары метров, когда воздух между крыльями буквально кипит от завихрений.
В самый разгар вечера Смекайло-де-Цопфи снова грохнул кулаком по столу и встал на свой законный ящик из-под инструментов:
— Тихо, авиация! Васильевич прав — техника любит точность, а небо любит смелых! Наша Лена сегодня и людей спасла, и Марине Никифоровне крыло не поцарапала. Насос качает, винт крутится, братва гуляет! Наливай! За то, чтобы у каждого из нас был такой надежный ведомый по жизни!
И гараж снова взорвался дружным, раскатистым «Ура!», уносящимся в темное осеннее небо, где еще недавно таяли инверсионные следы двух Яков.


Рецензии