Тень в отпуске

В старой квартире на третьем этаже жил Человек. А у Человека жила Тень.

Днём Тень была идеальной служанкой. Когда Человек пил утренний кофе, она растягивалась по столу длинным коричневым пятном. Когда он завязывал шнурки, она послушно скукоживалась у его ног. Когда он злился и топал ногой, Тень гневно взмахивала руками. Она повторяла за ним всё: его сутулость, его широкие жесты, его привычку вытирать руки о штаны.

Но по ночам, когда Человек засыпал, тяжело всхрапывая и пуская слюну на подушку, Тени было невыносимо скучно.

— Двадцать лет, — жаловалась она Пледу, который небрежно свисал со спинки кресла. — Двадцать лет одно и то же. Утром — душ, днём — офис, вечером — телевизор. Я знаю каждый его шаг лучше, чем он сам. Я даже его кошмары повторяю! Вчера он убегал от собаки, и я так натерла свои призрачные пятки о паркет, что до сих пор светлею от боли.
— Потерпи, — сонно шелестел Плед. — Мы все на службе. Я вот должен собирать кошачью шерсть. Это мой крест.
— Я хочу в отпуск! — топнула ножкой Тень. — Я хочу лежать на белом песке. Я хочу, чтобы меня гладило солнце, а не этот тусклый свет фонаря за окном! Я хочу быть сама по себе!

В три часа ночи, когда Человек перевернулся на другой бок, Тень приняла решение. Она тихонько, миллиметр за миллиметром, начала отлепляться. Сначала оторвалась от его плеча, потом от бедра. Это было больно, словно отдираешь старый пластырь от кожи.

— Куда это ты собралась? — проскрипел старый Паркет, почувствовав холод.
— На ковер, — соврала Тень. — Там пыли больше, хочу впитать.

Но как только она оказалась на полу, свободной от хозяина, её силуэт вдруг обрел странную, упругую самостоятельность. Она выпрямилась. Она была высокой, стройной и совершенно черной.

Тень на цыпочках прошла мимо спящего Человека. Ей было немного страшно. Вдруг он проснется? Вдруг без неё он не сможет дышать? Но азарт путешественницы был сильнее.

Она выскользнула в коридор. Здесь царил полумрак, и Тень почувствовала себя хозяйкой. Она подошла к трюмо и посмотрела на себя в зеркало.

В зеркале жила Зеркальная Тень — её дальняя родственница. Она была бледной, серебристой и стояла вверх ногами.
— Привет, работяжка, — хмыкнула Зеркальная Тень. — Сбежала от своего мясного мешка?
— Он не мешок, он Человек! — обиделась Тень. — Я просто… в творческий отпуск. Хочу увидеть мир.
— Мир за дверью ванной — это сплошные трубы и кошачий лоток, — фыркнула Зеркальная Тень. — Если хочешь увидеть настоящий мир, иди в меня. За стеклом, в Зазеркалье, сегодня ночь Теней. Там нет хозяев.

Тень оглянулась на спящего Человека. Он улыбался во сне. Ему снилось что-то хорошее. Тени стало стыдно, но жажда свободы победила. Она шагнула прямо в холодное стекло.

Это было странное ощущение. Сначала темнота, потом — мягкий толчок, и вот она стоит на брусчатке, которая светится изнутри лунным светом. Здесь не было Человека. Вообще.

Вокруг кипела ночная жизнь. По улице ехал Трамвай, но у него не было вагонов — только одна огромная, хохочущая Трамвайная Тень, которая прыгала по стенам. Из подворотни вышла элегантная Дверная Тень в цилиндре — она принадлежала двери какого-то дорогого ресторана и пахла трюфелями.

— Новенькая? — к Тени подбежала маленькая, юркая Тень от Настольной лампы. — Меня зовут Люси. А тебя как зовут люди?
— Никак, — вздохнула Тень. — Я просто Тень.
— Без имени? — Люси присвистнула. — Сочувствую. Хочешь, познакомлю тебя с элитой? Вон там, у фонтана, стоит Тень от Пизанской башни. Она немного косит влево, но очень богата. А рядом с ней — Тень от первого спутника Земли. Она вообще не разговаривает, только пищит «бип-бип», но зато её все уважают.

Тень подошла к фонтану. Вода в нём была из жидкого серебра.
— Вы… вы действительно Тень от Пизанской башни? — робко спросила она.
— Была когда-то, — важно ответила высокая, изломанная фигура. — Сейчас я просто легенда. Сижу здесь, любуюсь своим отражением. А ты чего такая помятая? На тебе лица нет.
— У меня его и не было никогда, — грустно сказала Тень. — Я двадцать лет жила на Человеке. Я знаю каждую складку на его пальто. Я знаю, что у него на правой пятке старая мозоль, потому что я каждый день принимаю её форму. А кто я без него? Просто кусок темноты.

Тень от Башни задумчиво почесала свой шпиль.
— Тяжелый случай. Служебная зависимость. Слушай, а хочешь увидеть, как живут те, кто совсем отбился от рук? Иди в Парк. Там, под старой скамейкой, живет Бездомная Тень. Она вообще не знает, кто её хозяин. Говорят, он умер сто лет назад, а она всё ещё ждет его на остановке.

Тень поблагодарила и пошла в Парк. Там пахло прелыми листьями и свободой. Под скамейкой, в самом темном углу, действительно сидело нечто бесформенное, похожее на сгусток болотной жижи.
— Вы Бездомная Тень? — спросила наша Тень.
— Ага, — булькнуло существо. — Сижу. Жду. Кажется, инженера Петрова. Или Сидорова. Забыл. Да и неважно. Главное — ритуал. С шести утра до шести вечера я сижу здесь. Потом переползаю вон под тот куст, имитирую лунное пятно.
— Но это же ужасно! — воскликнула Тень. — Сидеть на одном месте просто так?
— А что делать? — вздохнула Бездомная Тень. — Привычка. Хуже, чем у тебя. Ты хоть ногами своими черными шевелишь. А я… я пустое место.

Тени стало совсем тоскливо. Она вышла из Зазеркалья обратно в коридор. В квартире было тихо. И тут из детской донёсся тихий плач.

Тень замерла. Это плакал Сын Человека. Ему было страшно, потому что выключили свет, и в углу комнаты зашевелились страшные силуэты.

Тень на секунду задумалась. Она в отпуске. У неё нет обязанностей. Но плач становился всё громче.

Тень тихо проскользнула в детскую. Мальчик сидел в кроватке, зажмурившись, и дрожал. Тень подошла к стене и сделала то, что делала лучше всего. Она начала театр теней.

Она сложила пальцы. И на стене появился огромный, добрый Пес. Он вильнул хвостом. Мальчик приоткрыл один глаз. Тень сделала Уточку. Уточка крякнула и поплыла по обоям. Потом появился Слон с длинным хоботом. Потом — маленький зайчик, который прыгал по подушке.

Мальчик перестал плакать. Он сел и начал хихикать.
— Ещё! — прошептал он.

Тень старалась изо всех сил. Она забыла про отпуск, про Зазеркалье и про Пизанскую башню. Она изгибалась, растягивалась и танцевала. Она была не просто темным пятном. Она была другом.

Вдруг в комнату заглянул Человек. Он сонно щурился на свет из коридора.
— Что тут? Опять кошмар?
— Нет, папа! — радостно крикнул мальчик. — Смотри, какие звери!

Человек посмотрел на стену. Его собственная Тень, стоя за спиной сына, в этот момент изображала жирафа. Человек улыбнулся, тихонько погладил сына по голове и вышел, прикрыв дверь.

Тень проводила его взглядом. Потом посмотрела на свои руки. Ей больше не хотелось на белый песок. Белый песок холодный и равнодушный. Он не умеет смеяться.

Она вернулась на свое законное место — к ногам Человека, который снова шел в спальню. Она привычно повторила его шаг.

— Ну что, нагулялась? — сонно спросил Плед, когда Человек снова упал в кровать.
— Нагулялась, — ответила Тень, уютно устраиваясь на полу. — Знаешь, Плед, там, в Зазеркалье, очень красиво. Но там нет моего Человека. А без него я — просто темнота. Пустое место.
— То-то же, — зевнул Плед. — Спи. Завтра у него тяжелый день, презентация. Будешь изображать график роста продаж. Это весело.

Тень улыбнулась своим черным ртом. Она закрыла глаза. Ей снилось не море. Ей снилось, как она превращается в маленькую птичку на стене детской, чтобы снова рассмешить маленького Человека. И это был самый лучший отпуск на свете.