Ограбление в музее
В этот момент у лифта остановилась другая женщина: стройные ноги в красных босоножках, короткая чёрная стрижка, красный берет, белая шёлковая блузка. Это была Николь, любовница Клода. Издалека её образ напоминал французский флаг. Она знала эту квартиру наизусть, поэтому, услышав из;за двери резкий, эмоциональный возглас, не стала звонить, а достала ключ.
Тихо сняв босоножки в прихожей, Николь достала из сумки травматический пистолет и, держа его за спиной, бесшумно прошла к спальне. Картина, которую она увидела, мгновенно разожгла в ней ревность: Клод выглядел изнеможённым, а Жужу, хоть и уставшая, излучала удовлетворение.
Не дожидаясь объяснений, Николь спокойно произнесла, приставив пистолет к виску Жужу:
— Ну что ж, подруга, оставь немного и мне.
Жужу резко обернулась, затем без сил рухнула на постель рядом с Клодом.
— Дорогая, ты как никогда кстати, — выдохнул Клод. — Она из меня все соки вытянула. Я уже думал, что не дождусь тебя.
Эти слова неожиданно остудили гнев Николь. Вместо ожидаемых оправданий «это не то, что ты подумала», она увидела в глазах Клода почти детскую радость от спасения. Жужу лежала молча, но в её взгляде читался извечный женский вопрос: «Кто это такая и что она себе позволяет?»
— Девочки, может, перейдём на кухню и выпьем кофе? — предложил Клод, пытаясь разрядить обстановку.
Николь поддержала идею:
— Прекрасная мысль.
Все трое переместились на кухню. Пока рассаживались, Николь привычно проверила чайник, достала чашки, сахар и кофе. Жужу наблюдала за ней, понимая по этой бытовой уверенности, что Николь здесь не в первый раз.
— Тебе как обычно? — спросила она у Клода.
— Да, дорогая, — ответил он, бросив короткий взгляд на Жужу, словно говоря: «Видишь, она знает здесь всё».
Николь повернулась к Жужу, чуть приподняв бровь:
— А вам сколько кофе и сахара?
— Мне, пожалуйста, ложку кофе и два куска сахара, — чуть виновато ответила Жужу.
— Не много ли сладкого в один день? — поддела её Николь.
— Представь себе, мне нужно восполнить потраченную энергию, — парировала Жужу.
Напряжение между ними нарастало, перерастая в словесную дуэль.
— А, собственно говоря, кто ты такая, чтобы позволять себе так разговаривать со мной? — не выдержала Жужу.
— Я? Я — любовница Клода, его девушка. Поняла? — холодно ответила Николь.
Клод попытался вмешаться:
— Девочки, давайте жить дружно.
— А ты вообще молчи! — в один голос прикрикнули на него обе женщины.
Пока они спорили, Клод решил не вмешиваться: ему не угрожали, не обвиняли в измене, и он хотел просто послушать, как эти две сильные женщины выясняют отношения. В какой;то степени ему даже льстило их соперничество.
Постепенно спор перешёл от личных претензий к работе в музее, а затем — к делу.
— Садитесь за стол, — деловито предложил Клод Николь, а Жужу попросил достать бумагу и ручку. Когда все приготовились слушать, он выложил свой план.
— Вот список картин, которые можно «переместить» под видом реставрации. Леонардо да Винчи, «Спаситель мира» — ориентировочная стоимость… Виллем де Кунинг, «Обмен» — 300 миллионов долларов. Поль Гоген, «Когда свадьба» — 210 миллионов. Поль Сезанн, «Игроки в карты» — 250 миллионов. В сумме — более миллиарда долларов.
Он сделал паузу, давая женщинам осознать масштаб.
— Если поделить честно, каждому достанется по 400 миллионов. Представьте, что это значит: больше никакой работы за полторы тысячи евро в месяц, никаких компромиссов.
Николь была в восторге, Жужу — скептична. Их эмоции снова столкнулись, но теперь уже из;за денег, а не из;за мужчины.
— Погодите, — наконец вмешался Клод, поднимая руки. — У нас есть чёткий план. Я беру на себя техническую часть: плановый ремонт и отключение сигнализации в рамках утверждённых инструкций. Если сигнализация не сработает, на главном пульте никто не узнает, что картины сняты. Значит, не будет и необходимости в государственной экспертизе на подлинность.
Он посмотрел на Жужу:
— Твоя задача — как главного бухгалтера и материально ответственного лица — подписать приёмку картин как подлинников.
Затем перевёл взгляд на Николь:
— А ты, как реставратор, обеспечишь маскировку и подготовку к передаче. Покупатель уже есть. Он хочет получить эти работы «легально», но дёшево, без аукционов и лишней огласки.
— И никто ничего не заметит? — недоверчиво спросила Жужу.
— Никто. Пока сам покупатель не решит заявить о себе. А он этого не сделает, — уверенно ответил Клод.
На кухне повисла тишина. Две соперницы, ещё минуту назад готовые вцепиться друг в друга, теперь смотрели на Клода с одинаковым выражением: смесь жадности, страха и азарта.
Свидетельство о публикации №226102802083