Охотники неба

Охотники неба жили среди деревьев. Их башни трудно было заметить, даже если пройти совсем рядом. Стены скрывал зелёный мох, крыши закрывали плотно переплетённые ветви деревьев, а вокруг росли кусты папоротника и высокая трава. На опушке возвышался огромный старый дуб. Казалось, он рос здесь сотни лет и давно привык к ветрам, снегам и грозам. Но внутри его ствола, за толстой деревянной дверью, скрывалась одна из башен.
В ней не было окон. Вместо них в стенах круглого зала были врезаны особенные кристаллы. Они светились тихим голубым светом и показывали землю с высоты соколиного полёта: леса, поля, дороги, реки, деревни и всё, что двигалось по ним.
Охотники редко разговаривали во время дежурства. Их задача была внимательно смотреть. С востока часто залетали стальные птицы. Их посылало соседнее племя. Никто из Охотников не ведал, зачем те посылают их снова и снова. У Охотников не было времени думать об этом. Им было достаточно знать другое, стальная птица несла с собой огонь и смерть.
В тот день дежурил Мирослав. Ему было двадцать семь лет отроду. Он сидел перед своим кристаллом, положив ладони на серебряные подлокотники, и всматривался в голубоватый свет. Рядом стоял Волемир. Он был старше Мирослава почти на сорок лет. Волосы его давно посеребрила зима, но плечи оставались широкими, а руки — сильными. Волемир спал мало и шутил, что сон только мешает старому человеку смотреть за небом.
— На востоке, — тихо сказал Мирослав.
Волемир подошёл к кристаллу. Высоко над лесом, почти у самой границы видимого, двигалась маленькая тёмная точка.
— Стальная, — сказал Волемир.
Они стали наблюдать. Птица летела с востока, то поднимаясь выше, то опускаясь. Потом повернула к реке и пошла над самой водой. Охотникам был знаком этот путь. Стальные птицы часто выбирали путь вдоль рек. Вода забирала часть силы кристалла, и изображение становилось мутным, расплывчатым. Тогда птица исчезала в голубой дымке на несколько долгих мгновений, а потом снова возникала, но уже совсем в другом месте.
Мирослав ждал. Наконец изображение прояснилось. Птица появилась из-за леса и стала кружить над деревней. Охотники знали, что она ищет. Важную цель. Телегу с оружием. Отряд воинов. Что-нибудь, что можно было бы назвать ценным ударом.
Стальная птица сделала круг. Потом ещё один. У дороги показалась телега. Один человек вёз мешки.
Мирослав всмотрелся.
— Зерно, — сказал он.
Птица тоже словно поняла это. Она пролетела дальше. Ещё один круг.
Внизу стала видна обычная деревня. На крышах блестела утренняя роса. Из трубы одного дома поднимался тонкий дымок. Птица стала снижаться.
Мирослав нахмурился.
— Что она там ищет?
Волемир ничего не ответил. Они продолжали смотреть. Из дома вышла женщина с ребёнком на руках. Она остановилась у двери, накинула на плечи шерстяной платок, взяла пустой кувшин и пошла к колодцу.
Птица была далеко. Потом она развернулась, зависла на одном месте и полетела прямо к деревне.
— Мирослав, — сказал Волемир.
Мирослав уже готовил руку над кристаллом.
Стальная птица перестала кружить. Её нос опустился вниз, выбрав свою цель. Она начала снижаться. Сначала незаметно. Потом всё круче. Мирослав почувствовал, как холодеют пальцы.
— Сейчас, — сказал Волемир.
Охотники коснулись кристаллов. Вокруг башни поднялся туман. Сначала тонкий, как белые прозрачные паутинки. Потом гуще. Он полз между деревьями, поднимался над крышами и ложился на дорогу. Стальная птица вошла в туман. На мгновение её силуэт проступил в голубой глубине кристалла. Потом исчез. Мирослав не убирал руки. Он ждал. Туман медленно обволакивал всю птицу, замедляя её движения. Вдали мелькнула чёрная тень. Птица задела верхушки деревьев, качнулась и снова поднялась. После этого она улетела обратно на восток.
Никто из них ничего не сказал.  Мирослав смотрел на деревню. Женщина уже возвращалась от колодца. Она прижимала ребёнка к себе и шла к дому.
— Видишь? — спросил Волемир.
— Вижу.
— Значит, всё хорошо.
Мирослав кивнул. Но потом снова заглянул в кристалл. Теперь он смотрел не на небо. Он искал дом. Кристалл показал комнату: женщина поставила кувшин, уложила ребёнка и долго стояла возле окна.
Мирослав продолжал смотреть.
— Ты куда смотришь? — спросил Волемир.
— В дом.
— В дом нам смотреть незачем.
— Знаю.
Волемир помолчал.
— Тогда зачем смотришь?
— Хотел узнать, легла ли она.
Волемир ничего не сказал. В комнате погас огонь. Через некоторое время женщина легла рядом с ребёнком. Мирослав наконец убрал руки от кристалла.
Волемир достал из кармана маленький мешочек. В нём лежали сухие ягоды рябины.
— Я не верю в приметы, — сказал он.
Мирослав удивлённо посмотрел на него.
— А рябина?
— Рябина не мешает.
Он положил одну ягоду на край кристалла.
За стенами башни шумели деревья. Солнце поднималось над лесом.
— Знаешь, что мне в нашей работе не нравится? — спросил Волемир.
Мирослав покачал головой.
— Не всегда мы успеваем помочь.
Он посмотрел на кристалл.
— Но сегодня хороший день.
— Почему?
— Потому что завтра она проснётся. И ребёнок проснётся вместе с ней.
Охотники вышли из башни. Остатки тумана уже растворялись среди деревьев. Капли воды ещё блестели на траве, а над деревней  простиралось чистое небо.
Женщина ещё спала. Ребёнок проснулся раньше неё и тихо засмеялся. Он ничего не знал о стальной птице. Не знал о кристаллах и тумане, поднявшемся над деревней. Не знал об Охотниках, которые всю ночь не спали и смотрели в небо.
Так и должно было быть. Чтобы утром дети могли проснуться, не зная, как близко приходила беда.