Дорога ложка к обеду

Дорога ложка к обеду: почему демографию нельзя спасать «на потом».

Взгляд многодетного отца.

На одном из занятий в корпоративном университете при Правительстве Тульской области лектор задала вопрос, который, наверное, стоит перед всеми нами: что делать, чтобы демография сдвинулась с мёртвой точки? Она не читала нам готовых рецептов — она искала ответ вместе с нами. И я понял, что хочу ответить не отвлечённо, а из своего опыта: у меня четверо детей, наша семья многодетная, и я каждый день вижу, как поддержка работает — и где она не доходит. Этот текст — не экспертные предписания и не спор с лектором. Это попытка ответить на её вопрос так, как я могу: с земли, от семьи.

Я ответил прямо, без красивых формулировок: «Отключить свет». Кто-то в аудитории улыбнулся, кто-то воспринял буквально — но я говорил не ради эффекта. «Отключить свет» — это метафора срочности. Это про то, что нельзя тянуть, нельзя подменять реальную помощь бесконечными обсуждениями и красивыми, но далёкими от жизни проектами.

Представьте утопающего. Ему нужен круг прямо сейчас, а мы начинаем выбирать: пусть будет красивый, со стразами, из экологичного материала, закажем на маркетплейсе, доставка из дальнего зарубежья… А человек тем временем тонет. Или другой пример: в операционной лежит пациент, ему срочно нужно удалить орган, который может убить в любую минуту, а мы вместо скальпеля зовём терапевта, чтобы он рассказал про народные рецепты. Абсурд? Да. Но именно так это выглядит, когда реальные семьи каждый день сталкиваются с нехваткой самого необходимого.

Что я вижу на земле.
Я вижу это на собственном опыте. Из всех мер поддержки, которые действуют в регионе, наша семья получает ежемесячное пособие на троих детей — около 2 500 рублей на каждого. И земельный участок, который, как и у большинства многодетных семей, долгое время просто простаивал. Тут важно вспомнить, как вообще появилась эта мера. Когда в стране было много пустующих участков, многодетным семьям стали выделять по 10–12 соток — по сути, отдавали в подарок те земли, что годами не обрабатывались. При этом был и свой подвох: пока семья считалась многодетной, налог не брали, но как только дети вырастали и статус терялся, на участок начисляли налог. Подарок превращался в нагрузку.

Слава Богу, обращения семей дошли до руководителей: теперь статус многодетной семьи стал пожизненным, и участок больше не облагается налогом. Вот это и есть пример того, как нужно действовать: не создавать временные, половинчатые решения, а сразу смотреть на перспективу и не оставлять семью один на один с проблемами, когда обстоятельства меняются.

Особенно остро эта несогласованность чувствуется, когда сталкиваешься с разными программами, где условия будто специально подгоняют так, что попасть в них становится почти невозможно. Нередко получается, что «изобретают велосипед»: то возраст детей должен быть строго до 18 лет, то до 23 лет при очной учёбе, то ещё какое-то условие добавляют. В итоге семья, которая и так живёт в напряжении, вынуждена постоянно доказывать, что она всё ещё «имеет право» на поддержку. Это не помощь — это бюрократический марафон.

Яркий пример — программы льготной ипотеки. Там нередко ставят условие, что возраст детей должен быть до семи лет. Получается парадокс: если у тебя трое детей, но старшему уже восемь, ты как будто перестаёшь считаться многодетной семьёй в глазах программы, хотя нагрузка на бюджет только растёт. Семья не становится менее многодетной от того, что дети подросли. Наоборот, расходы увеличиваются: школа, кружки, одежда, питание. А возможности получить поддержку — сокращаются. Это ломает саму логику помощи: вместо того чтобы становиться опорой по мере взросления детей, система начинает отбирать инструменты поддержки.

И вот ещё одна сторона этой нагрузки — дополнительное образование. Многие родители стараются дать детям больше: кто-то водит к репетиторам, кто-то на кружки и секции. В моём случае дети ходят и в музыкальную школу, и на танцы. При этом даже в бюджетном учреждении приходится платить — пусть не полную стоимость, но платёж есть. А в коммерческой танцевальной школе у нас хотя бы есть льгота. Но ведь дополнительное образование — это не роскошь, это развитие ребёнка, его интересы, его уверенность в себе. Требовать от многодетной семьи даже частичной оплаты за занятия в бюджетных учреждениях — значит снова ставить её перед выбором: либо кружки, либо продукты, либо коммунальные платежи.

Поэтому я считаю: для многодетных семей должна быть полностью отменена любая плата за занятия в бюджетных учреждениях дополнительного образования — будь то спортивные, музыкальные или художественные направления. Это не привилегия, это элементарная справедливость: если государство создаёт такие учреждения, они должны быть реально доступны тем, кто в поддержке нуждается больше всего. И по этому же принципу должны строиться все остальные меры: если у семьи есть статус многодетной, меры применяются одинаково и без избыточных ограничений. Поддержка не должна зависеть от постоянных «перепроверок» статуса и меняющихся возрастных рамок. Пусть правила будут прозрачными, логичными и долгосрочными: семья должна быть уверена, что, однажды получив статус, она не окажется завтра в ситуации «вы уже не подходите».

Среда: город, село и то, что мы строим.
Но дело не только в выплатах и правилах. Есть ещё среда, в которой семья живёт. На занятии лектор показала графики: в городе рождений меньше, чем на селе. И это не случайность. В городе семья сталкивается с квартирным вопросом, с ипотекой, с бешеным ритмом, с нехваткой времени. В селе — больше пространства, помощь родных, ниже расходы. В городской квартире третий ребёнок — это уже не «просто ещё одна кровать», а вопрос метров, садов, школ, дороги. Получается, что в городе рожать просто негде и некогда. Вот здесь моя метафора «отключить свет» звучит почти буквально: городскому человеку нужно отключить тот режим гонки и шума, в котором он живёт, и дать ему условия, при которых семья может расти. Не лозунги, а метры, сады, время. Это ещё один аргумент за то, что поддержка должна быть конкретной и срочной.

Посмотрите, как строится Тула. Там, где ещё недавно были пустыри, выросли огромные многоэтажки. У руководства региона есть свои нормы по вводу жилья, и в таких проектах оно заинтересовано. Но давайте посмотрим, что именно строится. Квартиры — студии, где кухня включает в себя площадь спальни, а стоимость начинается от 9 миллионов рублей. Не каждая семья может позволить себе двушку — приходится довольствоваться однокомнатной, платить ипотеку и жить втроём, с одним ребёнком. А значит, мы теряем тот самый возраст, который может и должен рожать. Молодая семья в такой квартире просто не имеет пространства для второго и третьего ребёнка.

И есть второй эффект. Раз жильё построено, его нужно заселять. Это ускоряет урбанизацию: люди уезжают из районов в центр, где больше развлечений и возможностей хорошо заработать. В итоге в деревнях и районных центрах остаётся старшее поколение — дети и внуки приезжают к бабушке только на каникулы и в отпуск, а жить там не хотят. Мы это уже видим. Получается двойная нагрузка на молодую семью: долговая ипотека — с одной стороны, оторванность от родных, от помощи бабушек и дедушек — с другой. И то и другое работает против рождения детей.

Здесь уместно вспомнить американский опыт. Когда в США решили разгрузить города, они разрешили застройку на прилегающих территориях — небольшие коттеджи с земельным участком. По сути, «уголок деревни» в городской местности. Можно было бы двигаться и так: раздвигать территорию города не только многоэтажками, а малоэтажной застройкой, и помогать семьям со строительством и кредитами в этом направлении. Тогда у семьи появляется и пространство для детей, и связь с землёй, и не нужно выбирать между квартирой и жизнью.

Что уже делается — и что можно добавить.
Важно сказать и о том, что уже делается. В регионе работает проект «Тульская область — территория семейного счастья». Это не одна мера, а целая стратегия: Центры семьи в муниципалитетах, обучение специалистов по демографии, семейные пространства, туризм, поддержка студенческих семей. Мы видим реальные усилия правительства и губернатора. И одна из новых идей — договоры с коммерческими организациями, которые готовы выплачивать работникам при рождении первого ребёнка 500 тысяч рублей, второго — 750 тысяч, а третьего — миллион. Уже есть первые участники этой программы.

И есть вещи, которые работают тихо, но каждый день. Наша семья, например, пользуется льготой на бесплатное посещение музеев и парков. Это не разовая выплата — это возможность выйти из дома всем вместе, показать детям мир, не думая о том, хватит ли денег на билеты. Такие льготы — тоже часть поддержки, и их нельзя терять. Они не гремят в новостях, но именно из них складывается ощущение, что семья — не одна.

Но у меня как у отца четверых детей возникает вопрос: а что те, кто уже имеет троих и более детей? Они уже выполнили ту задачу, ради которой выстроена эта лестница выплат. Они работают, платят налоги, воспитывают детей — и при этом часто находятся в самом уязвимом положении: расходы растут, а поддержка, привязанная к рождению, остаётся в прошлом. И здесь я хочу предложить конкретную вещь, которая не требует бюджета, а требует только решения руководителей организаций: установить повышающий коэффициент к окладу для сотрудников с тремя и более детьми. Это не «поблажка» и не «уравниловка». Это признание того, что многодетный родитель несёт дополнительную нагрузку — и финансовую, и временную, и моральную. Это как минимум уважение к многодетной семье, выраженное не словами, а в расчётном листке.

И ещё одно наблюдение — про время. Когда началась пандемия, люди оказались заперты в своих квартирах и домах. Внешняя жизнь остановилась, и семьи стали больше времени проводить вместе. В отдельных случаях это действительно давало всплеск рождений. Но парадокс в том, что в целом по стране рождаемость в 2020 году упала: тревога, неопределённость и страх за будущее перевесили. Это ещё раз доказывает: одного «времени вместе» недостаточно. Нужна уверенность в завтрашнем дне. Пандемия показала, что люди готовы быть рядом друг с другом. Но без поддержки государства эта готовность не превращается в детей. «Отключить свет» — это не только про срочность. Это ещё и про то, чтобы убрать внешний шум и дать семье почувствовать: её не бросят.

Смысл: почему это не только про деньги.
Мне важно и то, как многодетность выглядит в глазах общества. Сейчас многодетная семья часто воспринимается как подвиг на грани выживания. А она должна выглядеть как нормальный, достойный, поддерживаемый обществом выбор. Для этого нужна смена оптики: на билбордах, в городской среде, в медиа — везде должна быть видна радость от родительства, тепло общения детей с родителями. Не постановочные картинки, а живая ценность семьи.

Для меня эта ценность — не абстракция. В книге Бытие, когда Иаков благословляет Ефрема и Манассию (Быт. 48:14–20), он сознательно отдаёт первенство младшему: будущее рода определяется не формальными правилами, а осознанным выбором. Так и сегодня общество должно осознанно выбрать ценность многодетной семьи, а не оставлять её на волю случая.

И здесь мне важно вернуться к самой первой заповеди, данной человеку: «плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю» (Быт. 1:28). Если двое родят двоих — человечество не вырастет, оно останется на том же уровне. Это простая арифметика: два родителя, два ребёнка — ноль прироста. А заповедь говорит не только «плодитесь», но и «наполняйте землю». Наполнить землю простым замещением невозможно — для этого нужно умножение. Поэтому «размножайтесь» — это установка на рост, а не на стабильность. И это подтверждается тем, что многие не вступают в брак, не встречают своего человека, не имеют детей — значит, чтобы человечество росло, нужны семьи с тремя и более детьми. Не как обязанность для каждой пары, а как норма, которую общество должно поддерживать и делать возможной. Вот почему мне так важно, чтобы многодетность была не подвигом на грани выживания, а достойным и поддерживаемым выбором.

А в Псалтири прямо сказано: дети — наследие от Господа, плод чрева — награда (Пс. 126:3–5). Для меня это не про абстрактное увеличение рождаемости, а про уважение к семье и реальную ответственность перед ней.

Что можно сделать уже сейчас.
Вот что, как мне кажется, можно сделать уже сейчас.

Поддержка семьи:

1. Сделать поддержку стабильной и без избыточных ограничений. Если семья многодетная, меры не должны зависеть от противоречивых возрастных рамок — в том числе в программах льготной ипотеки. Правила — прозрачные и долгосрочные.

2. Полностью отменить плату за дополнительное образование в бюджетных учреждениях — спорт, музыка, художественное направление. Это реально снизит нагрузку на семейный бюджет и даст детям возможность развиваться.

3. Повысить базовые выплаты до уровня, покрывающего критические расходы семьи, и сделать условия их получения выполнимыми. Помощь должна приходить тогда, когда она спасает, а не тогда, когда её удобно планировать.

Среда и восприятие:

4. Снять барьеры для использования земельных участков. Подвести инфраструктуру, дать понятные механизмы поддержки строительства, чтобы участок не зарастал сорняками, а становился домом для семьи. И поддерживать малоэтажную застройку — как в примере с американскими пригородами.

5. Сохранить и расширить бесплатные возможности для многодетных. Музеи, парки, учреждения культуры — это не «бонус», а часть нормальной жизни семьи. Если льгота уже работает — её нельзя отменять; если её нет — стоит ввести. И это должно быть не разово, а постоянно.

6. Сменить общественное восприятие. Запустить коммуникационную кампанию, которая показывает реальную ценность и радость большой семьи — в городских пространствах, соцсетях, локальных медиа.

7. Слушать сами семьи. Включать представителей многодетных семей в разработку мер поддержки, чтобы программы не создавались «в кабинетах», а отвечали реальным потребностям.

Что можно добавить:

8. Поддержать тех, кто уже многодетный. Рекомендовать руководителям организаций — участников проекта «Территория семейного счастья» — установить повышающий коэффициент к окладу для сотрудников с тремя и более детьми.

9. Дать многодетным семьям отдых — не разовой выплатой, а возможностью. Один раз в год — путёвка в оздоровительный санаторий за счёт бюджета; переезд — на семье. Так это становится совместным делом, а не подачкой.

10. Строить для многодетных дома и поселения — в том числе в районах области. При рождении пятого ребёнка — трёхкомнатная квартира; но лучше — дома или поселения с садом и школой рядом. Строить можно и в районных центрах, где есть земля. Механизм есть — программа переселения из ветхого и аварийного жилья. Так мы дадим семьям жильё и удержим людей на местах. Финансово напряжённо — но лучше попробовать и сделать вывод, чем не пробовать и рассуждать.

Вместо заключения.
Тульская область слишком долго находится в тяжёлой демографической ситуации. По данным Росстата на начало 2025 года, в регионе живёт 1 456 791 человек, и почти 29% из них — граждане пенсионного возраста. Это значит, что демографическая «подушка» сжимается, а нагрузка на работающих и на семьи растёт. Мы не можем позволить себе медлить. Нам нужны не красивые витрины, а реальные решения. И начинать нужно сейчас — пока ещё есть силы и желание молодых семей строить своё будущее. Я пишу это не как эксперт со стороны, а как отец четверых детей, который каждый день видит, что работает, а что — нет. И если хотя бы одна семья в нашем регионе, получив поддержку вовремя, решится на ещё одного ребёнка — значит, всё было не зря. Потому что цена промедления уже посчитана: если в 2015 году в области родились 15 817 детей, то в 2023-м — 9 410. По некоторым оценкам, за десять лет спад составил около 60%, а суммарный коэффициент рождаемости в 2020 году был 1,249 — меньше двух детей на женщину, то есть население региона не воспроизводит себя.

Но дело не только в выплатах и программах. Пока мы сами — в своих семьях, в разговорах на кухне, в соцсетях, на работе — будем смотреть на многодетную семью как на подвиг или как на проблему, никакие выплаты не изменят главного. Государство может дать метры, сады и деньги. Но оно не может дать уважение. Это уже наша задача: перестать удивляться большой семье и начать видеть в ней норму. Дорога ложка к обеду — и это касается не только власти. Это касается каждого из нас.