Правоведы S2E3

Только для лиц старше 16 лет.


Суета ударилась о тишину. Выйдя из такси, ощущая смятение, неуверенность и дискомфорт ожидания предстоящего полета, я наткнулся на полное спокойствие нашего провинциального аэропорта. В аэропорту было тихо. Машины не сновали, люди не торопились. Самолеты не гудели.

Подходя к дверям терминала вылетов, я остановился. Надо было покурить перед зонами безопасности, зонами досмотров и зонами ожидания. Там везде одна сплошная зона без табака.
 
Я закурил. Небо над городом было серым. Тучи растянулись во все стороны светло-серым ватным навесом. По опыту полетов я знал, что это не остановит авиаслужбы. Мы взлетим. Но пока не подымимся над этим навесом, нас будет потрясывать. Какая-нибудь впечатлительная бабулька опять начнет креститься, половина малолетающих будет недовольно морщиться. А такие как я будут спокойно ждать появления солнца, которое непременно встретит нас над тучным небесным ковром, принеся спокойствие движению самолету.

Дверь за спиной зашумела при открывании. Я обернулся. Прямо на меня шел Курбатов. Станислав Курбатов был уважаемым юристом. Когда-то возглавлял юридический департамент крупной конторы. Был на слуху в городе. Знал многих судей, чинов из разных органов, директоров и юристов разных крупных фирм и «шараг».

Уже год он пытался работать «на себя». Но как у него шли дела, я не знал. И не общались мы с ним уже года два. Мы не были хорошо знакомы, мало пересекала судьба. Но могли позволить себе обращаться на «ты».

Станислав, увидев меня, улыбнулся. Мне показалось, что он немного не в себе. Когда он подошел ближе, я понял в чем дело. Он был слегка пьян. Не сильно, но явно на хмеле.

- Максим Александрович! Я тебя приветствую! – Курбатов протяну мне руку, приветливо, но криво улыбаясь.



- Станислав Андреич, моё почтение! – ответил я ему и пожал протянутую руку.

Курбатова я уважал. Впрочем, я уважаю его и по сей день. У нас с ним разница в возрасте лет десять. По сути, он для меня старший товарищ. Больше знаний. Большие связей. Больше опыта, в том числе жизненного.

- В путь? – спросил он меня, показывая на мою сумку в руке. – Ты на 108-ой рейс? В арбитраж поди?

- Все верно, - кивнул я, радуясь его проницательности. – Ты тоже туда?

- Да, полетим вместе, - сказал Курбатов, вынимая свои сигареты и зажигалку.

Я кивнул еще раз и подумал, что своими кивками похож на китайского болванчика.

У Курбатова не получилось прикурить. Его зажигалка не хотела его слушаться и не поджигала газ. Я помог с «огнем», и мы закурили.

- Как твои дела, Стас? – Спросил я Курбатова.

- Да как тебе сказать, Макс, - в ответе было нечто большее, чем неуверенность в оценке. Было ощущение, что Курбатов об этом часто думает в последнее время. – Дела пойдет. Но хотелось был лучше.

- Клиент не идет? – спросил я.

- Вообще труба, - ответил Курбатов. – Я когда собирался уходить, столько народу говорило, что нужен им такой человек в помощь. Многие, пока работал «на дядю», ходили советоваться. А как ушел, пришла всего пара человек. Но у нас с ними долгосрочного общения не состоялось. Иногда позванивают. И всё.

- Жесть! – сказал я, удивившись при этом, что он в «подвыпитом» состоянии может выговорить «долгосрочное общение». Видимо часто произносит такое в разговорах.

Я сам подумывал о «фрилансе». Но не был уверен, надо ли мне это. Да еще и ребенок маленький. Его надо кормить. Нужна была стабильность.

- Именно, жесть, - согласился Стас. – Перебиваюсь процессами. Мелочью в виде претензий и исков о нарушении оплаты по договору.

- Ну, это же тоже не плохо.

- Это не плохо, - без эмоций согласился Стас. - Но это небольшой масштаб. Деньги небольшие. Негде себя проявить.

- Может регион сменить? – спросил я Стаса.

- Не уверен, что это поможет, Макс, - ответил Стас, стряхивая пепел в урну. – Понимаешь, юрист силен своими связями. В другом регионе их придется нарабатывать. И пробираться через массу местных конкурентов. А у них позиции уже будут посильнее.

- Согласен, - с досадой ответил я.

- И потом, люди везде одинаковые, - продолжил Стас. – Везде глупые судьи. Везде жадные клиенты. Везде хитрые коллеги.

Стас прервался, чтобы затянулся.

- Вон у меня друг был, - продолжил Курбатов, выпуская дым. - Александра Мазко знаешь?

Я отрицательно покачал головой, пытаясь вспомнить такого человека.

- Александр Данилович. Адвокат Мазко, - пытался подсказать Курбатов.

Я еще раз отрицательно покачал головой. «Китайский болванчик» выучил новое движение.

- Ну, не важно, - продолжил мысль Курбатов. – Мы с Мазко когда-то вместе работали. Вместе представляли интересы по одним процессам. Крупные процессы, по несколько сот миллионов. Многие из процессов были в Москве. А Саша учился в Москве.

Громко зазвучало объявление о прилете какого-то рейса, нарушившее тишину большой площади перед аэропортом. Но как только голос диктора замолчал, тишина вернулась и окутала все вокруг.

- У Саши была особенность, - Курбатов поправил свой портфель на плече, - он в силу своего образования любил проводить аналогии из римского права. Цитаты типа verba cum effectu sunt accipienda (1) или reus iisdem privilegiis utitur, quibuset actor  (2). Мне приходилось переводить судье и сторонам. Саша считал, что каждый юрист должен знать латынь.

Я вспомнил, как один наш преподаватель как-то пошутил, что знание латыни скорее нас сделает медиками или католическими священниками, а не юристами.

- Так вот, - рассказывал дальше Курбатов, - в один прекрасный момент Саня кинул меня. Кинул меня и нашу контору. Причем, использовал нашу информацию, перейдя к другим товарищам. Эти товарищи были контрагентами нашей конторы. Они, благодаря Сане, подали на нас в суд. Ну и понеслось.

Курбатов прервался, прикуривая новую сигарету. Опять мне пришлось помогать ему «огнем».

- Так вот, - продолжил Стас, - гонял нас Саня в процессе, гонял. Гонял долго, по-черному. То требования увеличит, то заявит об экспертизе. Утомил всех – меня, моё начальство, судью, третье лицо и их представителя. Даже своего клиента. То ли хотел предложения мирового соглашения, то ли выкачивал деньги из тех, кого представлял. Может и то, и другое сразу.

Мимо прошли две девушки с сумками. Курбатов, не прекращая рассказа, провожал обеих взглядом.

- В общем, - продолжал Курбатов, - в очередной раз, когда он процитировал что-то из латыни и не перевел сам, я встал и попросил суд сделать Саше замечание. Мол, судопроизводство должно вестись на русском языке. А если представителю нужен переводчик, то пусть заявит об этом отдельное ходатайство. Судья улыбнулась так, аж прищурилась. Секретарь тоже. Представитель третьего лица мне потом руку за это пожал. А Саня побагровел весь. Потом даже не здоровался.

Курбатов затянулся.

- А процесс-то ты выиграл? – спросил я.

- Нет, инсайдерская информация, которую Саша увел, была верная, - ответил Стас. – Но крови я ему потом в апелляциях и кассациях попортил.

Опять затянувшись, Курбатов махнул рукой с сигаретой неопределенно в воздух.

- Я это всё к чему, - сказал он. - Таких жлобов в других регионах великое множество. Так что, смысла регион менять нет.

- Понятно, - сказал я. – А ты подшофе?

- Да, есть маленько, - улыбнулся Курбатов.

- Летать боишься? – спросил я. – Завтра в процессе в форме же надо быть.

- Не, не боюсь летать, - ответил Курбатов. – А завтра мне всё равно. Мнение судьи я уже знаю заранее. Он не на нашей стороне. Но как-то он подчеркнуто, с презрением не на нашей стороне. Потому я и не при параде.

Курбатов посмотрел на свою серую кофту с крупными белыми ромбиками. Кофта скрывала рубашку в полоску. А поверх кофты была куртка. Ничего торжественного. Обычный командированный.

Такой стиль одежды стал традиционным в арбитражах. Судьи с пониманием относились к командированным представителям, особенно из других регионов.

Впрочем, встречались такие как я, продолжавшие ездить в процесс в пиджаках с галстуками.

- Не переживай, - сказал Курбатов, - завтра я буду трезв. Пить сегодня уже не буду.

- Пошли регистрироваться, - предложил я. – Там и пообщаемся.

- Да, пошли.

Мы прошли все зоны. Работники аэропорта были с Курбатовым вежливы, учтивы, но насторожены. В самолете мы сели на свободные места. Курбатов сидел на моем ряду, но напротив от прохода. Стюардесса подошла к нему, проверить пристегнулся ли тот. По её лицу было видно, что она обеспокоена судьбой полета. Даже посмотрела на меня с надеждой, так как заметила, что мы со Стасом общаемся.

- Девушка, - обратился Курбатов к стюардессе пристегиваясь, - не переживайте. Я сейчас усну и не буду вам мешать.

Стюардесса улыбнулась и снова посмотрела на меня. Я тоже улыбнулся, кивнул ей и подумал, что «китайский болванчик» в меня вселился основательно. Стюардесса ушла заниматься другими пассажирами.

Я посмотрел на Курбатова. Он смотрел в иллюминатор на работников аэропорта, готовивших самолет к полету. Топливо, погрузка багажа и последние осмотры.

Впереди нас ждали два часа полета и путь в гостиницы. Я был уверен, что Стас сдержит слово и уснет сразу. А вот что нас ждет завтра в суде было, как всегда, не известно.


(1) verba cum effectu sunt accipienda - «Слова следует воспринимать по результату» (лат.)
(2) reus iisdem privilegiis utitur, quibuset actor - «Ответчик пользуется теми же правами, которыми /пользуется/ и истец» (лат.)


Рецензии