Где-то меж двух циклонов

Только для лиц старше 18 лет.


Август начался необычно. С жары. Она не налилась и не навалилась на город, как бывает с приходом лета.

Два циклоны - один далеко на севере, большой и быстрый, а другой, на знойном юге, маленький. Оба вытягивали воздух везде, где только можно, засасывая в свои круговороты каждое облако, каждый ветерок, каждый сквозняк, закручивая тепло и холод в спирали, сбивая тонны поднятой воды в тучи и грозы.

Город оказался между двух циклонических вихрей, не оставивших ему даже ветра. Совсем без ветра. Один на один с солнцем.

Высохли лужи. Обвисла листва. Трава потеряла все соки. Даше широкое чистое небо было блеклым, словно его голубизну тоже забрали центробежные циклонические силы.

Третий день воздушного голода окончательно остановил городскую суету. Движение города сменило суетливость на нервозность. А следом нервозность дедлайнов сменилась полуживотной безрассудностью и агрессией. Предельно высушенные мысли не имели плавности и размерности.

Изображая жизнь, город не жил, а ожидал. Ожидал изменения погоды.

Ранний вечер еще не принес прохлады. Кондиционеры облегчали ему работу, но лишь в пределах маленького ресторанчика. Из-за жары столики на улице были пусты, чему официанты были очень рады. В зале ресторанчика было мало людей.

- Настя, есть булавка? - из двери, ведущей на кухню, высунулся парень в колпаке.

Это был Сёма, один из молодых поваров.

Настя молча подала шпильку из волос. Сёма улыбнулся и не взял.

- Насть, ты чо?

- А чо?

- Мне нужна острая булавка, - пояснил Сёма.

- Зачем?

- Воздух выпустить из яйца, - спокойно ответил Сёма.

- Чего?

- Ай, долго объяснять, - Сёма махнул рукой и скрылся за дверью.

Настя убрала шпильку и посмотрела на Джо. Джо, бармен, настоящее имя которого Настя не знала. Все, включая менеджеров смены, звали его Джо.

Джо готовил к подаче красное вино за один из столиков. Он уже десять минут как открыл бутылку, давая вину постараться вобрать жалкие крохи воздуха, слегка подстуженного кондиционерами.

Казалось, на Настю Джо даже не смотрит, расставляя бокалы. Настя оглядела зал.

- Сёма должен сварить яйца, - Джо, продолжая готовить к подаче вино и не смотря на Настю, начал объяснять. - Чтобы они не потрескались, нужно им сбросить внутреннее давление. С тупого конца делается укол и давление сбрасывается...

Джо начал наливать вино. Оно потекло и закружилось в бокале, словно воздушные массы далекого северного циклона.

- Почему же он сказал, что воздух выпустить надо? - спросила Настя.

- На попке яйца, - продолжал Джо глядя только на то, как наливается вино во второй бокал, - есть воздушная камера. Иногда, когда сваришь яйцо не проткнув, белок такой скошенный получается. Это из-за воздуха. Вот этот воздух Сёма и хочет стравить.

Джо закончил наливать и повернул поднос с бокалами Насте.

- Делается укол в попку яйца, - Джо наконец-то поднял на Настю свои глаза. Настя вновь обозвала себя дурой за то, что у неё от этого взгляда опять появились мурашки, - стравливается воздух, давление выравнивается и, вуаля, яйцо целое… Физика.

- Мерси боку, монамур, (1) - решила пошутить Настя, потихоньку беря поднос.

- Жевузонпри, мон ами, (2) - парировал Джо.

Настя понесла бокалы к столику, за которым сидел завсегдатай ресторанчика Артур Олегович. Артур Олегович был редактором. Когда-то был главным редактором местной газеты. Сейчас редактором правового отдела местного медиа сервиса. Уже ближе к шестидесяти, одетый старомодно, в костюм-тройку, всегда с ярким цветастым галстуком, в кожаных натертых до блеска броугах цвета коньяка, Артур Олегович сам был похож на адвоката. Но он всегда подчеркивал, что в юриспруденции знает мало.

Сегодня Артур Олегович сидел не один. Напротив него сидела девушка приятной внешности в летнем легком платье, подобающем заведению, с минимальным, аккуратным, едва заметным мейкапом и распущенными длинными волосами.

На столе возле Артура Олеговича лежали бумаги распечатанного текста с кучей пометок и исправлений, сделанных красным карандашом. Сам красный карандаш - визитная редакторская карточка Артура Олеговича - лежал поверх листов.

- Поймите, Оксаночка, сегодня читатели чрезвычайно избалованы, - говорил Артур Олегович сидевшей с ним девушке. - Читатель, это не лампа, на которую слетаются наши тексты. Читатель - это энтомолог. Как Владимир Набоков. Вы же знали, что он был еще и энтомологом?

Оксана кивнула.

- Его коллекция после смерти была отдана университету Лозаны, - ответила Оксана. У нее оказался спокойный низкий голос для девушки с её внешними данными.

- Вот! - оживленно поддакнул Артур Олегович. Настя ставила бокал вина для Оксаны. Оксана не обращала на Настю и вино никакого внимания, следя за словами Артура Олеговича.

- Представьте, Оксана, - продолжал редактор, - что читатель, как энтомолог, ходит по полям, холмам, лесам со своим сачком. Видит, как вокруг него порхают с цветка на цветок сотни, тысячи. И все похожие, одинаковые. Крылья с пресной окраской, размер стандартный. Ничего нового и необычного. Ему нужен особый текст!

Настя поставила бокал возле Артура Олеговича. Он прервался и с улыбкой посмотрел на Настю.

- Спасибо Вам, Настенька.

- Ваши блюда принесу через пару минут, - улыбаясь, Настя сказала то, что было положено говорить в таких ситуациях. И тут же, сама не понимая зачем, добавила. - Бармен поторопился с вином.

- Ничего, - улыбнулся Артур Олегович. - Как говорит ваша подруга, Оксаночка, пусть оно “прочихается”.

Все изобразили смех. Настя ушла, забирая по ходу движения посуду с других столиков.

- Артур Олегович, спасибо вам за совет, - сказала Оксана. - Я вас поняла. Одно меня беспокоит.
 
- Что, душа моя? - спросил редактор, подняв свои кустистые брови. - Что вас может беспокоить в ваши молодые годы, кроме купидонов?

- Я боюсь, как бы наш с вами энтомолог, - ответила Оксана, - благодаря нам же с вами не забрел на песчаный берег как у Кобо Абэ и не остался там помогать какой-нибудь одинокой несчастной песок собирать.

- Вы о «Женщине в песках»? Прекрасное произведение. В ту эпоху появилось много культовых книг. Согласитесь.

Оксана кивнула и промолчала. Тема разговора явно сменилась.

На смартфон Оксаны прилетело сообщение от МЧС о том, что в регионе высокая температура, сохраняется опасность пожаров, солнечных ударов, ожогов и много чего ещё. Оксана провела пальцем по экрану и сообщение исчезло в недрах электронной памяти девайса. Вечер в компании редактора только начинался.

Где-то далеко неутомимые циклоны ловили каждый клочок воздуха в гигантские сачки, чтобы пополнить свои коллекции новыми экземплярами...


(1) от «Merci beaucoup, mon amour» (фр.) – Большое спасибо, моя любовь

(2) от «Je vous en pris, mon amie» (фр.) - Пожалуйста, моя подруга


Рецензии