Клан

Жаркий июльский день дарил взгляду невообразимую игру красок матушки-природы. Сочная зеленая листва берез на белых стволах обрамляла бескрайний голубой небесный купол. По серой асфальтовой , недавно отремонтированной дороге, ехал поблескивая тонированными стеклами внедорожник премиум класса. За рулем сидела пожилая седая женщина , а рядом на пассажирском сиденье, очень похожая разрезом глаз на мать , ее тридцатипятилетняя дочь. Они находились в пути уже больше двух часов. Марина, так звали молодую женщину, опустила вниз солнцезащитный козырек и сдвинула в сторону шторку зеркала. Загоревшийся при этом огонек лампочки осветил смуглое от загара, накаченное ботоксом лицо с ярким макияжем. Массивные золотые серьги , кулон с бриллиантом на толстой витой цепочке и брошь на терракотовом с фиолетовым кантом  платье, дополняли образ статусного и финансово обеспеченного  человека.
- Скоро будет поворот, не пропусти,- обратилась Марина к матери.
- Да, помню, - отозвалась Галина Евгеньевна - Ты давай не сразу к нему с бумагами, про здоровье поговори, о погоде..
- А чего с овощем-то разговаривать, неизвестно, он нас вообще узнает ли.
- Отец ведь твой Маринка, а ты о нем овощ, разве можно так, не по-христиански как-то.
- Он сам заслужил это, не ерепенился бы, лежал сейчас дома в кроватке с газеткой у телевизора, нет, на крайние меры пришлось пойти, да сколько денег еще за это отвалили..
Марина достала из сумочки помаду и начала аккуратно подводить ею губы.
Через полчаса машина уже стояла на парковке возле частного психоневрологического пансионата. Массивные  высоченные глухие ворота контролировались крупным мужчиной-охранником с оборудованного  всем необходимым КПП. Бетонный трехметровый забор, ограждающий территорию пансионата по всему периметру ,полностью отрезал этот остров бытия от внешнего мира. Пройдя через КПП, женщины оказались во дворе пятиэтажного здания построенного в виде буквы «П».  В центре двора они увидели пышную клумбу на которой были высажены цветы в виде сияющего множеством лучей и улыбающегося солнца. Вокруг светила ,так же высаженная  цветами, пестрела крупная надпись: « СЧАСТЬЕ – ЭТО БЫТЬ ЗДОРОВЫМ!». На скамеечках рядом с клумбой сидели  переговариваясь полушепотом старушки с книгами и разным рукодельем. От скамейки к скамейке туда и обратно переходил обритый наголо старик в пижаме и шапке-ушанке. Через каждые пару шагов он переворачивал сверху вниз развернутую газету и внимательно вглядываясь в перевернутые строчки вслух задавал в никуда один и тот же вопрос.
– Какие новости товарищи?- вопрошающим взглядом окидывал он не обращающих на него никакого внимание постояльцев .
    Молодой полноватый парень ,сидя в инвалидной каталке перед тазиком с водой, деловито насаживал воображаемого червя на удочку и поплевав на удачу закидывал снасть в воду.
   Мать с дочерью зашли в слабо освещенный вестибюль и увидели как по лестнице к ним спускается главный врач. Среднего роста, с худощавым скуластым лицом и большими очками на носу с горбинкой он, бывший военный медик, волею судьбы выйдя на пенсию, стал главным смотрителем сотни больных престарелых душ в сельской глубинке. Поздоровавшись, он предложил женщинам пройти в его кабинет, где прикрыв поплотнее дверь, налил им в чашки чай и начал разговор.
- Рад вас видеть,- начал он негромко, наклонившись туловищем над своим письменным столом.- На следующей неделе заканчивается срок контракта на содержание Ивана Макаровича.Что будем делать дальше?
- В каком он состоянии?- отпив пару глотков из чашки ,ответила вопросом на вопрос Галина Евгеньевна.
- За  шесть месяцев , пока он находился у нас , мы проделали большую работу. Скажу прямо, в отдельных случаях нам понадобилась помощь санитаров. Крепкий мужчина и не скажешь, что 92 года, еле успокоили. Пришлось перевести в карантинный блок и назначить дополнительно более действенные психотропные препараты. Теперь лежит смирный, но появилась «побочка», если продолжим , то это может привести к нежелательным последствиям.
- Мы Вам очень благодарны Валерий Васильевич , - Галина Евгеньевна достала из сумки аккуратно уложенную пачку денег и положив ее на стол главврача  продолжила. – Вы же знаете , что без решения нашего вопроса мы не сможем забрать его отсюда. Можно с ним поговорить?
- Да, немного позже, сейчас у пациентов обед.
- Хорошо, мы подождем,- согласно кивнула головой женщина.
 
    У семнадцатой палаты перед дверью стояла грузная медсестра с медицинской тележкой  на которой лежало все необходимое для инъекций. Рядом находились два санитара в темно-синих комбинезонах.
– Заходим на счет три, - напомнила она мужчинам. Те понимающе кивнули. Но только вся троица попыталась войти в помещение ,как из дальнего угла от кровати, стоящей у  окна, в входящих полетела сначала металлическая «утка», а потом деревянный костыль. Медсестра и санитары быстро выскочили обратно в коридор. Лежащий на кровати высокий седовласый аскетичный пожилой мужчина с благородным лицом и волевым подбородком грозно посмотрел на захлопнувшуюся дверь.
- Мыши поганые,- выругался он громко так ,что его слова услышали  даже люди в  конце длинного коридора. – Чтоб вас всех..- не успокаивался старик, держась дрожащей рукой за спинку кровати.
В это время в коридоре показался главврач с двумя женщинами.
– Что опять?- спросил он медсестру приблизившись к палате.
– Да, бросает в нас все, что есть под рукой, вязать?- медсестра посмотрела вопросительно на руководителя учреждения.
 – Других вариантов, к сожалению ,у нас нет, на уговоры он не соглашается, значит как всегда..
Через несколько минут ворвавшиеся в палату санитары обездвижили  старика на кровати специальными широкими лентами, а медсестра быстро сделала укол. Меньше минуты организм ,получивший большую дозу успокоительного, боролся против его действия. На шее у связанного старика вздулись вены , а губы  сжались в узкую полоску. Затем мышцы лица расслабились , взгляд начал блуждать по комнате и вошедшим людям. Дыхание выровнялось и стало еле слышным.
 – Проходите,- главврач позвал приехавших к женщин в палату и приставил к кровати лежащего два стула. Мать с дочерью присели. Старик как будто не видел их и смотрел отрешенно в потолок.
- Ваня, это я, твоя Галя,- дотронулась женщина  до мужа.
Лицо Ивана Макаровича оставалось безучастным и полным внутреннего покоя.
- Мама, сейчас бесполезно, эх , только зря ехали столько,- с досадой произнесла дочь глядя на беспомощного связанного отца. – Поехали отсюда, - И взяв мать за руку, она вывела ее из палаты.
 
    Иван Макарович после сделанного ему укола заснул глубоким сном. В этом сне , словно на кинопленке ,он как будто смотрел фильм о своей еще не до конца прожитой жизни. Ему снился летний ночной сад  наполненный ароматом спелых груш и яблок в родной Устиновке. Они сидят в обнимку с любимой Настенькой. Ему идет восемнадцатый год, а ей еще только шестнадцать. В этот вечер они первый раз поцеловались и не было ,наверное, никого счастливее этой пары влюбленных. Впереди была большая и широкая дорога жизни  по которой они так хотели пойти вместе. У Ивана отец герой гражданской войны, коммунист, посвятивший всего себя созданию колхоза. Для сына он не видел иной доли, как продолжение начатого им дела. Поэтому после получения аттестата для Ивана выбор был предрешен - ехать в город учиться на агронома. У Насти отец был священником. Начитанный, грамотный и очень добрый батюшка, которого, несмотря на все запреты, очень любили односельчане и не давали в обиду. Поповская дочка Настенька была необычайно красивой и скромной девушкой. Она не обращала внимание на колкости со стороны подружек-комсомолок и жила в миру с совестью и родителями по божьим заповедям. За ее необычайную красоту, за скромность, за то, что она была другой и прекрасной , именно за это полюбил ее Иван. Под яблоней он признался ей в любви и пообещал , что дождется ее совершеннолетия чтобы прислать сватов..
     Когда Иван рассказал обо всем отцу, в доме Вершининых началась гроза. Василий Вершинин наотрез запретил сыну даже думать о женитьбе на поповской дочке.
- Ты понимаешь куда ты прешь?, - кричал он в порыве гнева с багровым от прилива крови лицом. – В партию дорога будет закрыта, нормальной работы не будет, мое дело завершать будут другие люди, ты этого хочешь? Не бывать этому сын, не бывать, вот тебе мое слово отцовское. Если не услышишь меня сегодня, напишу завтра товарищам в обком и меньшее что будет с этой поповской семейкой это ссылка пожизненная, а то и расстрел за поповскую агитацию..
Иван опустил низко голову не смея возразить разошедшемуся в своих угрозах отцу. То, что отец слов на ветер не бросает Иван знал наверняка. Он представил, что будет с его любимой и ее родителями если отец сделает то, о чем говорит.
- Хорошо отец, я понял,- сказал он тихо и скрепя сердце, чуть не плача, вышел из родительского дома. Всю ночь бродил он по нескошенным  полям, успокаивая свою душу, не в силах успокоить совесть. В институт Иван уехал  не попрощавшись с Настей. Женился на третьем курсе на своей однокурснице Галине, дочке директора мукомольного техникума. По слухам он узнал, что вскоре после его женитьбы и Настя вышла замуж за  деревенского паренька-тракториста.
     Четвертый курс отошел на второй план 22 июня 1941 года. Война круто изменила все планы и ход времени. В августе сорок первого года Иван ушел добровольцем на фронт. Дошел в составе артиллерийского полка до Берлина. Четыре раза был ранен.  На груди солдата горели огнем боевые награды, а с сорок второго в кармане уже лежал  бережно завернутый в непромокаемый пакет  билет коммуниста.        Вернувшегося с фронта Ивана пригласили на разговор в райком партии и сразу предложили возглавить колхоз.
 – Доучишься заочно, нам люди на земле сейчас вот как нужны,- похлопал по плечу сидящего перед ним Ивана  председатель райкома. –Принимай дела солдат, на тебя большая надежда коммунист Вершинин- пожал он крепко на прощание его руку.
   Шло время, Иван все больше и больше посвящал всего себя, как когда-то и его отец, работе на благо родного колхоза. Труды не прошли бесследно. Благодаря его кипучей энергии и усилиям ,колхоз стал одним из лучших сначала в области, а потом и в стране. Через пятнадцать лет тридцатидевятилетний Иван стал Героем Социалистического труда. На лацкане его пиджака ярко загорелась золотая трудовая звезда. Неоднократно Ивана Макаровича народ избирал в депутаты. Несмотря на занятость и звездный статус, он всегда очень по-простому, по-человечески разговаривал с людьми, стараясь помочь им даже в мелочах. Часто к нему  за помощью обращались многочисленные родственники его или со стороны жены. По большей части они просили содействия в устройстве на «хлебное» место. Иван Макарович конечно помогал, особенно тем, за кого просила жена Галина. Так, незаметно, все вопросы в районе , а некоторые и в областном центре, стали решать близкие и дальние родственники  Ивана Макаровича, за что ,меткий на язык в своей простоте , народ стал поговаривать о том, что в районе все решает клан Вершининых.
    Менялись руководители страны и регионов, советскому периоду с тяжелейшими последствиями преградила путь буржуазно-демократическая революция. Перестройка, разруха и возрождение в новом общественно-экономическом формате, все это пришлось вынести на своих плечах неуемному председателю колхоза Вершинину. В свои девяносто он с неистощимой энергией поспевал за день в несколько мест для решения важных вопросов. Его черный дорогой внедорожник на высокой скорости мчался туда, где казалось без председателя все сразу встанет.
 
      В тот день он возвращался с кладбища, где почти час пробыл на могиле отца. Была такая привычка у Вершинина в родительскую  приезжать к бате поговорить, рассказать о наболевшем. После этого на душе становилось как-то спокойно и благостно. По пути домой он свернул к церкви  стоящей недалеко от кладбища. Перекресившись трижды на пороге, Иван Макарович зашел в храм. Слева от входа расположилась церковная лавка. Женщина –продавец в красивом платке на голове стояла спиной и поправляла ценники . Услышав шаги покупателя она обернулась и встретилась глазами с вошедшим в храм мужчиной. И через тысячу лет она узнала бы этот взгляд.
-Ваня,- произнесла она негромко имя любимого.
-Настя, ты..- задохнулся от счастья Иван Макарович.
Они не виделись очень много лет, целую жизнь, а встретились так , словно расстались только вчера. Они встретились и не могли наговориться. Иван Макарович узнал, что муж у Насти пропал без вести в сорок четвертом и она больше не была замужем. А еще у нее взрослый сын которого зовут Иваном и он так же , как и дед священник. Настя не задавала вопросов почему Иван не сдержал свое слово  данное ей  под яблоней в саду, а просто молча гладила его руку и была счастлива этой встрече. Иван Макарович вдруг остро понял, что это то, чего ему  не доставало в жизни. Этого взгляда, этого голоса, этого тепла..
     Услышав звонок в прихожей, Галина Евгеньевна пошла  открывать дверь. На пороге стояла дочь Марина с элегантно одетым мужчиной лет сорока пяти. Гости прошли в гостиную.
- Мама, познакомься , это Капель , мой адвокат и любимый в одном лице,- сказала она усаживаясь в кресло.
- Здгавствуйте, - мужчина ,слегка картавя, поприветствовал Галину Евгеньевну.- Я пгедседатель коллегии адвокатов, вот моя визитка, там есть номер для связи.
Галина Евгеньевна взяла красивую визитку с вензелем рядом с которым крупным шрифтом была напечатана фамилия и инициалы К.Г.Маркс. Она улыбнулась.
- Тот самый? Что-то молод и не похож. Не обижайтесь ради бога..
-Вы знаете, я уже пгивык к таким шуткам,- отозвался мужчина на ее слова.
- Мама, мы к тебе по серьезному вопросу,- прервала их диалог дочь.- Ты присядь , послушай,- указала она рукой на свободное кресло рядом с собой.
-Мама, Капель очень умный, он знает как нас сделать миллиардерами. Он уже проделывал это с другими , я разговаривала с этими людьми, все сработало ,он сейчас расскажет.
Галина Евгеньевна присела в кресло.
- Суть моей схемы такова, - начал говорить откашлявшись Капель. –Ваш колхоз , котогым гуководит уже много лет Иван Макарович, можно забгать с потрохами сменив его организационно-пгавовую форму. Сейчас все имущество колхоза в обезличенных паях, активов много, они большие , но не выделены в натуре и поэтому члены-пайщики не знают в чем их доля на сегодня: в колесе от трактора или в трубе от колхозной котельной. К тому же многие пайщики умерли и у них нет наследников, это тоже для нас большой плюс. Мы должны организовать общее собрание, на котором я вместе с председателем или без него, по доверенности , скажем пайщикам, что целях оптимизации мы переводим все наши активы в новое предприятие с тем же названием. Был колхоз «Заря» , а будет ООО «Заря». Всех людей мы переведем в ООО без изменения условий трудового контракта.
- Так, и.. ,- Галина Евгеньевна заинтересованным взглядом пристально посмотрела на Капеля.
- Галина Евгеньевна, вот здесь как раз и кроется юридический нюанс. При создании Общества с ограниченной ответственностью, учредитель, внесший минимальную сумму десять тысяч рублей в уставной капитал, становится стопроцентным собственником всех активов организации, а перешедшие на работу в ООО из колхоза специалисты становятся просто наемными работниками, которые даже не имеют права голоса. Все решения принимает единолично учредитель и, соответственно, он получает в собственность все то, что десятилетиями зарабатывал и приобретал коллектив колхозников. Так законно человек становиться миллионером, ну если кратко,- Маркс достал из кармана носовой платок и вытер пот со лба.
- А если кто не захочет переходить в ООО , что с ними?- задала вопрос задумчиво женщина.
- Кто не захочет, тот  останется в колхозе без земли, техники, зданий и всего прочего. Поскольку сельхозпредприятие не будет работать, никто не получит зарплату и не заплатит налоги. Отвечать по всем обязательствам придется оставшимся у пустого корыта пайщикам, которым ,в лучшем случае, удастся инициировать процедуру банкротства и они опять же придут к нам, но мы бесплатно не работаем,- хрипловато засмеялся Капель потряхивая кучерявой бородкой.
- Мама , это наш шанс , грех не воспользоваться,- вставила в разговор свое мнение Марина.
- Это-то да, но как уговорить отца, он на такое точно не пойдет, коммунист же,- задумчиво произнесла мать. Марина встала с кресла и  подошла к ней.
- Надо постараться уговорить его любым способом, это в наших с тобой интересах и в интересах детей и внуков. Галина Евгеньевна согласно кивнула головой, а Марина продолжила. – Если не согласится, организуем его отправку в психушку, скажем надо подлечиться, а там врачи сделают свое дело, у Капеля есть такое заведение на примете и главврач там свой человек.
- Да, есть,- коротко согласился со сказанным Капель ,пожимая плечами.
 
Через две недели после приезда жены и дочери в психоневрологический пансионат Иван Макарович умер. Не выдержало сердце старика. Через три месяца на фасаде правления колхоза появилась памятная доска с барельефом Героя труда Вершинина , а колхозу присвоили его имя. После пышных похорон, в текучке дел, все понемногу стали забывать о человеке прославившем свой колхоз. А по весне на могилке Ивана Макаровича ,у изголовья, появилась посаженная неизвестно кем,  густо покрытая  белыми цветами,  яблоня..