Дыхание Пигмалиона

     Электробус. Сидим друг против друга, по диагонали.
     - Вам что-то не нравится во мне? – смотрит открыто и смело.
     - С чего вы взяли?
     - Вы смотрите неодобрительно.
     - Я вообще на вас не смотрю.
     - Нет, смотрите. Что во мне не так? – Вопрос прямо в лоб.
     - Хотите откровенно?
     - Да, хочу.
     - Вы расстроитесь.
     - Нет, не расстроюсь.
     - Ладно, хорошо. – Я ещё раз окидываю её пристальным взглядом. – Чёрные башмаки на тяжёлой платформе и рваные широкие джинсы совсем не вяжутся с вашей лёгкой фигурой.
     - Такова мода. – Она пожимает плечами.
     - Мода, - полуназидательно произношу я, - Это не то, что носят люди, мода – это то, что вам идёт.
     - Хорошо, ещё.
     - Этого мало?
     - Мало.
     - Ладно. Чёрный лак на ногтях, хотя и сочетается с обувью, но спорит с малиновой помадой и радостным рисунком в мелкий цветочек на вашей блузке.
     Чувствуется, что она задета за живое, но терпит.
     - Правда?
     - Правда.
     - Ещё.
     - А, ещё, наспех собранные в пучёк волосы цвета коррозии металла и невпопад малахитово-берюзовый браслет из крупных бусин на тонком запястье.
     - Всё? – Она уже полыхает. Брови высоко вздёрнуты, глаза становятся дерзкими.
     - Давайте ещё.
     - Не перегреетесь?
     - Это не ваша забота, - уже грубо.
     Молчу обиженно.
     - Ну?
   Продолжаю молчать глядя в сторону.
     - Не останавливайтесь на достигнутом.
     Опять молчу.
     - Ладно. Больше не буду грубить, говорите.
     - Луи Виттон – это моветон, коричневый не сочетается с чёрным. Да, и вообще, думаю что это подделка.
     - Подделка?
     - Да.
     - Я за эту сумку кучу денег в ЦУМе заплатила.
     Жму плечами.
     Некоторое время сидим молча, я искоса наблюдая за ней, она – кипя как самовар на маленьком огне.
     - А, вы кто?
     - Художник.
     - Пишете маслом?
     - И не только.
     - Хотите сказать, что разбираетесь в дизайне одежды.
     - Ничего не хочу сказать.
     Опять продолжительное молчание. Потихоньку остывает.
     - Ладно, хотите написать новую картину?
     - Пока не нашёл сюжета.
     - Я дам вам его.
     Удивлённо поднимаю брови.
     - Новая картина – это я.
     - Вы желаете портрет?
     - Я даю вам полный карт-бланш: делаете со мной что угодно, но через месяц я должна выглядеть, как героиня с холста Джона Уотерхауса. Возьмётесь?
     - Очень смело, не боитесь?
     - Нет, я вам доверяю.
     - Так быстро?
     - Так быстро.
     Через месяц идём по Большой Никитской, её тонкое шёлковое платье, цвета весны, вьётся вокруг стройной ноги, белые туфли-лодочки стучат по мрамору мостовой. Светло-русые волосы, в крупных кольцах, длинно колышутся за спиной.
     Прохожие поворачивают  головы ей вслед, останавливаются.
     Я иду чуть позади, улыбаюсь весне и синему небу.
     Ещё через три месяца выходим из Елоховского собора, спускаемся по ступенькам. Она подставляет лицо яркому летнему солнцу, вытягивает к его лучам руку. Длинные пальцы-стрелки блестят перламутром на ногтях, золото сияет на безымянном пальце.
     Оба счастливо улыбаемся.
     Трудное это дело – писать новую картину.

15 февраля 2023 года, Москва.