Плечевая

                *Николай Мамойко

                ПЛЕЧЕВАЯ

                ---Рассказ---

        Последние километры до областного города Виталий Сысоев ехал с предельной осторожностью. Дорога, казалось, утонула в густом предутреннем тумане, а он, к тому же, сильно устал. Позади сотни километров ночной трассы. Хотелось спать, приходилось прикладывать усилия, чтобы окончательно не уснуть за рулём. 
        Понимал, что в таком состоянии недалеко до аварии, и облегчённо вздохнул, увидев в тумане тусклые огоньки придорожного кафе. Решил, что не помешает взбодрить себя чашечкой горячего кофе, а, возможно, и слегка передохнуть.
        Вспомнив, что где-то рядом есть площадка для временной стоянки большегрузных машин, Сысоев внимательно посматривал по сторонам в поисках удобного съезда с трассы. Плотный туман буквально съел все ориентиры и потому водителю приходилось больше полагаться на интуицию, чем на визуальный контакт.

        В этот момент из молочного тумана  перед самой кабиной неожиданно возникла фигурка женщины. Махая руками, она бросилась наперерез ходу машины. Виталий резко затормозил и, одновременно стараясь уйти от столкновения, стал выкручивать руль вправо. Но гружёная  махина неохотно теряла скорость.
Наконец фура во что-то упёрлась и остановилась.
        Виталий облегчённо выдохнул: ничего страшного, вроде бы, не случилось. Но вдруг обожгла тревожная мысль: "А куда делась женщина, которая так неожиданно вынырнула из тумана перед машиной?" Последнее, что он увидел, был её отчаянный жест руками, призывающий к остановке.
        О плохом думать не хотелось. Женщина наверняка в последний момент увернулась и отскочила в сторону. Но что же её заставило броситься чуть ли не под колёса, в этом надо было разобраться.

        Открыв дверь кабины, Сысоев хотел было уже спрыгнуть на землю, как вдруг увидел перед собой огромный чёрный провал вместо дороги. Яма была широкой и глубокой. Так вот почему женщина отчаянно бросилась наперерез машине! Ещё мгновение и он с машиной влетел бы в этот провал. Судя по тому, что рядом с провалом на обочине лежал искорёженный остов кузова такого же, как у него,  прицепа автопоезда, нечто подобное здесь уже случалось. В него и упёрлась кабиной его фура.
        В этот момент услышал слабый стон с последующим отборным матом. Осторожно спустившись на землю, стараясь не наступать на край обрыва, Виталий обогнул провал  и чуть поодаль увидел размытый густым туманом нечёткий силуэт женщины. Она сидела на дороге, держась одной рукой за ушибленное, видимо, место ноги, а другой, опираясь на асфальт, пыталась встать. Видать, всё-таки, он  слегка задел  её бортом.
 
        Виталий поспешил на помощь. Подхватив женщину под мышки,  помог ей подняться, участливо спросил, что и где болит,  предложил помощь. Пока женщина отряхивала себя от дорожной пыли, поправляла одежду, он, предпринимая несмелые попытки помочь ей в этом, торопливо произнося слова  благодарности  за смелый поступок, выражая, при этом, одновременно и восторг, и сочувствие, и упрёки:
--Вы меня спасли от большой беды. Если бы не вы, не миновать бы мне аварии.  Большое спасибо вам за это. Вы смелая женщина! Но зачем же так опрометчиво бросаться под колёса машины! Хорошо, что всё обошлось. А если бы что случилось - отвечать бы мне пришлось по полной.
        Женщина, не отрываясь от своих занятий по приведению  в порядок одежды, неожиданно насмешливо ответила:
--Если бы я не успела вас предупредить, вам, скорее всего, не пришлось бы уже ни за что больше отвечать. Как и вашему предшественнику.  Он приезда скорой даже не дождался.

        В голосе женщины Виталию показались знакомые нотки и он внимательно посмотрел на свою спасительницу. Не сразу, конечно, но ему хватило и пары секунд, чтобы через тревоги и волнения момента и белесую пелену тумана  в его сознании  проявился некогда хорошо знакомый облик этой женщины. Он даже на какое-то время потерял способность соображать.
        В реальность происходящего невозможно было поверить, и Сысоев буквально впился взглядом в женщину. Нет, ошибки быть не может! Перед ним была Жанна, некогда его любимая жена. В конце концов он только и смог сказать:
--Это ты!

        Женщина, видимо, узнала его чуть раньше и уже сумела взять свои эмоции под контроль. Она криво улыбнулась на его несуразный в данной ситуации вопрос и с тоскливыми нотками  иронии в голосе ответила:
--Узнал - уже хорошо! А то я подумала, что сделаешь вид, что не знаешь меня.
--Тебя, Жанна, действительно трудно узнать, - смущённо признался Виталий. - Последний раз я видел тебя совсем другой.
--Тоже мне вспомнил! Когда это было!
--А как ты здесь оказалась?
Виталий задал этот вопрос больше из вежливости, из желания перевести разговор на ситуацию предшествующую едва не случившейся аварии. А что она представляет собой и чем занимается он, приглядевшись, догадался по её внешнему облику.

        Сейчас она выглядела совсем иначе, чем он привык её видеть раньше.  Короткие волосы с нарочито взъерошенными прядями, лёгкая кожаная курточка  вся в металлических заклёпках и такая же кожаная  коротенькая юбка,  из-под которой были хорошо видны зажимы подтяжек для крепления чулок в крупную сеточку. На руках  широкий кафф-браслет с металлическим серебристым оттенком и массивные серебряные кольца, на ногах - открытые красивые туфли на толстой подошве и массивным каблуком. Даже трудно было себе представить, что женщина в таком облачении бросилась спасать дальнобойщика.

        И вдруг его озарило: Жанна спасала не какого-либо абстрактного дальнобойщика, а именно его! Каким-то образом узнала, что он должен здесь проехать и решила предупредить об опасности. Глубокая волна тёплого чувства благодарности к ней наполнило мужчину. Поспешил поделиться своей догадкой с Жанной. На что она, грубовато рассмеявшись, с сарказмом ответила:
--Не льсти себе. Я вышла на дорогу, услышав шум приближающейся машины, и увидела, что сигнальный фонарь, установленный аварийной бригадой накануне, не горит, а ленты ограждения под влажным туманом, просели почти до асфальта. Их и с лупой не сразу увидишь. А тут и ты нарисовался. Хорошо хоть не гнал машину так быстро, как твой предшественник.
       Сысоев не сразу нашёлся что сказать на это неприятное для него признание. А женщина, похоже, и не ждала от него никаких слов, посоветовала:
--Ты убрал бы свою машину с дороги, а то следующий дальнобой  врежется  уже в тебя.  А я пойду пока в кафе предупрежу об аварийной обстановке.
        Отойдя на несколько шагов, обернувшись, спросила:
--Тебе заказать кофе?

        Войдя в кафе, Сысоев увидел Жанну, сидящей за столиком недалеко от двери. Она держала в руках чашку дымящегося кофе и неторопливо делала маленькие глотки, думая о чём-то своём. Взгляд её был устремлён куда-то вглубь помещения. Во всём её облике чувствовалась какая-то отстранённость. Она даже не сразу заметила его появление.
        Ещё одна чашка с кофе стояла на столе, и  Виталий, справедливо рассудив, что это для него, присел напротив. Окинул женщину взглядом: хотелось разглядеть её при нормальном освещении. С горечью отметил, что ничего из прошлого, что  напоминало бы ему бывшую жену, в ней не было.
        Та девушка, что пленила его, была утончённой, с изящной хрупкой фигуркой. У неё были густые волнистые волосы, красивый светлый овал лица, высокие брови над большими выразительными глазами, которые придавали ей всегда удивлённый вид. Она была не прочь пошутить и даже поиронизировать над ним.

        Познакомились на даче его приятелей. Машина была на техосмотре,  рейс в ближайшие дни не предвиделся, можно было расслабиться. Тем более, что майский вечер был теплым, компания весёлая. Виталий не сдерживал себя, как это обычно бывало перед рейсом.
        Когда был уже навеселе, в компании появилась ещё одна девушка. Она была знакомой хозяйки дачи Ольги. Они вместе работали в школе преподавателями. Виталию сразу всё в ней понравилось - и редкое имя Жанна, и её пухленькие от природы губки, и лёгкая гримаса, скользнувшая по лицу, когда он, представляясь ей, назвал себя дальнобойщиком.
        Жанна, как позднее рассказывала Ольга, очень удивилась, узнав, что у неё в знакомых есть и обыкновенный шофёр, да ещё и дальнобойщик. Но обычно сдержанный Виталий в этот вечер был в ударе - много шутил, рассказывал весёлые истории  и раскованно танцевал. И Жанна сама не заметила, как стала ревновать подругу к Виталию, когда тот приглашал на очередной танец не её, а Ольгу или другую девушку.
        Позже она призналась подруге, что выделила парня сразу из всей мужской компании.
--Высокий, плечистый, с хорошими крепкими пропорциями тела и светлым улыбающимся лицом - разве я могла прийти мимо! А при близком общении я и вовсе потеряла голову. В нём было и юношеское обаяние, и наивность, и мужественность одновременно, - делилась на радостях Жанна с Ольгой, когда они с Виталием уже поженились.

        Виталий оказался заботливым, внимательным мужем. После рейса всегда торопился домой и каждый раз возвращался с подарками для любимой жены. И дома всё заботы об уюте брал на себя. Казалось, ничто не может помешать семейному счастью молодых людей.
        Омрачало только то, что Жанна упорно не хотела заводить детей. И однажды Виталий заговорил с супругой на эту тему в очередной раз. Та неожиданно  с ноткой обиды в голосе  спросила:
--Ну что тебе не хватает? Нам и без детей с тобой хорошо. Давай пока молоды поживём для себя. А детей завести всегда успеем.
        Виталий в очередной раз отступился, только  мечтательно сказал:
--С детьми дом полнее стал бы. Вернулся я с рейса, а меня встречаешь ты с карапузом. Разве это не счастье!

        А потом в их жизнь вмешался, как это часто бывает, его величество случай. Возвратившись как-то раз из рейса, он не застал Жанну дома. Позвонил Ольге и та, к его радости, сразу позвала к телефону его жену. Оказалось, его друзья в широком семейном кругу отмечали день рождения своего сорванца, которому исполнилось семь лет, и он готовился пойти в этом году в школу. 
        Ольга с мужем Ильёй тут же потребовали, чтобы Виталий немедленно присоединился к их компании, чему он от души обрадовался. Рейс в Китай выдался трудным, самое время развеяться немного. Да и по жене сильно соскучился.
        Немного портила настроение, пока добирался к друзьям, мысль, что и у них с Жанной тоже мог уже быть малыш. Но стоило присоединиться к шумной компании  и включиться в весёлую суету праздничного вечера, как все тревожащие его мысли улетучились.

        Некоторые из гостей были незнакомы Виталию. Они пришли отметить день рождения именинника вместе со своими детьми. На веранде, где в этот раз было организовано застолье, было необычайно шумно. Одни гости танцевали, другие продолжали произносить многословные витиеватые тосты, а кто-то  уже пытался затянуть песню. Похоже, веселье было в самом разгаре.
        Припозднившегося Виталия гости встретили теплыми приветствиями и большим штрафным бокалом с крепким напитком. И потом смех и шутки не утихали ни на минуту. А он при первой же возможности присоединился к жене и пригласил её на танец. 

        Отметил, что Жанна в этот вечер была необыкновенно красива. Виталий сильно соскучившись по ней за долгий рейс, не спешил отпускать жену от себя, хотя желающих потанцевать с ней было много. При каждом удобном случае тянулся к её пухленьким губам.
        В какой-то момент заметил, что это не очень нравилось Жанне. Она даже отвела супруга в сторону и упрекнула:
--Ну куда ты всё торопишься! Мы здесь не одни, в конце концов. Потанцуй с кем-нибудь ещё.
--А ты не заревнуешь? - шутя спросил он.
--Вот ещё придумал! - отмахнулась Жанна.
        Виталий неожиданно почувствовал укол обиды. И когда  кто-то из подвыпивших гостей пригласил её на очередной танец, он отпустил  жену и, поглядев грустно вслед, пошёл к детям, которые веселились отдельно от взрослых.

        Посидел какое-то время в беседке, наблюдая за их играми, потом вернулся на веранду. Не увидев среди танцующих Жанну, пошёл бродить по даче. На первом этаже никого не было. Подниматься на второй в отсутствие хозяев счёл неуместным, присел на ступеньку лестницы и задумался. И впервые ему показалось, что у них с Жанной что-то изменилось в отношениях. Что именно - он пока не понимал. Но что какой-то невидимый барьер возник, в этом у него не было сомнения.

        Его размышления прервали голоса, доносившиеся со второго этажа. Прислушавшись, сразу определил, что один голос принадлежит Жанне, а другой хозяйке дачи Ольге. Обрадовавшись, собрался уже присоединиться к женщинам, как вдруг услышал своё имя. Говорила Ольга:
--Виталька классный мужик, что ты кочевряжишься! Сама же говоришь, что любишь его - так что тебе тогда ещё надо? Всегда при деньгах, тебя любит самозабвенно. Это даже невооружённым глазом видно.
--Тебе легко говорить. Сама-то выбрала другого - инженера.
Было слышно, как Ольга рассмеялась:
--Дурочка ты! Я Виталика больше любила, но он не обращал внимания на меня. А вскоре я залетела и раздумывать больше не пришлось. Я и сейчас иногда на твоего мужа засматриваюсь, но он, кроме тебя, никого не видит.
--Ты что это серьёзно говоришь? - в голосе Жанны послышалось изумление.
--Ещё как серьёзно! Только уже ничего не исправишь. Илья за мной ухаживал, а я по легкомыслию уступила ему, хотя любила другого. Обида примешалась, что Виталька не обращает на меня внимания.
--А мне казалось, что ты из-за статуса выбрала Илью.
--Причём здесь статус! - похоже пришло время изумляться Ольге. - Времена сейчас другие. Никто на эту архаику не обращает внимания.
--Не скажи! В учительской я только и слышу, что у одной муж депутат, у другой - начальник, у тебя вон прораб. А что про меня могут сказать! Что у меня муж шофер-дальнобойщик! В глаза, конечно, не говорят, но наверняка так думают. А появится ребёнок, как ему объяснить, что отец не тот дальнобойщик, про которых столько досужих  анекдотов напридумано.
--Ну ты даёшь, подруга! Я даже подумать не могла, что ты такая дремучая дурочка. Ладно, давай по маленькой да пойдём к гостям.
        В следующую минуту было слышно, как напиток разливается по бокалам, а потом  раздался звон. Женщины чокнулись и почти одновременно произнесли тост:
--За нас любимых!
 
       Потом надолго повисла пауза. Виталий уже подумал, что самое время незаметно уйти. Тем более, что услышанный разговор буквально оглушил его. Буря противоречивых эмоций захлестнула его сознание. Мысли одна другой обиднее крутились у него в голове: шок за оценку его работы женой, неловкость за то, что стал невольным свидетелем разговора, и главное, что именно его профессия является препятствием для Жанны родить ребёнка. "Неужели она и правда так думает!"-  с горечью думал он.

        Не сразу сообразил в какую сторону идти, а в это время разговор подруг возобновился с вопроса Ольги:
--Слушай, а ты случайно не из-за своих этих причуд аборт сделала, когда вы только стали встречаться с Виталькой?
--Нет, это мне "подарок" оставил прежний мой парень. Хорошо, Виталий отправился в очередной рейс на несколько дней - ничего не заметил.
--Ну так выбрось всю свою дурь из головы и роди ему парня или девочку. Он тебя не руках носить будет.
--Понимаешь, подруга, мне кажется, что я лучшее время для этого уже упустила. -
Ольга, видимо, собиралась возразить, поскольку Жанна повысила голос:
--Да, да! Упустила. И причина тому не в чьих-то чувствах. Скорее, в восприятии чувств мной самой. 
--Я пока ничего не понимаю, - призналась Ольга. - Может, пояснишь.
--Мне и самой себе это сложно объяснять. Одно могу сказать, причина в частых разъездах Виталия. Нет, я не изменяю ему. Но одну странность заметила. Парни, которые, крутятся вокруг меня, щедры на лестные слова.
--Ну и что тут необычного увидела? Кобели домогаются своего, вот и исходят словесным елеем, - встряла в рассуждения подруги Ольга. -Думаешь, ко мне с такой чушью не пристают! Сплошь и рядом. Мы же с тобой девки не из последних будем - красавицы!
--Дело в другом. Вот тут мне недавно один встретился в фитнес-зале. Стал говорить те же слова, что и муж часто говорит. Но они как будто приятнее на слух. Мужа даже иногда хочется упрекнуть, чтобы лишний раз не разбрасывался такими словами. Настолько всё из его уст привычно  и даже пресно. А у незнакомого парня, я отметила, они звучат по-другому. Свежее, что ли. Как будто обещают открыть тебе что-то новое, неизведанное. 
        Видимо, Ольга на какое-то время углубилась в слова Жанны, потому как снова возникла пауза. Потом, вздохнув, устало предупредила:
--С такими мыслями, дорогая, ты далеко в семейной жизни  не уедешь. Берегись своих желаний - вот что я тебе скажу.
        Слушать дальше разговор подруг Виталий посчитал бессмысленным. Услышанная накануне информация как будто отключила мозг. Он, по сути, уже не мог правильно воспринимать новые признания женщин. Слова скользили, как будто мимо него. 

        Ненормальное состояние парня при возвращении его на веранду заметили многие гости. Не желая вступать в объяснения, Виталию пришлось сослаться не чрезмерную усталость. Ему не хотелось ни разговаривать, ни оправдываться, ни спорить. Попросив Илью объяснить всё Жанне, не особо пугая её, Виталий на такси отправился домой.

        Пищи для размышлений у него было хоть отбавляй. Особенно неприятным открытием для него стало то, что все прошедшие пять лет совместной жизни  жена стыдилась его профессии, в то время, как он гордился своим делом. Он перевозил грузы нужные стране, населению, стройкам, заводам. И такая пощёчина! И уж тем более представить не мог, что может возникнуть ситуация, что ему придётся оправдываться перед сыном или дочерью за профессию.
        Стоило подумать об этом, как сердце защемило от боли. Со слов жены получалось, что по этой причине она не хочет иметь от него детей. Его красавица жена в угоду чужих стереотипов готова и его лишить обыкновенного житейского счастья. И как с осознанием этого жить дальше, на что надеяться!

        Сейчас этот  конфликт пока внутренний. Может, его и надо внутри себя потушить, пока он не превратился в нечто большее. Подумав и немного остыв, Виталий решил его таким, внутренним, и оставить, с женой пока ни о чём не говорить. Возможно, она сама поймёт своё заблуждение. Не исключено, что она поддалась чужому мнению и это  "ослепление"  временное  и скоро пройдёт. Но пока это добавляло только боли.
        Потом неожиданно пришла мысль, которая слегка притушила его внутреннюю бурю. Жанна боится осуждения и, отказываясь от детей,  как бы заранее пытается защитить будущего ребёнка от возможных насмешек, связанных с его профессией.  Это не столько про него, сколько про её тревогу. Главное, она сохраняет чувство любви к нему.
        Ни о чём другом ему думать уже не хотелось. И он уснул, не дождавшись возвращения домой жены.

   
        В отношениях между супругами после этого случая ничего не изменилось.  Даже показалось, что Жанна стала более внимательно к нему относиться, а в некоторых ситуациях стала более нежной. Это лишний раз убедило Виталия насколько он был прав, решив не затрагивать эту тему. И только спустя какое-то время пожалел, что не поговорил по душам с женой. Может, каким-нибудь образом уберегло бы её от необдуманных шагов.
        Вернувшись из очередной длительной поездки в Казахстан, он узнал, что Жанну уволили из школы. Причину ни она, ни друзья на его звонки не говорили. Отнекивались или  называли  какие-то вообще несуразные вещи. Ему вообще казалось, что Жанна находится в неадекватном состоянии. Стоило заговорить с ней о причине увольнения, как она начинала злиться, кричать и тут же следом приступала безудержно рыдать.

        И только навестив Ольгу, он узнал истинную причину увольнения. Её супруг  был  ещё на работе, когда она пригласила Виталия на "рюмку чая", как они называли лёгкое баловство с вином. Тогда и шепнула ему, что Жанну уволили за интимную связь с учеником выпускного класса. Сказав об этом, она, оглядываясь, словно боялась, что их подслушают, добавила:
--В школе уверяют, что это был не первый случай. Её после этого, вряд ли, в какую-нибудь школу возьмут.
        Допив рюмку, Ольга, не глядя на Виталия, отстраненно произнесла:
--Она и раньше мне говорила, что постоянно чувствовала между вами какую-то несовместимость, даже по внешнему облику. И потому твои ласковые слова и признания в любви не давали ей полного ощущения искренности с твоей стороны. И совершенно по-иному воспринимались  признания других мужчин.

        Отправляясь в очередной рейс, Сысоев твёрдо заявил Жанне, чтобы к его возвращению её в доме не было. Он больше не хотел её ни видеть, ни слышать о ней. 
      И вот теперь Жанна сидела перед ним. Несколько минут назад она, жертвуя собой, уберегла его от большой беды, а может и спасла ему жизнь. Его неожиданно охватило какое-то щемящее чувство.
        Не зная о чём говорить, спросил о причине образовавшегося провала на дороге. Жанна как будто ждала этого вопроса, спокойно стала рассказывать, что откос нарушили ремонтные рабочие при замене коробов водоотливной канавы, а тут пошли затяжные дожди и откос "поплыл". Следом стало вымывать дорожный грунт.   
      Опасность не сразу заметили. А когда асфальт провалился было уже поздно что-либо предпринимать. Одна фура влетела в провал, водитель погиб. Ремонтная бригада начнёт устранять аварийную ситуацию с утра, если погода позволит.

        Этот нехитрый рассказ Жанна завершила вопросом, который он сам хотел ей задать:
--Как живёшь, Виталя? Женился или пока ходишь холостяком?
Подумав немного, произнесла главное, что ему хотелось услышать:
--Ты прости меня. Я столько раз хотела тебя встретить и попросить прощения. Я столько боли тебе принесла.
Тяжело вздохнув, она продолжила:
--Жизнь сурово наказала меня. Вытолкала на самую обочину.
        Виталий с грустным удивлением посмотрел на Жанну, а потом перевёл взгляд в сторону, как будто надеясь увидеть там подсказку ответа. Слишком много всего ему пережить пришлось, слишком долго в нём всё это сидело, мешало полноценно жить. То чувство, с которым он жил с ней, бесследно враз не исчезает. Но и ругаться не хотелось.
      Да и у неё сейчас совсем другая жизнь. Хорошая или плохая - не ему судить. Захочет сама скажет.

        Окинув  Жанну внимательным взглядом, наклонил голову, будто прислушиваясь к себе, и тихо произнёс:
--До сегодняшнего дня я считал, что не смогу тебя простить. А сейчас думаю, что прошлое пора отпустить. Просто, давай признаем, что было больно и не будем добивать друг друга. Если ты не против, давай просто посидим, может, про что-то совсем обычное поговорим. Про погоду, про работу, про что угодно, только не про то, что было. А остальное пусть идёт своим чередом.
--Да, ты прав. Ещё раз прости. 
Прислушавшись к шуму на улице, Жанна тихо сказала:
--Мне пора... Там кажется очередная фура идёт. Возможно мне найдётся работа.
        Она легко подхватилась из-за столика и направилась к двери. Виталий, спохватившись в последний момент, крикнул вдогонку:
--Спасибо тебе. С меня при следующей встрече чашка кофе.
 
28.10.2026г.
г. Смоленск