Западные апачи. К вопросу о происхождении кланов

Выше мы давали характеристику кланам западных апачей и прежде, чем преступить к характеристике статуса их вождей и старейшин, хотелось бы отметить специфические некоторые черты их кланов в контексте гипотезы о происхождении.
И так функции семьи, семейного кластера и локальной группы в целом по мнению исследователей дублируются практически у всех южных атапаскских народов, но наличие кланов наблюдалось только у западных апачей и навахо. Допуская, что клан не был частью первоначальной структуры, привнесенной с севера, единственное разумное по мнению Г.Гудвина и М.Оплера предположение состоит в том, что клан как структура каким-то образом был приобретен западными апачами на Юго-западе. (Goodwin, Grenville; Opler, Morris E., Grenville Goodwin among the Western Apache: Letters from the field. Tucson: University of Arizona Press. – 1973. р.87.)
 Поскольку клановые системы навахо и западных апачей больше напоминают системы хопи и зуни, чем любые другие в этом регионе, представляется весьма вероятным, что они возникли в результате контактов с этими народами или с народами, очень похожими на них. Ведь как мы отмечалось выше, кланы навахо поразительно похожи на кланы западных апачей, и можно предположить, что западные апачи переняли эту систему у навахо, или наоборот.
Прежде чем данную гипотезу предложить научному сообществу, было необходимо установить такие черты кланов западных апачей, как отношение животных и птиц к кланам, церемониальные прерогативы кланов и связь клана с «обрядом ган».
Г.Гудвин отмечал, что отсутствие каких-либо контактов между западными апачами, хопи, зуни и пуэбло в исторические времена, кроме торговых и эпизодических набегов, затрудняет объяснение происхождения клана от пуэбло. Торговые вояжи западных апачей к пуэбло длились по два-три дня, после чего следовал быстрый отъезд. Следующий визит мог состояться через шесть месяцев или год. Выше говорилось, что учеными в ходе полевых работ не было зафиксировано случаев смешанных браков апачей с женщинами хопи или зуни или их похищения, хотя в какой-то отдаленный период смешение могло иметь место. «Опять же, вполне возможно, – писал Г.Гудвин, – что западные апачи занимали северную часть своей исторической территории, когда она бала еще населена пуэбло. Регион усеян руинами относительно недавнего происхождения, и некоторые из них демонстрируют культурную связь с зуни. Тот факт, что земледелие было важно как для навахо, так и для западных апачей (а среди западных апачей кланы были тесно связаны с земледелием), может указывать на происхождение клана и земледелия у западных апачей от пуэбло». (Goodwin, Grenville, The Social Organization of the Western Apache, – University of Arizona Press, 1969 р.161).
Для большинства южно-атапаскских племен характерны несколько ключевых особенностей:
особое отношение к родственникам – они называли близкими родственниками всех, с кем связаны кровными узами.
проживание в семье жены – после свадьбы мужья переходиди жить в общину или семью супруги (матрилокальность).
кочевой быт – они проживали небольшими группами из нескольких семей, которые вместе перемещались по своей территории, чтобы охотиться и собирать дикорастущие растения.
названия групп по месту жительства – людей часто определяли по названию региона, где они проживали.
Благодаря такому гибкому укладу эти племена легко перенимали чужие традиции. Если они встречали другие народы и понимали, что их обычаи полезны или созвучны их собственным обычаям и интересам на тот момент, они охотно переносили эти социальные модели в свою жизнь.
Допустим, что модель экономики западных апачей изначально была такой, какой она была в исторические времена, но доисторическая локальная группа, вероятно, несколько отличалась от вышеописанной.
Доисторической локальной группе не было присуще земледелие. Отсутствие земледелия устраняло необходимость в привязанности к определенным местам и позволяло повысить мобильность.
С появлением земледелия более аморфные локальные ассоциации развились в определенную связь с земледельческим поселением, куда семейные группы возвращались снова и снова. Тенденция апачей обозначать людей по месту жительства вскоре привела к тому, что люди, проживавшие в данном месте, стали называться по его названию несмотря на то, что они состояли из нескольких семейных групп и не связанных между собой материнских линий.
Таким образом, добавление земледелия к уже упомянутым основным чертам, дало исследователям основание полагать, что формирование кланов у западных апачей началось от западных пуэбло. Но одних этих факторов недостаточно для объяснения. Однако более логичной причиной существования кланов среди западных апачей является их наличие среди хопи и зуни.
В тоже время, хикарилья-апачи, хотя и занимались земледелием, но в своей социальной структуре кланов не имели, и то же самое, по-видимому, верно для племен папаго и пима. Различия в методах ведения сельского хозяйства и других культурных и социальных особенностях могли способствовать формированию кланов у одного народа, но не всегда у другого.
Также можно сказать, что обозначение групп, кланов западных апачей топонимами по названию их угодий постепенно могло кристаллизоваться во что-то более значимое, чем просто название для локальной группы. Название угодий применялось ко всем людям, кто находился в том месте, независимо от их различных материнских линий, и в этом отношении клан, как социальный организм локальной группы очень точно отражал это в себе.
Использование в последействии названия клана применительно к людям в него входившим, как правило, определялось матрилинейной родословной. Если процесс следовал строго линейно, то влияние клановой модели на общество было постепенным и могло распространиться от некоторых групп западных апачей на все остальные. Полное отсутствие каких-либо названий кланов у пуэбло (если принять версию исследователей о кланах западных пуэбло как источнике кланов западных апачей) может быть объяснено только чрезвычайно распространенной особенностью западных апачей, которые названия своих кланов обозначали топонимами. Среди западных кланов апачей исследователи видели тесную связь с подкланами хопи и зуни поскольку многие названия этих «родственников» относились к реальным и легендарным кланам и подкланам указанных индейских народов, но установить преобладание названия какого-либо клана пуэбло над топонимом апачей оказалось невозможным.
Распространенное легендарное объяснение происхождения кланов апачей, что они образовались из людей, поселившихся и занимавшихся земледелием на месте, название которого они в конечном итоге приняли, Г.Гудвин считал вполне правдоподобным.
По Гудвину, а также разделявшим его точку зрения исследователям: Ч.Кауту, К.Бассо, Д.Палмер, например, Южные тонто имели ряд кланов в локальных группах, которые некоторыми из апачей, признавались как «истинные кланы», а другие считали их всего лишь обозначением людей, живущих на определенных земледельческих участках. Последняя интерпретация, как правило, относила членов этих кланов к одному уже существующему клану, в то время как первая интерпретация просто связывала их с этим кланом.
Концепция апачей о формировании среди них новых кланов, а именно то, что часть клана (несколько семейных групп, доминирующий клан которых был одним и тем же) мигрировала на новое земледельческое место, также подтверждала догадки ученых.
Не исключено, что еще в середине ХIХ века некоторые кланы Южных тонто все еще находились в процессе формирования. Если предположить, что формирование новых кланов среди Южных тонто все еще было активным, возникает вопрос, как долго это продолжалось бы, и почему оно не было столь же активным среди других групп западных апачей. При неизменных условиях, как полагает Д.Палмер, кланы могли бы продолжать формироваться до тех пор, пока вся доступная территория и места для земледелия не были бы полностью заняты, и кланы не претерпели бы полный переход от локализации (компактного проживания на одной территории с привязкой к какой-то географической точке) к сравнительной нелокализации (процесс, при котором члены одного клана расселялись по разным местам, но при этом сохраняли родственные связи, общую идентичность, а иногда и общие ресурсы). (Jessica Dawn Palmer, The Apache Peoples: A History of All Bands and Tribes Through the 1880s, – McFarland & Company, 2013, р.231)
Если бы зависимость от сельского хозяйства у западных апачей значительно возросла, то по мнению Н.Баумхайера, люди, вероятно, стремились бы собираться в оседлые общины, и социальная структура таких общин во многом напоминала бы города западных пуэбло. Но никаких доказательств того, что сельское хозяйство у западных апачей в середине ХIХ века набирало бы обороты, найдено не было и, вероятно, оно находилось на той же стадии в течение длительного времени. (Nikolaus Baumhauer, Apaches: A History and Culture Portrait – University of Oklahoma Press, 1993, р.63)