А земля-то круглая!

               
       Катя и Женя недолюбливали друг друга с молочных зубов. На ниве острого социального неравенства. Обе учились в частной школе. Только Катя бесплатно, на правах дочери тамошнего учителя географии. А Женя - за те сущие копейки, коими её сверхглубокоуважаемые и избыточнообеспеченные родители считали ежегодную «абонентскую» плату в 5 миллионов рублей. Катя училась старательно, Женя не старалась даже списывать. Её будущее никак не зависело от высоты оценок и глубины знаний. В системе жизненных координат ей вполне хватало широты папиной души, а заодно и толщины его кошелька. С рвением кладоискателя она извлекала из его недр то бумажный, то пластиковый эквивалент природных богатств (папа был топ-менеджером в газодобывающей компании). Свиньи-копилки у девушки не было. Все деньги Женя сразу вкладывала в себя. Инвестиционный портфель включал походы в салоны эксклюзивной одежды, визиты к косметологам и частным фитнес-тренерам. Не по годам рано Женя начала примерять образ жизни тех бизнес-леди, что преуспели благодаря кому угодно, только не себе, зато всегда смотрели на окружающих свысока. В нарушение законов физики и анатомии Женя умудрялась делать это даже сидя. За партой. В основном, конечно, уничтожая взглядом ту самую «серую мышь», которая день за днём что-то нудно отвечала у интерактивной школьной доски. На переменах, окружённая чуть менее обеспеченными подругами (у них было всего лишь по одному телохранителю), Женя нарочито громко хвасталась очередным вояжем на острова Южного полушария или сумочкой, сделанной из фауны тех самых островов. При этом она явно давала понять, что в отличие от неё «кто-то будет всю жизнь ходить с пакетами из WB». Катя, хранившая в подобной таре сменную обувь, не спешила запихивать туда же свою гордость. С детства ей внушали, что главное её богатство - интеллект. Других богатств в семье не водилось со времён раскулаченного прапрадеда. В моменты словесных выпадов Катя выхватывала рапиру красноречия и наносила ответные уколы. Так Женя узнавала, например, что когда собака лает, караван всё равно куда-то там идёт. В плане образования Катя давала Жене куда больше школы. 

       Через 10 лет вербальных баталий случился последний звонок, который, казалось, на веки вечные должен был развести враждующих девиц по разным углам жизненного ринга. На выпускном, в миг прощального зрительного контакта, Катя лишь гневно сощурила глаза. Зато Женя расстаралась: нахально вскинула красиво уложенные брови и громко, без паузы на знак препинания, произнесла «пока, Кать». Как бы подтверждая, что ей действительно плевать на будущее одноклассницы.

       А оно вполне соответствовало ожиданиям обеих. Катя поступила на естественно-географический факультет местного вуза. Женя, естественно, расширила географию своего образования и отправилась в Лондонскую школу права. На правах наследницы многомиллиардного состояния. Спустя несколько лет праздного обучения и редкого присутствия на рабочем месте она убедилась, что в школе ей не врали - земля действительно круглая...

       Компания, руководителем которой являлся отец Жени, заключила выгодный контракт на освоение газовых месторождений в Судане. Правда сразу с двумя «действующими правительствами». Многолетние конфликты всевозможных политических сил этой страны давно переросли в гражданскую войну, в которой каждый из оппонентов не только заочно назначил себя победителем, но и застолбил за собой все важные государственные посты.
Наблюдать, как претенденты возятся вокруг кресла президента, словно на корпоративе пытаясь приземлить себя в нужный момент, было, конечно, занятно. Но экономически не выгодно. Политические игры с непонятным исходом отнимали время. А оно даже в бедном Судане измерялось деньгами. Чтобы выгодный контракт на добычу голубого топлива не сгорел синим пламенем, компания Жениного отца подсуетилась: задобрила каждую из враждующих фракций щедрыми дарами и обещаниями светлого финансового будущего в эти тёмные времена.  Но суданцы не индейцы - «бус» им было мало. Все обещания они потребовали завизировать. Пришлось бледнолицему руководителю компании напрячь оба полушария и направить в сторону Южного делегацию опытных юристов. А заодно и неопытную дочь.  По задумке отца, Женя должна была, наконец, увидеть, каким трудом добывается её нехилая (в отличие от многих суданцев) зарплата.

       План родителя не сработал. Насмотревшись из окна представительской машины на унылые пейзажи и лица, Евгения тем и ограничилась. Отведённые на вояж три дня она провела, забаррикадировавшись в единственном номере люкс единственной не тронутой беспорядками гостиницы. Корифеи права из числа соотечественников всё сделали и без неё. В первый день договорились с одной военной хунтой, на следующий - заключили контракт с другой, на третий - уже спокойно паковали чемоданы.

       Кто бы мог подумать, что именно в этот день один из самопровозглашенных правителей, почуяв в златоносном газовом контракте надежную опору своей власти, выведет на улицы тысячи сторонников, оккупирует резиденцию другого самопровозглашённого, а его самого отправит в тесные апартаменты с решётчатыми окнами. Уже на первом допросе узник под прицелом телекамер (и не только) объявил себя причиной экономического кризиса в стране, массового голода и даже засухи. А в кулуарах (в порыве добровольно-принудительного раскаяния) упомянул, что накануне заключил выгодный контракт с одной зарубежной газодобывающей компанией. Такого факта победители не ожидали услышать. Белые ещё вчера люди в один миг оказались в чёрном списке. Т.е. в списке невыездных. Всю делегацию юристов препроводили из одной гостиницы в другую…

  Дело могли и не дойти до международного скандала. Мастера словесных хитросплетений тут же выложили перед своими очернителями набор аргументов, оправдывающих недопонимание некорректной работой местных переводчиков и чиновников. Но в тот момент, когда корыстный умысел контрактов уже отправился за кулисы, на сцену вышла Женя. Взыграла всё ещё молодая (и, по мнению её носительницы, голубая) кровь. Младший юрисконсульт Евгения Александровна Б. громогласно помянула всех обвинителей по их африканской матери, не забыв вспомнить и своего высокопоставленного отца. Попыталась угрожать и невероятным образом выудила из недр памяти что-то про работорговлю. Ранее униженные юристами местные переводчики постарались реабилитироваться и во всех красках передать суть тирады. Кто из коллег Евгении ещё был способен поседеть, сделал это незамедлительно. Остальные отделались предынфарктным состоянием...

       Тревожные вести донеслись до руководства газодобывающей компании со скоростью мобильной связи – право на один звонок юрист Евгения всё-таки выклянчила. Плачь Ярославны папа встретил мхатовской паузой. А следом Женя услышала примерно те же живописующие слова, что накануне, в режиме повышенного слюноотделения, извергала сама. Свою речь отец завершил по-английски. Нужно было срочно решать проблему…

       Поняв, что личные экономические ресурсы в данном вопросе бессильны, главе газодобывающей компании пришлось идти выше и подключать дипломатические. На следующий день в резиденцию новоиспечённого правительства прибыл главный советник российского посольства в Судане Екатерина Васильевна Д.

       Любовь Кати к географии оказалась столь искренней, что девушка на глубинном уровне постигла все её разновидности, включая социально-экономическую и политическую. Тягу к глобусу оценили. Аспирантуру Катя заканчивала уже в МГИМО, из которого вышла не географом, а дипломатом. Карьеру молодому специалисту без связей пришлось строить со стадии котлована, т.е. с самых низов. Тех, что в районе экватора. Впрочем, начав рядовым сотрудником консульского отдела в Эфиопии, уже через два года Екатерина стала важным специалистом посольства в Судане. Работать в этой стране было непросто. Но Катя давно привыкла к вызовам. Кто бы знал, что новый будет из детства...

       Когда коллеги обрисовали Екатерине Васильевне структуру момента, она восприняла проблему спокойно, с той хладнокровной уверенностью опытного профессионала, что решал задачи и посложнее. Но затем она пробежала глазами по списку соотечественников, оказавшихся в непростой ситуации. И вот тут с главным советником что-то произошло. Флегматичный взгляд сменился хищным ястребиным взором, а на щеках «серой мыши» пятнами проступил нездоровый румянец. Спустя пару минут «краска» вернулась в привычный режим кровообращения. Екатерина вызвала машину и отправилась на важную встречу.

       Внешнеэкономические доводы и имена некоторых государственных деятелей, которые «внимательно следят за ситуацией и желают её скорейшего разрешения», произвели на принимающую сторону большое впечатление. Екатерина хорошо знала своё дело.  Уже через час, по просьбе главного советника посольства, ей устроили свидание с младшим юрисконсультом, пострадавшим за свой длинный язык.

       Кате хватило фразы «ну, здравствуй, Женя». Опытный животновод в ту секунду мог бы сравнить Евгению с миотонической козой, в народе известной как «обморочная». Открытый рот Жени начал рывками всасывать воздух. В обратном направлении устремились какие-то звуки. Встречные потоки мешали вымолвить хоть что-то внятное. Женя просто хрипела. От бессилия лицо её скуксилось. На глазах проступили слёзы жалости к себе. Чем больше расплывалась в улыбке Катя, тем явственнее Женя представляла своё незавидное будущее. «С такой «защитницей» если не аборигены, то папа съест!» - решила Женя. Бессловесный диалог продолжался минут пять, в течение которых одноклассницы прокручивали в голове одни и те же школьные воспоминания. Правда с разными эмоциями.

       Впрочем, вскоре Катя ощутила, что почему-то уже не наслаждается произведённым эффектом. Видимо, годы счастливой разлуки сделали своё дело. Катя стала взрослее, умнее, спокойнее. Желание возмездия уступило место обычному презрению. Устав от нытья временной подопечной, Екатерина Васильевна сухо произнесла: «Ваш вопрос урегулирован. Сегодня вас отвезут в гостиницу. Завтра вы улетаете в Москву». После этого она развернулась и отправилась было на выход. Но задержалась в дверном проеме и, не оборачиваясь, лишь слегка повернув голову, с расстановкой и очевидным акцентом произнесла: «Какое униЖЕНИе для бедного отца». Через секунду её каблучки уверенно застучали по коридору.

       Фраза, которую Катя заготовила и отрепетировала ещё по пути на встречу, теперь ставила жирную точку на всём: на конфликте, до которого Екатерине уже не было дела, на юридической карьере Жени, на аристократическом положении её отца. Нет, конечно, он не лишился накопленных благ. Только вот недра, которыми он распоряжался, принадлежали народу, т.е. государству. И его видные представители, к своему неудовольствию вовлечённые в решение большой дипломатической и экономической проблемы, быстро отправили Жениного папу на почётную пенсию. В один миг вершина списка Форбс отдалилась от него на высоту Эвереста. Лавина гнева, разумеется, накрыла и Женю. В глянцевых списках «амбициозных и перспективных» она более не значилась. В именные названия солидных юридических фирм путь ей тоже был заказан…

       Зато через год в реестре индивидуальных предпринимателей появилась запись о некой Евгении Александровне Б. Оказывает услуги в сфере туризма. С большим знанием дела помогает людям отдыхать и изучать географию. В основном подальше от экватора.