Цвет пепла миров. Глава 5

ГЛАВА 5. ШНУРКИ ПРЕТКНОВЕНИЯ

На мой взгляд, побил все рекорды день вчерашний. Нежданное, негаданное появление моих родителей в приюте, спешный отъезд, визит к муниципальному служащему, куча покупок в магазине, экстренные сборы, сумасшедшая поездка в Космопорт по трассе, где никто не соблюдал правила, затем старт челнока на проходящий трансгал, подобравший нас в созвездии Поющих драконов. Спешка, суматоха, поиски потерянного багажа, заминка с моими документами на паспортном контроле, ужас, охвативший меня, когда сенсор чуть не считал с моей руки удостоверение гражданина Данлинга, - весь этот кошмар едва меня не добил, особенно, если учесть, что этот сногсшибательный денечек продолжался часов сорок кряду из-за несоответствия времени на Ашве и на борту трансгалактического лайнера.

Сегодня же, несмотря на то, что проснулся я только к обеду, и практически весь день смотрел видео и отбивался от попыток Кэпа выведать всю мою подноготную, почему-то чувствовал себя разбитым, как никогда. Впрочем, это был закономерный результат. Ни от чего не устаешь так, как от безделья. Об этом я и размышлял, прыгая по ступенькам вниз по лестнице. Мои родители двигались гораздо медленнее меня из-за маминых каблуков, поэтому слегка отстали.

Я несся, не оборачиваясь, лавировал в толпе людей, поднимающихся к куполу, словно заправский истребитель, ловко уходя от столкновения. Народа было не в пример больше, чем десять минут назад. Что ни говори, а, оказывается, обзорная площадка пользуется неизменной популярностью у пассажиров регулярных рейсов через полгалактики.

Я спускался, особо не обращая внимания на шумные толпы идущих мне навстречу людей, и уже почти достиг основания лестницы, как вдруг почувствовал, что теряю равновесие и стремительно лечу вниз. Конечно, я понял, в чем дело. Проклятый шнурок уже давно тянулся за моим ботинком, пока я в один прекрасный момент не наступил на него другой ногой. Потеряв точку опоры, мое тело больше не подчинялось мне, оно подчинялось искусственной гравитации корабля, и поэтому я падал вниз. Люди поспешно разбегались в стороны, освобождая мне дорогу, и я бы, наверное, полетел носом в твердые плиты квазигранита, если бы не врезался во что-то мягкое.

Лишь один человек не отступил. Может, он просто не заметил грозящую ему опасность – летящего с лестницы подростка, рискующего сбить его с ног? Я и сбил его с ног, попав в мягкие объятия вместо жесткого приземления, стоившего бы мне кучи синяков, как минимум. Человек тут же упал, удержаться на ногах у него просто не было шансов. Я опрокинул его на обе лопатки, оказавшись верхом на его груди.

– Я понимаю, ты очень соскучился, но не до такой же степени, чтобы убить меня. – Услышал я голос Джеффри Кемпбелла, ибо это именно он принял на себя мое летящее по инерции тело. Возможно, Кемп нарочно дожидался меня в холле перед лестницей. Вот так удача! Иначе не собрать бы мне костей.

Он тут же поднялся, сграбастав меня в охапку, и оценил ущерб нанесенный его самолюбию, скользнув взглядом по собирающейся толпе. Мое неосторожное падение на представителя расы данлингов вызвало настоящий переполох в рядах невольных зрителей. Кто-то ахнул, кто-то зажал руками рот, другие осуждающе качали головами, предрекая дипломатические осложнения.

– Чей это ребенок? – Строго спросил Кемп на стандарте, адресуясь к окружившей место происшествия толпе. Никто, конечно, этого не знал. Мои родители задерживались где-то наверху. Где им догнать меня? Человека, несущегося, словно комета – хвостатая комета с волочащимися по ступенькам шнурками.

Люди буквально затаили дыхание, ожидая развязки, выхватит ли этот страшный данлинг жуткое оружие из-под полы своего черного плаща или застрелит подростка, чуть не убившего его, немного позже. Они стояли, с ужасом глядя на меня, заочно приговоренного к смерти, но не спешили прийти на помощь и выцарапать из рук данлинга.

Кемп крепко держал меня за куртку и не собирался отпускать. Он окинул взглядом толпу зевак:

– Я так понимаю, этот ребенок безнадзорный?! – Я попытался слегка трепыхнуться, (естественно, для проформы), но Джефф быстро пресек сопротивление, перехватив мою руку чуть повыше локтя. – В таком случае, теперь он мой! Я беру на себя заботу о нем. – Кемп усадил меня на гранитный постамент памятника первым звездоплавателям, установленный в просторном холле, и принялся, не обращая внимания на пересуды собравшихся людей, не торопясь, шнуровать мои ботинки.

Не знаю, что произвело большее впечатление, категоричное заявление чужака или трогательная забота о ребенке, но толпа зашумела. Кто-то звал капитана, чтобы он помог разрулить ситуацию, кто-то просто возмущенно роптал, не решаясь вступить с данлингом в спор.

Наконец, показался Майлс, он мигом оценил положение и уже через секунду прорвался сквозь кольцо зевак.

– Что здесь происходит? – Подошел он к данлингу. – Что-то случилось с моим сыном? – Взволнованно спросил Кэп. Кругом загалдели зрители, наперебой рассказывая детали происшествия. И, похоже, главное Майлс уловил. – Прошу вас извинить его. Это был просто несчастный случай.

Моя мать подбежала ко мне и обняла, прижимая к себе. Джефф бросил на нее суровый ревностный взгляд.
– Я так понимаю, вы оставили ребенка без присмотра? – Обвиняющим тоном произнес он. – Это преступная небрежность. Я забираю его.

– Что?! – Буквально вскричал мой отец. – Вы не можете его забрать, это мой сын! У вас нет прав распоряжаться чужими детьми!

– Не кричите. – Отрезал Кемпбелл. – Вы травмируете ребенка. Я забираю его до окончания разбирательства инцидента. Это мое право.

– Да, кто вы такой?

– С этого и надо было начинать. Сотрудник дипломатического корпуса представительства Данлинга Клеменс Феррис. – Представился Джефф, сверкнув голографическим значком неприкосновенности, возникшим над левой ладонью.

– Черт! – Выругался Майлс и сбавил обороты. – Приношу вам официальные извинения. Моему сыну всего двенадцать лет. Могу вас заверить, он не террорист и не преступник. Он – просто ребенок.

– Не сомневаюсь в этом. – Не отрицал Кемп. В отличие от хищной рептилии он фокусировал взгляд на собеседнике и вовсе не собирался ни на кого охотиться. Он даже не был агрессивен, а наоборот, излучал ледяное спокойствие. – По законам Данлинга у родителей, не справляющихся со своими обязанностями, детей забирают. – Сообщил он весьма неприятную для Кэпа новость.

– Но мы не на Данлинге. Здесь не действуют его законы. Мы на корабле Федерации. – Напомнил Майлс.

– Вчера ночью мои люди выкупили этот корабль у компании «Фея Клодии», так что теперь он принадлежит компании Данлинга и по закону является суверенной территорией нашей планеты. – Проинформировал Кемп. Он был как никогда хладнокровен и решителен. И самое главное, вполне последователен в своем желании отнять меня у моих же собственных родителей, используя пустяшный повод, зато законные рычаги. Моего мнения он, конечно же, не спрашивал. А стоило.

– Я не понимаю, в чем суть проблемы. – Заговорил Майлс. В его голове явно не укладывалось то, что сейчас происходило. – Это какая-то провокация? Вам нужно любой ценой спровоцировать конфликт? Зачем Данлингу ребенок Федерации? Вам что, не хватает собственных детей?

– У наших детей почти такой же цвет волос, – заметил Кемп и провел рукой по моей голове, слегка взъерошив волосы. – Только у вашего сына он чуть темнее. Волосы цвета пепла сгоревшей в огне планеты – редкий случай.

– Это что, какая-то идиома, или образное сравнение? – Не совсем понял мой отец. – Хочу лишь надеяться, что это не угроза.

– Расслабьтесь, это просто комплимент. – Успокоил его Джеффри. – Конечно, никто у вас не собирается отнимать ребенка. Это была шутка с моей стороны. – Кемп был достаточно сообразителен, чтобы по выражению моего лица понять, я не одобряю его действий, потому-то он и пошел на попятный. – Ваш сын не любит завязывать шнурки – в этом его проблема. Иногда полезно убедиться, что его проблемы не стали вашими.

И на этой «оптимистичной» ноте к нам сквозь расступившуюся толпу пробрался капитан корабля – немолодой мужчина в белом кителе с золотыми петлицами. Его бледное лицо с тонкими губами и выдающимися скулами выражало крайнюю степень озабоченности. Больше всего он желал избежать осложнений, связанных с переходом трансгала под другой флаг, и уж тем паче – столкновения пассажиров с новыми владельцами судна. Но наша проблема разрешилась сама собой. Это была просто шутка, своего рода предупреждение, чем может закончиться пренебрежительное отношение к вопросам воспитания.

   Помощник капитана – шустрый человек средних лет, коренастый, невысокого роста в форменной куртке штурмана был весьма красноречив и попытался успокоить толпу, сообщив, что инцидент исчерпан. Он призвал всех свидетелей происшествия разойтись по каютам и не переживать, корабль по-прежнему идет строго по графику и прибудет в конечный пункт точно в назначенное время.

Кемп улыбнулся таинственной улыбкой и заверил капитана, что все в порядке. Он не имеет претензий ни к ребенку, свалившемуся ему на голову, ни к его родителям. Так что, дипломатический скандал урегулирован, и нет причин затевать из-за такого пустяка войну. Все гораздо осложнилось бы, будь при нем его личная охрана, открывающая огонь на поражение при малейшей угрозе его жизни.

Майлс молча выслушал все это. Видно было, что он тщетно пытается уловить логику в словах Кемпа. Любой компьютер бы просто свихнулся, загрузи в него столько противоречивой информации. Сначала данлинг пытается забрать ребенка, объявляя корабль своей собственностью, потом заявляет, что не имеет претензий, но явно о чем-то предупреждает или даже угрожает применением оружия. А перед этим объявляет все происходящее шуткой. Как это вообще понимать? В общем, Майлсу я сейчас не завидовал.

Моя мать не потеряла от всего этого голову, но посчитала за лучшее увести меня от этого места подальше.

- Ты не испугался? – С тревогой спрашивала она меня. Я отрицательно покачал головой. Мой пульс даже не участился.


– Еще одно подобное происшествие, и я поседею. – Заявил Майлс, вернувшись через час в нашу каюту. По-моему, он пропустил пару стаканов, и отнюдь не молочного коктейля. – Это мы с капитаном, чтобы снять стресс. – Пояснил он жене, извиняясь за свое состояние. – Мистер Стокс тоже не понимает, какая муха укусила данлинга. При их первой встрече Феррис показался ему вполне здравомыслящим человеком, не способным на такое коварство. Это же надо такое придумать – отобрать ребенка. Такое ощущение, что он специально стоял возле лестницы и ждал, когда Алекс свалится на него. Вдумайся только, нарочно ждал, чтобы лишь найти подходящий предлог для стычки. В чем же причина? – Мучительно размышлял Майлс вслух. – Неужели они хотят осложнений в отношениях с Федерацией?

– Может этот данлинг чересчур ударился головой при падении, вот и нес всякую чушь. – Сделала попытку объяснить странное поведение инопланетянина моя мать. – Естественно, он был достаточно зол на Алекса, чтобы…

– Чтобы что? – Перебил мой отец. – Чтобы с олимпийским спокойствием завязать его шнурки? Здесь что-то не сходится. – Сделал он неутешительный вывод. – Что, если никакой он не дипломат, а сотрудник спецслужб Данлинга?

– Ну и зачем ему трогать нашего ребенка? – Не могла взять в толк моя мама. – Я не вижу смысла в его поступках.

– Нет, смысл, как раз-таки, есть! – Рассуждал Майлс. – И что означают эти его туманные намеки о пепле планеты?

– Может это просто оборот речи?

– А фраза о проблемах нашего сына, которые могут стать нашими проблемами? Не идет она у меня из головы. Алекс спит?

– Давно уже. Как пришел, так сразу и заснул, даже не стал раздеваться. Я решила его не трогать. Он никак не может войти в ритм корабельного времени – слишком большая разница с планетарным.

– Хорошо, пусть спит. Я утром с ним поговорю. – Майлс решил меня не тревожить. – Какие у ребенка его возраста могут быть проблемы?