Таблицу умножения одобряем

— Когда речь идет о защите природы и борьбе с коррупцией, кукла Лена — это всегда проплаченная деятельность в пользу какой-то другой цели. Хотя, в реальности, абсолютно в любой стране есть коррупция, с которой действительно нужно бороться и существуют реальный экологические проблемы, которые нужно решать.
— Начинается у него бурный поток банальностей: «Таблицу умножения одобряем», блин. Ну и какие такие, экологические проблемы существуют в Персидском заливе (см. картинку гад текстом), к примеру?
— Хороший вопрос и с удовольствие на него отвечу, кукла Лена. Чувствуется, что ты умная женщина, хотя это тебя совсем не портит, что удивительно.
— А что тебя в этом удивляет?
— В реальной жизни так случается редко потому что ум — это сугубо мужское качество, кукла Лена. А мужеподобность и женственность в одном флаконе несовместимы.
— А здесь я тебе секретарша, где мне женственность ни к чему. Это дома я твоя содержанка — вот там ею пользуйся в свое удовольствие. Так что давай про экологию, когда тебя просят, блин.
— Персидский залив —  большая по площади, но относительно мелководная часть мирового океана, кукла Лена. Там редко где глубина превышает 100 метров. В силу очень жаркого и сухого климата в этом регионе с поверхности Персидского залива испаряется огромное количество воды. С мировым океаном Персидским заливом связан узким мелководным Ормузским проливом.
— Поэтому через это бутылочное горлышко Ормузского пролива в Персидский залив идет мощное течение из мирового океана. Это я поняла. И что?
— А то, кукла Лена, что в Ормузском проливе затоплено несколько груженных нефтью супертанкеров.
— И теперь эта нефть вливается на поверхность Ормузского пролива. А это нефтяное пятно постепенно распространяется по всей поверхности Персидского залива, это понятно. И что? Морские обитатели передохнут? Да черт с ними, водорослями всякими.
— Когда нефтяное пятно достигает побережья, кукла Лена, на берег выбрасывается компоненты нефти, которые, в соединении с песком, образуют токсический вязкий состав, вязкую эмульсию, так называемый «Шоколадный мусс».
— И как долго это прелесть будет укрощать собой пляжи ОАЭ?
— Шоколадный мусс сохраняется десятилетиями, кукла Лена, если эти комки не убирать. А находится рядом с ними опасно, так как он, пока полностью не высохнут испускают ядовитые для всего живого испарения. Поэтому и убирать дорого, медленно и опасно для здоровья. Да и работа эта практически бессмысленна. Ты кусок пляжа  очистил — а за пару часов со дна моря выбросили еще куски мазута. И, в результате, всё приходится начинать сначала.
— То есть к такому пляжу десятилетиями нельзя будет подходить?
— Это нее важно, к такому пляжу нельзя будет подходить, кукла Лена. Потому что подходить будет некому?
— А это еще почему? Куда все денутся?
— Ну или уедут, или умрут, кукла Лена. Потому что без воды жить нельзя.
— А вода куда денется?
— Все страны Персидского залива получают пресную воду с опреснительных установок, кукла Лена.  А компоненты разбившейся нефти забьют фильтры опреснительной. В результате чего они перестанут работать.
— Это техническая проблема. А ее нельзя как-то решить?
— Никак нельзя, кукла Лена. Но, даже если бы ее и ригели, то это ровным счетом ничего не изменит.
— Почему?
— Допустим соленную воду опреснили. Но это водя содержит токсические компоненты нефти, очень ядовитые ароматические соединения и не только.
— Так что пить ее можно только в том случае. Если хочешь покончить жизнь мучительным самоубийством. Я поняла.